Алхимаг: Говорящий со змеями (СИ)

Но сделать это сразу не удалось.
Когда вернулся в дом, лакей Фёдор забрал Ставра, чтобы помыть лапы, а ко мне подошёл спец по сигнализации. В руке у него был металлический шар, из щелей которого сочилось лиловое свечение.
— Ваша Светлость, вот модуль-сефирот, — сказал он, протягивая мне устройство каббалистов, покрытое множеством символов. — Рекомендую надёжно его спрятать.
— Эту штуку можно отключить? — спросил я, вертя шар в руках.
— Да, конечно. Но нужно знать комбинацию. Позвольте я объясню, что делать, чтобы только вы могли управлять сигнализацией.
Инструктаж был недолгим. Я слушал внимательно и запоминал. В принципе, ничего сложно. Надо было только не забыть придуманную мной комбинацию-шифр.
— С вами уже расплатились? — спросил я, когда парень закончил.
— Да, Ваша Светлость. Не извольте беспокоиться. Ваш камердинер перечислил стоимость системы и гонорар за установку на счёт компании.
— Ну, и отлично.
Итак, дом отныне был защищён. Не на сто процентов, как показали события, приведшие к смерти моих родителей, но это лучше, чем ничего. Оставалось только спрятать модуль. Недолго думая, я отправил его в сейф.
А затем явился Еремей, чтобы сообщить, что программист закончил с роботом и ушёл.
— Ну, и где эта железяка? — спросил я.
— Занимается уборкой, господин.
— Хочу с ним поболтать.
— О, уверен, вы получите от этого немалое удовольствие, — как-то подозрительно хмыкнул Еремей. — Вы попросили включить ему режим шутника?
— Было дело. А что? — насторожился я.
— У этого робота весьма специфические чувство юмора, на мой вкус.
— Ну, если что, я знаю, как его отключить.
— Он на первом этаже, Ваша Светлость.
— Схожу погляжу. Но сначала ответь на один вопрос. Я гулял в парке и видел в небе огромное существо, похожее на монструозного кита со щупальцами. Оно летало, словно чёртов воздушный змей, игнорируя законы физики! Не в курсе, что это?
— Полагаю, левиафан, Ваша Светлость, — спокойно и даже немного удивлённо ответил, не задумавшись ни на секунду, камердинер. — Разве вы никогда их не видели?
— Хм… — тон Еремея меня малость обескуражил. — Похоже, нет. Ну, или позабыл. Ты же знаешь, у меня были проблемы с памятью.
— Ах, да, верно. Прошу прощения. Я думал, это уже в прошлом. Левиафаны, Ваша Светлость, это боевые машины, созданные кланом Карамзиных по принципу биомеханики. В них сочетаются как живая плоть, органические ткани, так и прочие материалы, включая металл. Разумеется, всё это связано с помощью магии. Левиафаны буквально пропитаны ею. Ходят слухи, что инженеры Карамзиных использовали генные материалы, найденные в иных мирах, но официально это не подтверждено. Клан никогда не признавал ничего подобного.
— А в воздухе они держатся и перемещаются благодаря модулям каббалистов? — спросил я.
— Само собой, Ваша Светлость. Благодаря множеству модулей.
— И сколько такая штуковина стоит?
— По правде говоря, даже не представляю. На создание одного левиафана уходят годы работы кучи специалистов и огромные средства. Поэтому их сделано совсем мало. Три для имперского военно-воздушного флота — насколько мне известно, сейчас два из них находятся на восточном фронте — один для Его Величества и один для Ордена Кадмоновых невест.
— Для кого-кого? — переспросил я.
— Это закрытое религиозное общество, образованное женщинами из клана Гинцбургов. Изначально — в основном, вдовами. Они верят, что можно открыть Магистерий в самом человеке, если изменить его природу определённым образом по принципам и технологиям Каббалы. Используют для своих исследований генных инженеров.
— Карамзиных?
— Полагаю, что их тоже. Иначе вряд ли им удалось бы заполучить левиафана. Собственно, корабль служит их единственным пристанищем. Одновременно храмом и монастырём. Они в нём и живут, и занимаются экспериментами по созданию Кадмона. Так невесты называют гипотетического сверхчеловека, который, если удастся его вывести, станет первым бессмертным всемогущим чародеем. Иначе говоря, новым богом.
