Шерлок Холмс и дело о фруктах

Кто эти люди, сержант? Ведь у них должно быть гораздо больше денег, чем дают их официальные доходы. Если человек обладает подобным богатством, то рано или поздно это должно выплыть наружу. Вы как-то сказали Портеру, что местный полицейский знает каждого. Тогда вы должны хорошо себе представлять финансовое положение каждого жителя.
— Единственным человеком, который за последнее время заработал огромные суммы денег, был Эдмунд Квалсфорд. Но вы же не предполагаете, что он…
— В соответствии с полученными мною сведениями приходится прийти к выводу, что Эдмунд Квалсфорд весьма не похож на контрабандиста. Вы можете представить этого мягкого человека, к тому же хрупкого телосложения, разгружающим лодку и раскатывающим по гальке бочонки с виски?
— Не могу, — ответил сержант.
— Полагаю, в это дело вовлечены другие, возможно даже очень большое количество людей. Прежде чем рассматривать эту проблему, нам следует распроститься с иллюзией, будто Эдмунд Квалсфорд был состоятельным человеком. Верно, что вскоре после своей женитьбы, семь или восемь лет назад, он откуда-то получил деньги. Он выплатил долги отца жителям Хэвенчёрча. Одновременно он выполнил то, чего от него требовала фамильная честь: например, назначил небольшую пенсию Ричарду Коулу. Квалсфорд также покрыл большую часть задолженностей по залоговым обязательствам, удовлетворив претензии кредиторов по «Морским утёсам» и отведя угрозу от своего наследства. У него даже хватило денег, чтобы основать собственную компанию по импорту.
Но это и всё. Он не расплатился полностью по закладным. Он только уменьшил долги до допустимых размеров. С помощью Уолтера Бейтса он стал вести хозяйство поместья «Морские утёсы» достаточно разумно. Однако он даже не попытался уладить долговые обязательства своего отца в Лондоне. Вероятно, семейная честь не пострадала от невыполнения этих обязательств. И нигде, ни в какое время он не занимался никаким бизнесом, кроме как в этой жалкой фирме в Хэвенчёрче.
Сержант, у меня есть собственные обширные связи в лондонском деловом и финансовом мире. Эдмунд Квалсфорд был известен там только как сын своего отца, а не потому, что у него был собственный бизнес, ибо такового у него не имелось. Не было у него также огромного богатства, наличие которого приняли на веру жители Хэвенчёрча. Он жил в своеобразной благородной бедности с внешними признаками богатства, которого не было. На самом деле «Морские утёсы» — довольно жалкое поместье. Если не считать унаследованных Эдмундом нескольких прекрасных образчиков мебели, всё находится в состоянии ветхом и запущенном. Квалсфорд поговаривал о реставрации башни; наряду с поездками в Лондон и его предполагаемыми успехами там, это было частью роли, которую он играл. А играл он свою роль необычайно хорошо. Он смог одурачить всех жителей Хэвенчёрча. Чтобы обнаружить незаконно полученное богатство, нам нужно взглянуть на его деятельность с другой, оборотной стороны. Так где же деньги, сержант?
Сержант Донли только покачал головой. Шерлок Холмс продолжал настаивать:
— Вы скорее, чем кто-либо другой, способны ответить на этот вопрос. Подумайте хорошенько.
Мы выпили кофе и, оставив размышляющего сержанта, отправились на Уобелл-стрит, чтобы повидаться с Эмелин Квалсфорд. Вместе с приятельницей, молодой женщиной одних с нею лет, она остановилась у брата последней, преуспевающего торговца, живущего в прекрасном старом доме, наполовину деревянном, наполовину кирпичном, стоящем в ряду таких же прекрасных старых домов.
Один конец Уобелл-стрит выходил на площадь, где возвышалась красивая средневековая церковь. С другого конца улицы открывался великолепный вид, вполне сравнимый с тем, что мы видели в Оксни или с башни Квалсфордов. Но ни красота открывавшейся с холма перспективы, ни старинная церковь не заинтересовали Шерлока Холмса, поскольку они никак не были связаны с проблемой, над которой мы работали.
Мисс Квалсфорд ожидала нас в кабинете хозяина дома. Комната была уставлена книжными шкафами и меблирована более роскошно, чем кабинет в «Морских утёсах». Приятельница проводила нас в кабинет и затем благоразумно исчезла.
 
