Вестник (СИ)
— Судя по тому, что я до сих пор от потери не умер, надо было пойти донором, с таким-то восстановлением.
Вестник помыл руки. Затем Тревис наклонился к ванне, расположившейся слева. Первое, что его смутило, странный вентиль на смесителе. Не его месте была большая ребристая кнопка, на которую парень и нажал. Вода полилась вниз, но была холодной. Тогда, Роджер покрутил кнопку и, тем самым, изменил температуру потока. Пока ванна набиралась, Вестник разделся. Вид множества шрамов на коже довольно молодого человека вызывал разве что мыслительный конфликт, даже у парня, когда тот смотрел на себя.
— Похоже, это не копия, а именно что моё тело. Меня, ведь, изрешетило осколками. Кости, наверное, тоже мои.
Роджер развернул кисть, услышав подозрительный хруст, ранее не бывавший в него руке. Всё время дальше он так больше не делал.
После долгожданного очищения, Тревис набросился на постель:
— Завтра я найду его. Завтра точно.
Сон его поглотил.
Глава 12
— Отличный город. Свежий воздух тут есть всегда, будто… Будто его законсервировали. Странная ассоциация. Парадокс.
Роджер очнулся. У одного из окон кто-то стоял.
— Как делишки с того света?
Парень попытался вскочить с кровати, но ему что-то не позволило это сделать. Его будто связали, но он не ощущал верёвок.
— Нет-нет-нет, так не пойдет. Не хватало, чтобы вы ещё сбежали куда-нибудь, — со странной заботливостью говорил этот человек.
Тревис оглядел болтуна. Блондинистые волосы, костюм-тройка с высокой горловиной плаща, заменявшего пиджак, кожаный ремень, не вставленный до конца и свисающий сбоку и перчатки с вырезом на тыльных сторонах кистей.
— Ты кто такой? И что ты тут вообще забыл? — вырываясь, спросил Вестник.
— Я кто? Ну же, Смертный, не будьте таким недогадливым. Неужели вы настолько «молоды», чтобы не догадываться о возможности нашей встречи?
— Я, конечно, не в том положении, чтобы просить, но если ты тот, о ком я думаю, то ты знаешь, что мне нужно показать. Для достоверности.
Послушливо, собеседник подтянул воротник плаща и клетчатой рубашки под ним. На внешней стороне руки был набит знакомый текст.
— Так значит ты Вестник! Отлично, я-то тебя как раз и искал.
— Да? Ну, иронично, но моя цель была схожа. Я тоже вас искал.
— Мне тут помощь ну… А зачем?
— Ну как же? — блондин подошел ближе к кровати:
— Докун не выходил на связь уже около нескольких часов, сводка новостей говорит об вооруженном нападении на дом, где он был. Да и тут, внезапно, объявляетесь вы. Не совпадение ли это?
Шея Роджера напряглась. Незнакомый Вестник и пальцем парня не трогал, но неестественное удушение нарастало.
— Я же… Я не мог его убить, — выдавливал остатки воздуха Тревис:
— Пактум не позволил бы!
— Вы правы. Отчасти. Информацию на другого Вестника можно было передавать, даже если она и убивает.
— Но зачем мне это делать?!
— Да кто знает?… Ангелы закупают нелегальное оружие, Вестники предают своих, чтобы перескочить на сторону врага.
— Я могу доказать, что я невиновен.
— Неужели? И чем…
Полицейская сирена. Несколько машин резко остановились у входа в отель.
— По твою душу? — саркастично спросил блондин:
— Зайдут сюда, нам обоим несдобровать.
Губы Вестника начали синеть. Кроватная рама гнулась от натяжения.
— Я могу… Вытащить… Отсюда…
— Думаешь, я вам поверю?
— Выбора… Нет…
— Есть. Я могу вас вырубить, чтобы вы не пытались меня обмануть.
— Кл… Клянус…
Допрашивающего человека завлекла манера Роджера отключиться. Он не пытался вырваться. Проскочила искра отчаяния.
— Я пожалею об этом.
С горла ушло давление, как и с конечностей. Тревис схватил Вестника за плечо.
— Полиция! - дверь вылетела, а за ней внутрь вошли служители порядка. Пусто.
Вестники очутились на крыше здания с соседней улицы. За ними, на Роджера упала одежда, лежавшая в шкафу номера.
— А вы продуманный. Вряд ли нас бы не заметили с вашим голым торсом.
