Без права выбора (СИ)
Мужчина больше ничего не сказал, но глаза были красноречивее любых слов. Это платье и наряд, под которым не было белья… Я бы никогда не выбрала себе такой фасон и столько открытых мест. Он словно собирался выставить меня напоказ всему миру. Неужели он получал удовольствие от всего происходящего? Упивался своей властью и возможностями? Но со мной его ждало сильное разочарование!
Мужчина задержал взгляд на моих губах, а меня бросило в дрожь. На секунду мне показалось, что он сделает шаг мне навстречу и мы уже никуда не поедем – он опрокинет меня на кровать… Но Родионов лишь кивнул, чтобы я следовала за ним.
Мы вышли на улицу, я постоянно запиналась на высоких каблуках и боялась упасть. Он помог мне забраться в машину и сам сел за руль. Разве Марат не будет преследовать меня тенью весь вечер? А вдруг я захочу сбежать?
— Это будет ресторан и ужин? – поинтересовалась, когда автомобиль выехал со двора.
— Нет, мы едем в клуб. Эта встреча буквально на пару часов. Я согласился на нее исключительно ради тебя.
Ради меня? Мужчина говорил загадками, но от его невозмутимого спокойствия веяло арктическим холодом. Всю дорогу мы ехали в полном молчании, а я размышляла, как следует вести себя рядом с ним в клубе. Разве у меня получится излучать счастье и радость, когда я боялась его прикосновений и своей реакции на этого дьявола? Что было в голове у мужчины? Или он думал, если нарядил меня во все эти дизайнерские и дорогие шмотки, то меня все сразу примут за кого-то из его круга?
Машина припарковалась возле модного на всю Москву клуба. Здесь часто тусовалась пресса, и я поняла, почему он выбрал именно это место для встречи. Родионов вышел из машины первым, чтобы подать мне руку. Этот вежливый жест был только ради репортеров, ведь я еще вчера поняла, что он был далек от слова «этикет».
Мы миновали охрану и оказались внутри здания. Зеркальные стены, куча народа, громкая музыка… Я давно не была в таких местах. Последний раз посещала клуб вместе со Стасом, незадолго до нашего расставания. Тогда я протанцевала всю ночь, а после мы занялись любовью у него дома. Как будто это все было в прошлой жизни...
— Расслабься, Катя, – услышала низкий и спокойный голос Родионова.
Он положил свою руку мне на поясницу. Это простое прикосновение снова вызвало странное чувство. Я задрожала, а на мужских губах мелькнуло подобие улыбки. Как мне было расслабиться, когда я ощущала себя так, словно на мне вместо платья был листок с мишенью и каждый бил своим взглядом прямо в цель?
— Что если я скажу что-то не то? Или не буду знать, что ответить? – я вцепилась в рукав мужского пиджака, боясь ненароком запнуться и упасть без поддержки.
Родионов был существенно выше меня. И даже эти неудобные и высокие туфли на шпильках не спасали ситуацию. И кто только придумал, что это сексуально и красиво рассекать на таких ходулях перед толпой? Это больно и неудобно! Особенно с непривычки. Мое состояние еще явно не располагало к развлечениям такого рода, но, кажется, кому-то было на это наплевать. Я едва стояла на ногах. Надеюсь, по окончании вечера Родионов не заставит меня танцевать ему стриптиз в какой-нибудь из приват-комнат? Боюсь, что возбудить его не получится, а вот рассмешить до колик запросто!
— Больше молчи. Мне плевать, что подумают о тебе эти люди. Куда интереснее твоя реакция на происходящее.
Для Родионова я была временным явлением в жизни, и вскоре мужчина подыщет себе достойную партию, но если уж что-то и делать, то так, чтобы он потом навсегда запомнил мое пребывание рядом с ним? Я понимала, зачем он привел меня сюда. Хотел, чтобы все заметили нас друг с другом. Он все верно рассчитал, рано или поздно на меня захотят выйти, чтобы завершить начатое, если буду часто мелькать в его окружении. И пусть я была никому не нужной одиночкой, за которую никто не заступится, но ведь это не означало, что мной можно воспользоваться в своих целях! Какое я имела отношение к преступлениям отца? За что на меня вешали ярлыки? Ведь я не сломалась после смерти ребенка, а продолжила жить и даже научилась вновь улыбаться после такой утраты. Разве это достойно порицания? Почему Родионов относился ко мне, словно я была девочкой для битья?
