Смертельная выдержка (ЛП)

— Только не считай это романтическим свиданием, при условии, что к тому времени я не стану лебедем.
Его лицо потемнело.
— Есть вещи гораздо хуже превращения в лебедя, Лорелея, и я не желаю тебе ничего из этого.
  
Глава 8
 
Я перевернулась в постели, когда будильник запищал над ухом.
— Семь утра — слишком рано, чтобы куда-то идти.
  
Было несколько причин, по которым мне необходимо было встать в шесть тридцать. В Лондоне такие ранние подъёмы были редкостью.
Поскольку разговаривала бы с призраком посреди ночи и отслеживала бы наследника с помощью той информации, что получила бы обычно во время еды, чтобы увеличить свои шансы поесть. Еда была для меня большим стимулом, главным образом, из-за ее явного недостатка в подростковом возрасте.
Я приготовила плотный завтрак из яичницы с беконом в ожидании экспертизы. Даже отказалась от кофе в пользу мятного чая. На какие жертвы я пошла ради своих дружеских отношений… и нескольких лишних долларов.
Я не побоялась утреннего мороза и завела двигатель грузовика. Для запуска печки потребовалось время, и я заволновалась, что скоро это приведет к еще одним расходам. Режим выживания оказался отвратительным. В один прекрасный день у меня будет достаточно денег, чтобы жить как Ган и Кэм, тратясь на вещи, которые мне не нужны, просто потому, что могу.
Возможно, именно так и получилось с надувным лебедем, но это обошлось мне всего в двадцать три доллара. Настоящей роскошью был бы тот, который светится в темноте, но он стоил сорок баксов. Я не разбрасывалась наличными.
Я поехала к дому Магнареллы, дрожа от холода. Если бы хотела замерзнуть, я бы поехала на своем мотоцикле, хотя мне показалось разумным приехать на автомобиле, который уже была заведен.
Перед большим комплексом меня кто-то ждал. Он был высоким, худым и лысым, и с таким лицом, что растительность явно пошла бы ему на пользу. Фиолетовое пуховое пальто тоже не шло ему на пользу.
— Меня зовут Альберт Каммингс, — сказал он, когда я вышла из грузовика. — А вы, должно быть, Лорелея Клей.
— Да. Вы планируете оценить меня прямо здесь? — это объясняло встречу в столь ранний час. Вряд ли кто-нибудь увидит нас до восхода солнца.
Альберт рассмеялся.
— Нет, но это место огромно. Я решил, что лучше встретить вас, чем объяснять куда идти.
— Не знаю. Вы можете сделать это частью теста. — я наклонила голову. — Есть тест на интеллект?
— Нет, но я обязательно передам ваше предложение. Команда всегда стремится к улучшению. — он указал рукой направление. — Сюда, мисс Клей. Это не займет много времени, и мы сможете продолжить свой рабочий день. — он оглянулся на меня через плечо. — Большие планы?
— Мне нужно зашпаклевать потолок. Считается?
Альберт присвистнул.
— Ремонт в доме. Я вам не завидую.
Я последовала за ним за угол здания к двери без таблички. Он был прав: я бы не нашла ее, не перебудив сначала весь комплекс.
— Добро пожаловать в северо-восточное крыло. — он открыл дверь и жестом пригласил меня войти.
Виниловый пол. Кофейник. Мини-холодильник. Четыре стула. Комната напоминала приемную в кабинете врача. Здесь не было мраморного пола и дорогих произведений искусства, которые были в основной части дома.
— Думаю, вас обделили, Альберт. Какой у вас бюджет? Потому что вы должны были заказать хотя бы кофемашину.
Он прошел дальше по коридору и открыл дверь в соседнюю комнату.
— А вот тут-то и происходит волшебство.
— Хорошо, что вы не мой гинеколог, иначе мне пришлось бы вас ударить.
Он включил свет и показал еще одну комнату со столом, стулом, компьютером, смотровым столом, беговой дорожкой и различными медицинскими приборами.
— Вы один из тех, кто готовит эликсир? — спросила я.
