Вестник (СИ)

— Рядовой Р.М. Трентор — ПВБ… Рядовой У.Д. Бормер — ПБВ. Сукин ты сын, — прошептал Вестник.
Стакан промежду пальцев стал хрустеть. Эта война не щадила никого. ПБВ или же Пропавший Без Вести очень часто означал лишь три варианта. Солдата могли взять в плен, в котором от него не получили полезной информации, отчего пытали до смерти. Солдат мог подорваться на мине или чем-нибудь другом, а трупом такое месиво уже не удастся назвать. И третий, самый маловероятный: он и вправду пропал.
— Два к одному, что парень не жилец. Эх, хорошим был, сладкоежка, — расстроенно выдохнул Роджер:
— Бартендер, закрытую бутылку виски. И чтобы лучшей выдержки была.
Сделав ещё пару покупок, Трентор пошёл к детскому саду. На зиму его закрыли, там было пусто. Рядом стояло одинокое дерево, посаженное маленькими ручками. Вестник подошел к нему и присел на колени. Он смел тонкую корку снега и, как хорошую лопату, воткнул кисть в чистую землю. Пару минут понадобилось, чтобы у дерева образовалась глубокая ямка. Роджер аккуратно положил туда бутылку кентуккийского, а уже на него поставил маленькую упаковку пудинга. Вестник зарыл этот секрет, а около него вставил почти до основания небольшую восковую свечу. Взяв в руки зажигалку, парень поджег фитиль.
— Метко бросаешься гранатами, — пробурчал Роджер.
Зима не сурова к людям, идущим домой. Вот и Трентор вернулся в ночлежку очень спокойно. На кровати его ждала бессонница. Парень засомневался в себе:
— Какой смысл спасать кого-либо, если хорошие парни все равно будут умирать на войне? Неужели я нужен здесь, а не на чертовых рубежах в составе армии? Пусть, я буду не прав. Пусть у этого будет смысл.
  
Глава 6
 
С самого утра был только адрес доставки в другом конце города. Роджер старался быть оптимистичным и расценивал такой заказ, как большую прогулку.
— Хоть город посмотрю. Скоро Рождество.
Семь кварталов ему пришлось идти пешком. Автобусы ходят редко, да и ориентироваться на ногах намного удобнее. После, на остановке всё же пришлось сесть на общественный транспорт. Из-за движения по прямой, вид из окна представлял собой муниципальную параболу: на середине пути солнце полностью скрывалась за небоскрёбами. Маршрут закончился на схожем с жильём Вестника местом. Это был такой же малонаселенный захудалый район. Пунктом назначения было двухэтажное здание голубовато-разъевшегося оттенка.
Деревянная дверь на входе была настежь открытая, да и выбитый замок не позволил бы её закрыть. За ней шла ещё одна, уже металлическая, рядом с которой в стене было выдолблено квадратное отверстие с вставленной в неё варенной решёткой. За этим пропускным пунктом виднелась широкая на вид кухня с желто-коричневой плиткой на полу, с кучей шкафов и тумб из тёмных, лакированных панелей. По центру этой комнаты сидело несколько пожилых людей. Возможно, они что-то праздновали, судя по накрытому столу, но не им были заняты жильцы. Большей частью из них были мужчины, которые заядло перетасовывали карты в своих руках. Покер.
— Извините! У меня посылка на имя некоего мистера Я. Нимикуса, — крикнул Роджер в окошко.
— Реджи, это он про того пид… Квартиранта с двенадцатой? — обратился один из стариков к другому.
— Похоже на то.
Самый худой из них подошел к решётке и прищюрился.
— Не, ты не из его дружков. Проходи, пацан.
Лязг затвора, и Вестник внутри.
— Его комната на втором этаже. Передай ему, что если он не заплатит за последние месяцы, то таки быть, я его вышвырну отсюда!
— Как скажете.
Наверху, среди многих зияла нужная кнопка звонка. На ней гвоздем была нацарапано «12». Вестника ударило током, а лампочка над головой ярко мигнула. От звука из квартиры вышел, похоже, жилец. Парень обогнул фанерную дверь и стал у порога, чтобы увидеть лицо получателя. Черная борода густо обросла вокруг всех уникальных черт лица, но из-под некоторых локонов были едва заметны довольно глубокие шрамы.
— Хрыч опять звонок не починил? То же мне хозяин нашёлся.
— Ну так ты сам не платишь за жильё, вот и зачем тебе тогда ремонт делать?
 