Мужская рука погладила спину, медленно спустилась мне на ягодицы и больно сжала их. Я повернула голову в его сторону, но он стоял с невозмутимым лицом и рассматривал толпу таким же спокойным взглядом.
— У новоиспеченной любовницы Родионова не может быть вида, будто он достал задротиху из ближайшей библиотеки и прямиком оттуда приволок ее в клуб. У тебя выражение лица, словно ты решаешь в уме математические задачи. Расслабься, Катя, – с нажимом повторил он.
Я уловила в голосе скрытую угрозу. Если начну противиться его воле и не буду слушаться, то, наверняка, здесь имелись вип-комнаты? И уже оттуда я выйду с потрепанным видом, как и подобает всем игрушкам и безропотным куклам Родионова. Вот только мужчина просчитался в одном, затевая со мной все эти игры. Мне нечего было терять, плевать я хотела на все его желания!
Повернув голову, принялась рассматривать благородный профиль Родионова. И даже не отвела глаз, когда он заметил мои разглядывания и впился въедливым взглядом мне в лицо. Он подмигнул, и в этом жесте было столько порочности и в то же время наглой самонадеянности, так раздражающей в нем, что я бы с удовольствием залепила ему пощечину.
Он с силой сжал мои ягодицы и еще теснее прижал к себе.
— Вон там в углу, в вип-зоне, – кивнул он, а я проследовала за его взглядом. – У меня для тебя есть один приятный сюрприз, – в голосе я услышала иронию.
Заметив компанию молодых людей, я пробежалась непонимающим взглядом по их силуэтам, а когда уловила один очень значимый для себя, то мои ноги подкосились. Если бы не рука Родионова, я бы уже оказалась на полу.
Здесь был Стас? Он сейчас в России?
— Селивановы вернулись из Америки два месяца назад. Отец твоего бывшего бойфренда неплохо поднялся за этот год, я всерьез подумываю о том, чтобы взять его сына в партнеры. Говорят, что он смышленый малый. Что скажешь, это надежный партнер или нет?
Я отчаянно замотала головой. Он вернулся и даже не попытался со мной встретиться? Я ведь просила Гарика, лучшего друга Стаса, сообщить ему о том, что он скоро станет отцом. Только вот, по-видимому, Стасу не было до меня и нашего ребенка никакого дела! Я каждый день ждала его звонка, хоть какой-либо весточки. Но время шло, а мне никто не звонил.
— Вы просчитались… – не сразу нашла силы произнести эти слова. – Думали, нашли еще одно мое слабое место? Но этот не так!
Внутри меня поднялась волна гнева, мне так захотелось сбросить со своей спины руку Родионова и направиться к Стасу, чтобы потребовать от него объяснений. Если бы он не бросил меня тогда, я бы доходила беременность до положенного срока и родила здорового сына!
— А мне кажется, что так, Катя, – с грубым сарказмом протянул он, а я, тяжело сглотнув, перевела на него свой разбитый взгляд.
8
Катя
— Хотя ты знаешь… – протянул он. – У меня хорошее чутье на всякого рода выгоду, и что-то мне подсказывает, что до роли управляющего Селиванов-младший не дорос. А вот водителем или охранником, приставленным к тебе… Как тебе такая перспектива?
— Отвратительная! – попыталась сделать шаг назад, но он еще крепче прижал к себе. – Вам доставляет удовольствие играть жизнями людей?
— Не всеми, – перебил меня, а в его голосе послышалась сталь.
— Зачем вам это необходимо? – слишком громко спросила, но мне тяжело было держать эмоции под контролем.
— Иногда интересно наблюдать, как люди выходят из той или иной ситуации.
— Которую вы намерено нагнетаете! Нисколько не удивлюсь, если это вас возбуждает, и вы на самом деле извращенец!
Его губы скривились в усмешке. Он резко повернул меня к себе лицом, так же сильно прижимая к телу. У меня вышибло дух, когда я бедром ощутила его эрекцию.