Без права выбора (СИ)

— Ну хорошо, – задумчиво и, мне показалось, что немного испуганно произнесла девушка. 
Стасу не хватило духу рассказать своей невесте о нашей связи? Очень жаль, потому что долго хранить этот секрет я не смогу, особенно в присутствии Инги Львовны, считавшей меня недостойной партией для сына. Правда рано или поздно откроется, и тогда Снежана будет чувствовать себя глупо от этих попыток со мной подружиться.
Марат повернулся ко мне, после того как девушка отошла от нас, окинул с ног до головы недовольным и хмурым взглядом.   
— Почему я не могла пойти с ней?    
— Я ведь просил без выкрутасов, так? – ответил вопросом на вопрос. 
— Я всего лишь хотела посмотреть в лицо женщине, которая разрушила мою жизнь.
— У меня приказ от Родионова не отходить от тебя ни на шаг. Считай, что сейчас я оказал тебе услугу, когда вмешался и никуда не отпустил, – сказав это, он отвернулся, показывая тем самым, что наш разговор окончен
Я знала, что у Родионова имелась на меня вся информация, соответственно, и Марат был в курсе моего прошлого. Ничего не оставалось, как выдохнуть и взять себя в руки. Схватив бокал с шампанским у мимо проходящего официанта, я снова задержала взгляд на Родионове и принялась рассматривать мужчину. Неужели между ним и Вербининой никогда не было интимных отношений? Почему он выбрал для брака партнершу по типу Кристины? Для того, чтобы она всегда была рядом? Ловила каждое его слово? Подчинялась ему? Вербинина была для такого слишком независима и самодостаточна? Тогда с чего он вдруг решил, что я буду покорной и удобной для него?
После торжественной речи и представления своего продукта Родионов с Вербининой спустились вниз со сцены. Дмитрий твердым и уверенным шагом направился в мою сторону. Подошел ко мне, положил тяжелую ладонь мне на талию и привлек к себе, словно заявляя перед всеми на меня свои права.
— Познакомишь, Дима, со своей спасительницей? – мило улыбнулась девушка, но в глазах не было и намека на доброту.
— Катя, – представил меня Родионов. – Катя, это Елена Викторовна, – она протянула мне маленькую и изящную ладошку.
Я пожала девушке руку и приподняла уголки губ. Вблизи Вербинина оказалась еще красивее и ярче, чем со сцены. Вероятно, без косметолога здесь не обошлось, но и с генетикой проблем точно не было. Кошачий разрез глаз и идеально ровная кожа лица сразу привлекали внимание.
— Приятно познакомиться. Чем вы занимаетесь, Катя? – прищурившись, спросила она.
Очень хотелось ответить, что развлекаю от скуки и спасаю от смерти ее делового партнера, но вовремя вспомнила данное обещание держать лицо.
— Я закончила художественную школу, но мне пришлось поменять свое призвание на более приземленные профессии. Последние полгода работаю в одной из строительных компаний в отделе маркетинга, – лаконично ответила я.
— Правда рисуете? – искренне удивилась Елена. – Может быть, покажете свои работы? Я как раз ищу талантливого художника в свою команду.
— Хорошо, – я мельком взглянула на Родионова, но по выражению его лица невозможно было понять, одобряет ли он мое внезапное откровение и предложение Вербининой.
Раньше мне очень нравилось рисовать. Но после того как отца посадили в тюрьму, а я осталась без поддержки близких людей и без денег, вера в собственные силы пошатнулась. Мне пришлось устроиться на работу в ресторан. Я сильно уставала, работая в две смены, стало не до рисования, нужно было на что-то жить. Почти полгода я не брала кисточку в руки, хотя после смерти Гриши практически не выпускала ее, чувствуя потребность выливать свою боль на холсте. Рисовала каждую освободившуюся минуту, все ночи напролет, которые не могла заснуть. На квартире у меня осталось много работ. И без слез я не могла на них смотреть.
— А вы? – спросила я.                                          
Мне и в самом деле было интересно знать, чем занималась девушка, если смогла добиться партнерства с таким человеком, как Родионов в свои двадцать с небольшим.
