Шерлок Холмс и дело о фруктах

Однако Смит был в числе первых подозреваемых, потому что противостоял общественному мнению и открыто заявлял, что Эдмунд был убит. Это могло быть хитрой уловкой умного человека. Если все принимают версию о самоубийстве Эдмунда Квалсфорда или о несчастном случае, а Смит настаивает на том, что совершено убийство, любой следователь должен прийти к выводу, что Смит никак не может быть среди подозреваемых. Если бы он был таковым, то не стал бы привлекать внимание к своему преступлению.
Однако это утверждение Смита вполне могло быть и всплеском эмоций. Ведь и Эмелин Квалсфорд настаивала на том, что её брата убили. Если не считать едва скрываемой зависти Смита и его презрения к некомпетентности Эдмунда в хозяйственных вопросах, других свидетельств вражды между этими двумя людьми не было.
Представлял ли Эдмунд Квалсфорд для кого-нибудь опасность? Даже предельно мягкий человек способен возмутиться, столкнувшись с предательством или нарушениями закона. Например, Гарри Херкс мог обогащаться за счёт подделки записей в бухгалтерских книгах. А что, если Нат и его приятели-моряки под прикрытием вполне респектабельной компании организовали шайку контрабандистов? Чтобы избежать разоблачения, члены подобной шайки могли убить Эдмунда. Однако не было даже намёков, подтверждающих эти соображения.
При таком небольшом товарообороте Херкс едва ли смог совершить подлог, связанный с хищением значительных денежных сумм. Акцизные чиновники не были профанами в своём ремесле и, конечно же, разбирались в уловках контрабандистов. Вряд ли они стали бы действовать так открыто, как Эдмунд Квалсфорд.
Я заснул, считая удары часов, доносившиеся из старой церкви на холме. Эти звуки плыли над деревней и тревожили меня, как неразрешённые вопросы.
На следующее утро я завтракал рано. Мистер Вернер развлекал меня историей Святой Девы Кентской, служанки, жившей в XVI веке около Алдингтона, которую якобы околдовали; от этого у неё случались видения, и она предсказывала будущее.
— Её сделали мученицей за то, что она говорила правду, — сообщил мистер Вернер.
— Как это было?
— Она предсказала Генриху Восьмому, что, если он женится на Анне Болейн, Господь проклянёт его и оба они будут несчастны. Король же преследовал всех, кто противодействовал его браку. Он велел пытать и казнить служанку. Но Анна Болейн действительно умерла страшной смертью, и в последние годы жизни состояние здоровья короля невероятно ухудшилось. Если подумать, всё это выглядит как весьма правдивое пророчество. Дорис Фаулер всегда интересовалась историей Святой Девы Кентской. В течение многих лет она пыталась добиться, чтобы в память о той поставили часовню. Поговаривают, что Святая Дева была не то сумасшедшая, не то лгунья, а может быть, и то и другое вместе. Дорис не согласна с этим, а она знает историю Болот как никто другой. При встрече расспросите её об этом. Только, к сожалению, Дорис сама немного сумасшедшая, и уже давно никто не принимает её всерьёз.
— У Дорис что, бывают видения или она может предсказывать будущее?
— Слава богу, нет. По крайней мере, я об этом не слышал. Представляю, что бы она напредсказывала.
Продолжая играть роль безработного возчика, Шерлок Холмс нанял лёгкую двуколку. Я встретился с ним на перекрёстке дороги в Рей, и мы поехали через Болота. Из удобной повозки окружающая местность казалась достаточно обыкновенной, разве что дорога, которая вполне могла бы идти прямо по этой плоской равнине, всё время резко меняла направление, изгибалась и поворачивалась, поскольку дренажные канавы следовали вдоль старых или забытых межевых отметок. По пути мы проехали несколько небольших общин и в каждой посещали кладбище при церкви.
Но Шерлок Холмс нигде подолгу не задерживался. Он даже не читал апокалипсические послания на надгробных камнях. Проходя мимо, я обратил внимание на некоторые из них и на одной увидел ту же самую надпись, что мы видели в Хэвенчёрче: «Ангелы хранят мой прах, пока Христос не придёт на землю, чтобы воздать всем».
Я указал на неё Шерлоку Холмсу.