Мисс Квалсфорд, снова в скромном чёрном платье, выглядела бледной и утомлённой после пережитого нервного потрясения — похорон брата, где она встретилась с открытой враждебностью со стороны его вдовы.
Она явно ещё не оправилась после этого и была сильно удивлена визитом Шерлока Холмса, однако, поздоровавшись, сразу заговорила, причём довольно решительно:
— Когда вы будете разговаривать с Лариссой, пожалуйста, попытайтесь убедить её, что я не собираюсь предъявлять никаких прав на поместье Квалсфордов. Я никогда и не собиралась этого делать, поскольку всегда относилась к детям Эдмунда как к своим собственным. Не могу понять, как Лариссе могло прийти в голову, будто я стану пытаться лишить их родового гнезда.
— Мы обязательно передадим ей это, — заверил Шерлок Холмс. — Я хотел бы задать вам один вопрос. После смерти брата вы посещали его комнату в башне?
Она кивнула:
— Я пошла туда на следующее утро. Я пыталась понять, почему он покончил с собой, и подумала, что там я смогу найти какое-нибудь…
— Объяснение? — подсказал Шерлок Холмс.
— Хоть что-нибудь, что помогло бы мне понять случившееся. Но там не было ничего, только старый стол, стул, кровать и множество пыли. Поэтому я сразу же ушла. И только позже, когда я так и не смогла найти никакого объяснения, я поняла, что он был убит.
— У меня есть для вас важное сообщение. В Лондоне я сказал вам, что вряд ли смогу сделать больше, чем просто разобраться в обстоятельствах смерти вашего брата. Но в то время я не мог предвидеть всего, что обнаружится в ходе расследования. Теперь предварительное расследование завершено.
Она напряжённо подалась вперёд:
— Да?
— К сожалению, ваше предположение подтвердилось. Мисс Квалсфорд, вашего брата убили.
Она побледнела ещё больше и вскочила.
— Вы уверены?
— Да, настолько, насколько это возможно, не зная имени убийцы и мотивов преступления.
— Какими доказательствами вы располагаете? Я должна знать!
Шерлок Холмс описал наши выводы, основанные на предсмертном письме, бумаге, месте, где оно было написано, и доказательства, позволяющие утверждать, что оно действительно представляло вторую страницу делового письма. Она слушала жадно, впитывая каждое слово.
— Я должна была догадаться! — воскликнула мисс Квалсфорд. — Я прочитала его, не думая. Я не могла поверить в то, что произошло. Не верила, что Эдмунд мёртв, хотя он лежал передо мной, и эта записка… Вы, конечно, правы, хотя мне ничего подобного тогда не пришло в голову. Если бы он написал записку в спальне, то воспользовался бы бумагой, которая была там. У вас есть ещё что-нибудь?
— Много мелких фактов, — ответил Шерлок Холмс. — Теперь мы должны их соединить и попытаться идентифицировать убийцу.
— Сделайте это! — пылко заявила мисс Квалсфорд.
— Возможно, вы сумеете помочь нам, — продолжал Шерлок Холмс. — Кто из работавших вместе с вашим братом имел основание убить его? С кем он ссорился? Кто и в чём соперничал с ним? Кто завидовал ему?
Она молча покачала головой. Потом заговорила, и голос её звенел от напряжения.
— Найдите того, кто это сделал, мистер Холмс. Если вы не сделаете этого, — её голос оборвался, — если вы не сделаете этого, я найду его сама, чего бы это мне ни стоило.
  
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
 
Шерлок Холмс вернулся вместе со мной в Хэвенчёрч. Я представил его мистеру Вернеру под его собственным именем, назвав коллегой. Холмс снял номер в «Королевском лебеде», хотя, конечно, сохранил и свою комнату у школьного учителя, и ту, что находилась в отеле «Джордж» в Рее. Он хотел быть готовым к любому повороту событий.
Появление моего «коллеги» произвело сильное впечатление на мистера Вернера. Он никогда не слышал о Шерлоке Холмсе и решил, что мои сообщения «Локстону и Лаггу» побудили вышестоящее начальство прислать сюда представителя с более широкими полномочиями.