— Ты, типа, коллектор? За престарелого жмота решил деньги отработать.
— Нет. Я пришел отдать тебе посылку и напомнить о твоих долгах. А то я смотрю ты немного договорные рамки позабыл.
— А вот это не твоё собачье дело, кто там что забыл. Топай отсюда, пока я тебе морду не набил.
Внезапно, Вестник услышал безнадежные стоны прямо за спиной жильца.
— А это ещё что такое?
— Собаку пучит. Тебя волнует, я сказал, топай.
Получатель выхватил посылку и захлопнул дверь. Роджер сделал пол оборота к выходу, как тут:
— ПОМОГИТЕ!!!
Трентор стиснул зубы и со всей силы вдарил по фанере. Дверь слетела с петель и пролетела внутрь до ближайшего препятствия. На полу за ней виднелась рука жильца с посылкой.
— Оглушен. Пара минут у меня будет.
Парень зашел. Вся квартира была одной большой комнатой, с одной стороны кухня и уборная, а с другой, с той же, что и вход, красный диван на весь угол с журнальным столиком, стоящем на вычурном ковре.
На этой софе, освещенная торшером, сидела женщина. Руки и ноги были связаны полотенцами, белой простынёй — рот. На лицо ей было лет сорок, она была одета в синий деловой костюм, а на голове была не менее деловая прическа. Роджер не мешкал и снял кляп у женщины.
— Вы кто ещё такая, дамочка? — Вестник торопясь разрывал узлы.
— Меня зовут Джуди. Я работаю в Центральном Банке Оклахома-Сити.
— И что вы тут забыли?
— Меня похитили вчера вечером. Тот парень, что под дверью, потребовал, чтобы я позвонила на работу. Я сказала, что из-за плохого самочувствия, за меня на работу выйдет мой брат-финансист.
— Странное требование.
— Дело в том, что у меня брата нет! За меня пошел неизвестный подонок, которого я и видела впервые.
— Я так понимаю, они не за беспроцентным кредитом туда собирались?
— Мне угрожали, что если я не расскажу им коды от черных входов, то они меня убьют. Они что-то говорили о внезапном нападении.
— Могли бы хоть кафе ограбить. С ним мороки меньше.
— Вам сейчас это важно?! Может меня вы выпустите?!
— Поблагодарила бы хоть. Сейчас.
Вестник освободил ноги работницы, а та протопталась по выбитой двери на выход. Там её остановил хозяин квартиры:
— Ой-вей… Что здесь случилось-то?
— Вызывайте полицию, — крикнул Роджер из прихожей:
— У вас тут похититель банковских сотрудников объявился. Эта женщина будет свидетелем.
— Работает ещё чуйка. Не надо было мне этого сюда принимать жить.
Парень поднял посылку, которую приносил. Коробки, лежащие рядом с диваном, говорили о том, что заказывал этот человек частенько.
— Политика компании не позволяет мне вскрывать посылки на дежурстве, но у меня обеденный перерыв.
За порванной картонной гранью лежал увесистый целлофановый свёрток. Разорвав пару слоёв, Роджер усмехнулся:
— А я думал, что черные рынки — это байка!
В посылке находилась лента пулемётных патронов для пулемёта М60.
— Кто-то решил подойти к преступлению с размахом.
Часа времени хватило, чтобы добраться до нужного банка. Трентор сел напротив, в маленьком сквере. Вокруг было тихо, ни души.
— Не думал, что увижу начало ограбления. Эх, жаль, что на «Бонни и Клайд» я так и не попал!
Мимо банка проехал небольшой грузовик. Он мог бы остаться незамеченным, но скрип покрышек при резком повороте всегда обращает на себя внимание. Машина заехала за банк. От туда же, в сторону главного входа направились несколько людей в костюмах.
— Самое время!
Роджер захотел размять седьмое чувство. Закрыв глаза, парень представил кабинку туалета.
— Уборная банка, — произнес он.
Вестник сел на закрытый унитаз и стал снова ждать.
Послышалось пару выстрелов, крик толпы.
— Всем лежать! Пора лишиться денюшек, господа и дамы, ха-ха-ха, — доносилось из главного зала.