Пари на дурнушку (СИ)
Гад!
Она тут же постаралась сосредоточиться не на будоражащих ощущениях, а на том, что все это делалось против ее воли. Она не должна поддаваться его напору, тем более, что вряд ли ее можно удивить поцелуем, которых в ее жизни было предостаточно.
Солсбери же продолжал отвоевывать себе ее губы. По чуть-чуть, по-маленьку, нежно сминая их и захватывая в плен. Вот, Вал уже почувствовала, как ее нижняя губа погрузилась в его влажный рот, отчего ее дыхание стало сбивчивым и тяжелым. Он как искуситель сдавливал ее мягкую плоть, касался языком и прикусывал зубами.
Этот мужчина знал толк в поцелуях.
Гад! Гад! Гад!
Не в силах больше противиться, Вал расслабилась и позволила Солсбери наконец раскрыть ее губы и проникнуть внутрь. А дальше ее захватил вихрь из возбуждения, удовольствия и блаженства.
Руки Солсбери давно переместились на ее талию и прижимали к себе, в то время как ее руки скользнули вверх и обвили его шею.
Поцелуй стал желанным для обоих и оба отдавались ему. Не только Валери следовала за мужским порывом, но и он за ее. На интуитивном уровне они чувствовали друг друга, и понимали, что в это время испытывал другой. Валери даже могла поклясться, что Говард получал не меньшее удовольствие чем она.
Но когда он оторвался от нее, в его взгляде не было нежности или удовлетворенности. Он смотрел с непониманием и враждебностью. Вал видела, как Солсбери злится. Его пальцы все сильнее впивались в ее талию, во всем его теле ощущалась напряженность, а в глазах горел гнев. И причиной тому была она и их поцелуй.
Теперь и Вал охватило раздражение. После такого чудесного поцелуя на лице мужчины ей хотелось видеть совсем другие эмоции. Она ведь не собиралась тащить герцога под венец, верещать, что он не должен был прикасаться к ней или изображать из себя оскорбленную невинность, ну поцеловались и поцеловались, но он стоял с такой миной, будто это она воспользовалась им, а не он ею. Нет, это не мужчина, это какой-то неуравновешенный придурок, на поводу которого, она, к сожалению, пошла!
Злясь на себя и на него, Вал вцепилась в его руки и постаралась оторвать от себя. Солсбери не стал противиться, спокойно отпустил ее и только-только собирался отойти назад, как вдруг портьеры распахнулись и перед ними возникла фигура Брендона.
Увидев их вместе, тот застыл на месте и пытливым взглядом смотрел то на Валери, то на друга, которые стояли непозволительно близко друг к другу.
- Почему вы тут вместе прячетесь?! - наконец потребовал Брендон ответа, обращаясь больше к Валери, чем к герцогу.
Но что-либо объяснять ему или оправдываться она не собиралась. Она, вообще, не собиралась находиться в обществе этих двоих.
Не проронив ни слова, с гордым видом Вал вышла из-за портьеры и, прихрамывая, направилась в другой конец коридора к лестнице. Пусть вместо нее объясняется Солсбери. Ей уже было все равно.
Глава 18
- Ты… Вы… - стараясь сдерживать себя, не мог Брендон произнести одно единственное слово, которое застряло у него в горле.
Но Говард отлично понял, что тот имел ввиду.
- Все верно. Мы целовались. Так что теперь мы с тобой квиты.
- И она позволила? Или ты вынудил ее? - склонив голову набок и прищурив один глаз, недоверчиво смотрел Брендон на герцога.
- Разве это имеет значение, если в конце ей понравилось?
- Что-то я не видел блаженного выражения на ее лице.
- Она не так глупа, чтобы демонстрировать свои чувства.
- Она достаточно глупа, чтобы целоваться сразу с двумя мужчинами.
Хотя он был прав, но Говард еле сдержал себя, чтобы не издать рык.
Интересно, а с Брендоном она была столь же отзывчивой? Кого ей больше понравилось целовать, его или друга?
- Кстати, пока ты здесь, хотел предложить тебе завтра прокатиться на моем жеребце? - намеренно меняя тему разговора, решил Говард поманить “морковкой” перед носом Брендона.
- Я еще успею оценить все преимущества Зевса, - без тени сомнения заявил молодой человек. - Я добьюсь, чтобы он был моим. А тебя хочу предупредить: скоро я припомню тебе твой трюк со жребием.