— Сколько помню себя всегда интересовалась техникой и компьютерами, – голос девушки был мягкий, обволакивающим, ее хотелось слушать и слушать. – С десяти увлеклась программированием. Дима заметил меня на курсах у общего преподавателя и дал билет в лучшую жизнь. Так я стала успешным и востребованным специалистом. Сейчас я полна сил расти дальше. В моих панах придумать много всего интересного. Возможно, мое имя войдет когда-нибудь в историю! Я правда верю в это, – тихо рассмеялась она.
 
Дмитрий Сергеевич и мне выдал билет в лучшую жизнь: сделал пленницей и заключил со мной сделку, что поможет отцу взамен на услуги интимного характера. Но он еще не знал, что мое имя будет потом ярко выделяться на фоне всех его последующих любовниц, потому что в отличие от них я не была бездушным сгустком энергии, готовым безропотно выполнять любую мужскую прихоть. Как же мне хотелось выплеснуть всем этим людям в лицо, что они жили надуманными мирами, приумножали свои богатства, а за блестящими глазами скрывали по большей степени свою черствость и холодность. У Родионова так точно была глыба твердого камня внутри вместо сердца.
Вербинина рассказывала мне об их общем детище с Родионовым, восторгаясь умственными способностями мужчины и благодарила его за предоставленный шанс блеснуть своими талантами. Тут я поняла, почему Дмитрий не предложил ей роль своей будущей любовницы или супруги. Ему нужна была чувственная кошка в постели, а не навороченный ноутбук. Извинившись, девушка отошла от нас, заметив нужного ей человека, а Родионов опустил голову и коснулся губами моих волос. Наверное, со стороны этот жест выглядел нежным и трепетным, а для всех присутствующих, заметивших его, стало очевидно, что я не просто новая знакомая мужчины, но… по-видимому, на то и был расчет? Рука Родионова на моей талии вдруг показалась раскаленным куском железа, когда его пальцы больно впились в кожу.
— Расслабься, Катя. Ты очень напряжена. Причин волноваться нет. Ведь так? – произнес глухим голосом, а я почему-то задрожала еще сильнее. – Не захотела менять облик? – я повернула к нему голову, наши глаза встретились.
— Нет, мне нравится все так, как есть сейчас, – придав голосу равнодушия, я позволила себе отвести взгляд.
— Мне тоже, – прошептал он. – Поэтому будет лучше, если ты сменишь свой имидж. Ты ведь не хочешь мне нравиться?
Рука Родионова опустилась мне на бедро, а я едва не выронила бокал с шампанским из рук. Я не пригубила напиток, но сейчас мне захотелось выпить его залпом. Нельзя было обольщаться этим мужчиной. Достаточно того, что я все выступление не отводила от него глаз, а сейчас вдыхала его запах, ощущая себя беспомощной мухой, попавшей в сети паука. Он ведь прекрасно знал, как обходиться с девушкой, чем привлечь ее внимание и удержать его. Эти дни он вел себя отстраненно, а сейчас снова наступал по всем фронтам, подключив мужское обаяние. Играл таким образом на контрастах? Или это все ловушка для наблюдающих за нами?
— Дима! – послышался сзади незнакомый голос. – Рад видеть тебя здоровым и крепким. Прекрасная речь...
Статного и высокого мужчину я видела впервые, но интуиция просигнализировала мне, что этот тот самый Назаров, о котором предупреждал Марат. По изменившемуся в лице Родионову я только крепче утвердилась в этой догадке.
— Спасибо, – сухо отозвался Дмитрий и еще теснее прижал к себе.
— Представишь свою спутницу? – если до недавнего времени я боялась взгляда Родионова, то теперь, кажется, на поле вышел хищник куда крупнее и опаснее.
— Нет, – твердо произнес он, сощурив глаза. Во всем его поведении и даже голосе читался вызов.
— Я отчим Димы. Александр Николаевич, – незнакомец представился, переведя на меня свой хищный взгляд. – Кстати, Дима, ты давно не навещал маму. Что-нибудь ей передать?
— Что не переступлю порог твоего дома, пока ты не сдохнешь, – уверенно отчеканил он, ни один мускул не дрогнул на его лице.
— Хорошо, – хмыкнул мужчина и покачал головой. – Так ей и передам. Удачного вечера.