 
— Почему вас это удивляет? — сказал он с заметным раздражением. — Трудно быть оригинальным, когда нужно высечь надписи на тысячах надгробий. Естественно, что в первую очередь повторяются самые романтические из них.
Мы описывали круги по церковным кладбищам, наносили краткие визиты в церкви и вновь садились в двуколку. Я очень хотел передохнуть в прохладной мирной тишине небольших кладбищ, насладиться видами древних строений и поразмышлять над столетней историей человечества, отражённой в полустёртых надписях. Но Шерлок Холмс что-то неустанно разыскивал. Мы передвигались быстро, однако его острый взгляд успевал скользнуть по каждому надгробию, в каждый уголок сумрачных церковных интерьеров. Его особое внимание привлекли только странная церковь со шпилем, стоявшая особняком в Брукленде, а также замечательный вид, открывавшийся от храма в Стоуне, стоявшего на Оксни, другом кентском острове, где бывшие морские утёсы совершенно неуместно торчали из Болот. Его реакция заставила меня задуматься над тем, какое всё это имело значение. Из-за простого стремления полюбоваться красотами природы Шерлок Холмс вряд ли сделал бы перерыв в расследовании. Он обратился ко мне только с одним замечанием, предупредив, чтобы я не пил колодезную воду:
— Колодцы могут быть загрязнены. Вода определённо должна иметь неприятный привкус.
Мы повернули на юг, бросив беглый взгляд на Ист-Гладфорт, и около десяти тридцати приблизились к острову Грейсни по Иденской дороге, за всё долгое утро практически ничего не сделав. С правой стороны показалась сушильня, Шерлок Холмс подъехал к ней ближе, и мы слезли с двуколки.
Вокруг никого не было. Прекрасные лошади отсутствовали, видно выполняя заказы по перевозке грузов. Джек Браун явно не воспользовался возможностью побездельничать в связи с похоронами Эдмунда.
Мы рассматривали старую каменную сушильню, превращённую в конюшню.
— Возможно, он предприимчивый возчик, — заявил Шерлок Холмс, — но порядок в конюшне оставляет желать лучшего.
С первого взгляда мне стало ясно, что конюшню давно не чистили. Затем мы с Холмсом недоуменно уставились друг на друга.
— Разве хороший конюх будет сгребать навоз в углы, вместо того чтобы спокойно выбросить его за дверь? — спросил Холмс.
Навоз был свален кучами в трёх углах конюшни, похожей на пещеру. Мы повернулись и взглянули на пастбище, где я видел лошадей.
— По ночам только начинает холодать, — заметил Шерлок Холмс. — Вероятно, совсем недавно Браун перестал оставлять лошадей на ночь на пастбище. Откуда же взялся навоз?
— В Кенте его называют помётом, — сказал я, вспомнив разговор накануне вечером с Алвином Принглом. Потом скептически добавил: — Вы предполагаете, что, вместо того чтобы вычищать конюшни, они привозят в них навоз?
Шерлок Холмс улыбнулся:
— Портер, у вас, как и у доктора Уотсона, с каждым днём всё больше развивается наблюдательность. Но, к сожалению, вы не всегда можете сделать правильный вывод из увиденного. Не могли бы вы объяснить, почему вон в той куче, в дальнем углу, свежий навоз лежит снизу? Вот ещё одна примечательная загадка, не так ли? В этом деле уже было несколько таких вопросов.
Откуда-то сверху вдруг послышался голос:
— Вам что-нибудь нужно?
В четвёртом углу помещения находилась лестница. На ней стояла пожилая женщина и пристально смотрела на нас сверху вниз.
— Мы ищем мистера Брауна, — объяснил я.
— Он на работе, — ответила она с явным неодобрением. — Если хотите увидеть его, приходите или раньше, или позже.
Я поблагодарил её, и мы вернулись к двуколке.
— Вот точное описание делового человека, — заметил Шерлок Холмс. — Чтобы увидеть его, следует приходить или раньше, или позже. Конечно, мы постараемся ещё раз наведаться сюда, чтобы разобраться в столь оригинальной манере чистить конюшни.
— Но как всё это может быть связано с Эдмундом Квалсфордом?
— Возможно, и никак, но мы определённо должны взглянуть на конюшни в «Морских утёсах» и узнать, хранят ли там навоз подобным же образом.