Говард не стал делать вид, что не понимает о чем идет речь. Он усмехнулся, показывая другу, что в самом деле все подстроил. В ответ в шутку ударив герцога в плечо, Брендон сообщил, что ему пора идти искать остальных и поспешил в ближайшую комнату. Говард же поднял глаза и задумчиво посмотрел в тот конец коридора, где скрылась Валери, а потом все таки глухо рыкнул, так как ему не понравилось собственное открытие, которое он сделал всего несколько минут ранее.
Он идиот!
А все потому, что ревновал Валери Вудс! И вожделел ее! Вожделел как сумасшедший!
Да, он вожделел и других женщин, но вожделел их соблазнительные формы и смазливые личики, и всегда мог контролировать себя. А с этой девчонкой он ничего не контролировал. Ни желания, ни эмоции.
После поцелуя ему бы следовало остаться в образе соблазнителя, мужчины, готового кинуть к ногам девчонки весь мир. Но он думал о Брендоне, который научил ее целоваться. Как долго и много они это делали, что она сумела заставить его, Говарда - опытного ловеласа и искусного любовника, - забыть обо всем?!
В этой девчонке не было ничего, что могло его привлечь. Но она привлекала его! Привлекала сильнее всех других красоток! Она имела над ним невидимую власть, которой он охотно подчинялся.
Когда она ответила на поцелуй, он не стал презирать ее за уступчивость. Не посчитал легкой добычей. Вместо того, чтобы пересиливать себя, он наслаждался ее близостью! Ему слишком сильно понравился их поцелуй! Да он превратился в пушистого котенка, готового свернуться калачиком на коленях этой девчонки! Нет, это не она - девчонка, это он - глупый мальчишка, который из-за нее потерял голову! Нечто похожее он испытал утром, слушая ее волшебный голос. Тогда, да и сейчас, внутри него происходила борьба между добром и злом, ангелом и демоном. В нем смешались волнение и трепет, ярость и гнев.
И последнее все же пересилило первое.
Он предпочел выбрать маску пренебрежения и недовольства, чтобы не показать дурнушке, как она действовала на него.
Нет, все таки ему нужно как можно быстрее затащить ее в постель, чтобы избавиться от наваждения. А потом излечиться от ее чар поцелуем с Самантой. Сегодня он хорошенько рассмотрел ее прелестный ротик. И в отличии от губ девчонки, этот цветок еще никто не трогал. Он будет первым!
При мыслях о награде в виде поцелуя с Самантой, настроение Говарда значительно улучшилось. Еще в прошлом году он заметил как она похорошела. Жениться на ней он не хотел, а вот поцеловать было крайне заманчиво. Сделать это для него не составило бы труда, достаточно было лишь остаться с ней наедине и припасть к ее губам, но тогда ему пришлось бы пожертвовать дружбой с Брендоном, отказавшись взять его сестру в жены. А сейчас у него есть его официальное разрешение поцеловать Саманту без каких-либо обязательств. Раз уж ему выпала такая возможность, он должен воспользоваться ею. Но для начала придется утолить желание с дурнушкой.
И зачем он все испортил, слишком явно продемонстрировав ей свою темную сторону?
***
Думать о поцелуе с Солсбери Валери категорически отказалась. Она хотела поскорее его забыть и даже в мыслях не вспоминать, как ей было приятно.
«Все мужики козлы! Все мужики козлы!»
Она как заклинание повторяла эти слова и, несмотря на усилившуюся в ноге боль, расхаживала по комнате. Лишь к ужину она убедила себя в их правдивости и в умиротворенном настроении спустилась в столовую.
Сидя за общим столом, она ни разу не посмотрела на Солсбери. Не посмотрела не из смущения, а гордости. Он не должен думать, будто нравился ей. А как известно, больше всего мужчин задевает равнодушие и игнор.
Но игнор она включила и по отношению к Брендону, который настойчиво просил ее о разговоре. Уж кто, кто, а он точно не имел права читать ей нотации.
После ужина Валери весь вечер просидела на диване, наблюдая за танцами. Брендон снова попытался затеять с ней воспитательную беседу, но она категорически отказалась его слушать, а потом еще и пересела на одиноко стоящий стул, чтобы Брендон не мог занять место рядом с ней.