  
— Понятно. Весьма амбициозно.
— Более, чем, господин. Но Орден существует уже больше ста лет, а Кадмон пока не создан.
— Ну, вода камень точит. Кто знает — вдруг именно монашки однажды откроют Магистерий.
— Всё возможно, господин. Поэтому на их эксперименты и смотрят сквозь пальцы, хотя уверен, большая их часть незаконна. Но невесты занимаются ими в своём летающем храме и не делятся подробностями. Так что всех всё устраивает. Вероятно, именно левиафана невест вы и видели.
Мне вдруг пришёл в голову вопрос, которым я ни разу до этого не задавался.
— Послушай, старик, а откуда берётся магия, которую используют каббалисты для своих изделий? Не с потолка же она им падает.
— О, нет, господин, — мрачно усмехнулся камердинер, покачав головой. — Совсем не с потолка. Чтобы наполнить сефироты, выкачивают так называемую аниму — психотическую субстанцию, составляющую основу души — из должников, попавших в кабалу.
Про этот вид взыскания я читал в Интернете. Он пришёл на смену отменённому ещё в девятнадцатом веке крепостничеству. Хотя, по сути, являлся тем же самым, хоть и под новым соусом. К счастью, на дворян закон о кабале не распространялся. Так что, даже если вдруг разорюсь, мне она не грозит.
Но я не знал, что модули каббалистов создаются подобным образом. Зато теперь было ясно, почему процветает практика такого взыскания долгов: империи нужна анима.
— Ясно, — сказал я. — Спасибо за разъяснения, старик. Ну, пойду поболтаю с роботом.
Автоматический уборщик обнаружился в тренировочном зале.
Пылесосил, одновременно обметая спортинвентарь на стойке.
— Эй, у тебя есть имя? — окликнул я его, не будучи уверен, что жестянка отреагирует.
Но робот немедленно развернулся и мигнул оранжевыми лампочками, раскиданными по своей «физиономии».
— Горите мои светодиоды синим пламенем! — воскликнул он низким мужским голосом. — Как вы меня напугали! Я едва масла не подпустил через клапан!
Так, теперь ясно, что имел в виду Еремей, говоря о специфическом юморе робота.
— Ну, извини, — усмехнулся я. — Так как тебя зовут?
— Пока никак, таракана мне в вентиляцию! Но вы можете дать мне имя, если хотите.
— Хм… — я немного задумался. — Читал я про одного шутника… Пожалуй, будешь зваться Панург. Его приколы тоже были на любителя.
— В переводе с греческого это означает «коварный плут, мошенник», — просветил меня робот. — Разве я такой?
— Пока не знаю, но смысл мне нравится. Буду звать тебя кратко — Пан.
— Спутайте мне провода и выкиньте на помойку! В древнегреческой мифологии это имя принадлежало…
— Я в курсе. Не надо объяснять мне каждое слово.
— Нижайше прошу прощения, о, мудрейший господин, — сварливо отозвался робот. — Директива принята, — и он снова принялся обмахивать мечи на стойке.
Если бы Пан не был машиной, я бы решил, что он обиделся.
— Как часто тебя нужно подзаряжать? Я, конечно, могу посмотреть в инструкции, но неохота возиться с бумажками.
— Великие сервоприводы! Я не какой-нибудь пылесос! Могу сам о себе позаботиться — была бы розетка.
— Ну, и отлично. Тогда не буду тебе мешать трудиться.
— Спасибо, песок мне в смазку! Пан счастлив потратить жизнь на то, чтобы в этом доме всё блестело.
Судя по интонации, это был самый натуральный сарказм.
Усмехнувшись, я оставил его в одиночестве и отправился к себе. По пути на плече материализовалась Василиса.
— И ты станешь мириться с этим наглецом? — поинтересовалась она.
— Ты про Пана?
— Ага. Не слишком ли много он себе позволяет?
— Вась, это же просто робот. Ты чего так завелась?
— Не могу спокойно слышать, как эта консервная банка тебе дерзит.
— Погоди… Ты что, ревнуешь?
Лягушка презрительно фыркнула.
— К кому⁈ К этой груде будущего металлолома?
— Расслабься. Общения с тобой Пан не заменит. Каждое твоё слово — изысканная услада для моих ушей.