— С чего вдруг они сюда приехали? — сказал Роджер, одеваясь.
— Зайцем добирался?
— Откуда ты узнал?
— Птичка подсказала. Бело-синяя такая, гудит жутко. Ладно, где доказательства?
— У меня на груди бинт. Меня подстрелили в ту ночь, что и Докуна.
— Без постановки? Может вы сами в себя пальнул?
— Рана не заживает.
— И мне что, долго сидеть и смотреть, как из вас кровь хлещет?
Роджер расстегнул молнию на куртке. Достав содержимое, он показал его на своей ладони блондину.
— Эта пуля разорвала голову нашего общего знакомого. И такой же мне продырявили грудь. Кусочки явно там ещё остались, раз она не заживает.
Вестник пальцами схватил кусок металла и посмотрел поближе.
— Твою ж матерь… Вы пойдете со мной. Этот разговор не для крыши.
Глаза Тревиса закатилась вверх, а сам парень упал в беспамятстве.
— Взвалился груз на мои плечи, однако.
Холод оказался в мыслях парня. Как прикосновение к ледяной трубе, покрытой коркой девственного инея. Затем, запах выпивки, сигарет и нота. Музыкальная нота, от струны неизвестной гитары. Веки напряглись, словно песок попал на них. Снова звук, но теперь шум воды. Чувство жара и гари. Удар молнии, белая вспышка. Странно онемел рот.
Два щелчка прервали этот непонятный сон. Роджер сидел на ободранном кресле болотно-зеленого цвета. За окном был вечер, но даже это можно было едва разглядеть. Свет пробивался только из маленьких щелей между забитыми на каждом проёме досками.
— Ради вас пришлось нехило заморочиться, — сказал вошедший в комнату Вестник, несущий с собой небольшой поднос с бутылью и колбой с прозрачными жидкостями, коробком, ватой и тигельными щипцами.
— Фто фо млой? — почти неразборчиво спросил парень.
— Вы отрубились после интоксикации. Я сейчас пытаюсь вас спасти от более худшего.
— Пофему я так гололю?
— Вестникам оказали медвежью услугу. Мы невосприимчивы ко всякого рода отравам. По крайней мере, к их обычным дозам. Проблема в том, что без некоторых отрав даже один из нас отравится в гроб. Вам пришлось сделать и полную анестезию и частичную аналь- и терманестезию на торс. Вы же не хотите корчиться в муках, верно?
Блондин разорвал уже испорченный бинт. Рана хоть и была перекрыта сгустком, но она и на миллиметр не уменьшилась в диаметре. Лечащий содрал кровавую «пробку». Этот продукт жизнедеятельности он положил на поднос. Багровая влага постепенно начала стекать по коже. Вестник намочил вату веществом из колбы. Взяв в руки щипцы, он подобрал ватку и протер ею окантовку отверстия. Легкий дым пошел оттуда.
— Рекомендую дышать в другой стороне, а то опалятся не только волосы в носу.
Ещё одна ватка, но уже глубже. Дым шел, нервные окончания Роджера давали ощущение лёгкого тепла. Блондин закончил протирку и чего-то ожидал. И, спустя некоторое время, дождался. Рана начала затягиваться. Не мешкая, Вестник насыпал туда содержимое коробка, белый порошок, а затем обильно полил всё водой. Место выстрела полностью затянулось.
— Поздравляю, коллега. С успешной операцией, — блондин протянул руку, чтобы Тревис её пожал:
— А, точно. Ладно, я пока уберу приборы, как сможете встать, приходи. Постараюсь ответить на ваши вопросы.
Прошел час. От кончика языка до левого мизинца ноги парень снова чувствовал себя в порядке. Он слез с кресла и прогулялся по дому.
Это была квартира, очередная. Тараканов, каких ожидаешь здесь увидеть, тут не было, хотя обстановка все равно была удручающей. Стало понятно, почему здесь царил полумрак: так это жилье без необходимости ремонта выглядело лучше. По левую сторону от комнаты, где сидел Роджер находился зал. Зайдя внутрь, неожиданного Вестник не обнаружил. У стены стояло два шкафа, между которыми располагался неподходящий по стилистике комод. В центре лежал квадратный кремово-коричневый ковер, а на нём стоял стул. У окон, всё также забитых досками, стоял диван. В отличие от его более привычного расположения, он был повернут к окну. За его спинкой виднелась голова спасителя парня.