— Эликсир? Почему бы просто вас не укусить? — он повернулся, чтобы с улыбкой оценить мою реакцию.
— Мне не смешно, — заявила я.
— Зануда. Вижу, с вами будет весело. Доктор Эдмондс готовит эликсир. Я только помогаю.
— У Эдмондса есть докторская степень?
— Официально он занимается фармакологией. Неофициально — зельеварением. Мистер Магнарелла нанял его в прошлом году на постоянную работу в комплексе.
— Должно быть, он предложил Эдмондсу выгодную сделку.
— Мистер Магнарелла довольно щедрый работодатель.
— Он, должно быть, очень хочет усовершенствовать свои способности. Что он получает от этого?
Альберт многозначительно на меня посмотрел.
— Если вы пытаетесь заставить меня разгласить информацию, то не получится.
— Вы хотя бы знаете?
Он демонстративно сделал вид, что закрывает рот на замок и выбрасывает ключ через плечо.
— Ладно. Хотя бы скажите, что включает в себя обследование. — по словам Дасти, похожее мы проходим в кабинете обычного врача. Измерение роста. Веса. Кровяного давления. Рефлексов. У меня не было причин полагать, что сейчас все пойдет иначе.
Альберт указал на весы.
— Мне нужны точные данные для эликсира. Малейшая неточность может повлиять на дозировку и его действие.
— Именно это произошло с Дасти? Вы неправильно измерили ее рост и бум! Получился лебедь.
Альберт возмущенно вздернул подбородок.
— Это не имеет никакого отношения к моим измерениям. Что бы ни пошло не так, всему виной эликсир.
Я подмигнула.
— Я обязательно передам доктору Эдмондсу ваши слова.
Он ввел в компьютер мой рост и вес, затем измерил кровяное давление.
— Отличные показатели, — прокомментировал он.
Я уставилась на него.
— Что же, спасибо, добрый человек.
— Такие же как в прошлый раз. С Кайли. Ее данные тоже были впечатляющими.
— У нее был положительный опыт употребления эликсира, или она просто недостижимый идеал для Магнареллы?
Он фыркнул.
— Думаю, она сдала экзамен. Я не вхожу в ближайшее окружение команды, но видел, как ее имя упоминалось в отчете.
— Почему вы не входите в ближний круг?
— Мистер Магнарелла предпочитает, чтобы между этапами процесса были прослойки.
— Другими словами, он очень скрытный любитель все контролировать.
Улыбка Альберта погасла.
— Вовсе нет. Он считает, что универсальный подход в бизнесе невозможен. В итоге на кухне работает слишком много шеф-поваров, поэтому он предпочитает разделение.
— Ему нравится разделение, потому что хочет быть единственным, кто обладает всей информацией, и, следовательно, никто из вас не сможет угрожать его положению.
Лицо Альберта помрачнело.
— Вам когда-нибудь говорили, что вы пессимист?
— Постоянно. — мои глаза расширились, когда я увидела, как он повернулся ко мне со шприцем в руке. — Эй, никто не говорил о взятии крови. — одно дело — подписать свое имя кровью на контракте, и совсем другое — предложить ее для тестирования.
— Это стандартная процедура.
Я вскочила на ноги.
— Нет. Извините. У меня боязнь иголок. Готова рискнуть и предположить, что эликсир меня не убьет. — хотя моя кровь и не выдаст мою личность, отчет вызовет больше вопросов, на которые я не готова ответить.
Альберт, казалось, не знал, что делать дальше.
— Если испытание эликсира пройдет успешно, вы столкнетесь с гораздо худшим, чем игла.
Его слова заставили меня задуматься.
— Если эликсир сработает, у меня появится божественная сила. Чем это хуже?
Казалось, Альберт понял свою ошибку и отвел взгляд.
— Простите, я оговорился, — пробормотал он.
— Я так не думаю. Вы утверждали, что не знаете всего. Так что же произойдет, если эликсир подействует как надо?
Альберт отвернулся и положил шприц на поднос.
— Я сказал, что думаю. Я ни в чем не уверен.
— Но у вас есть теория. — у меня так и чесались руки, желая прикоснуться к нему и заглянуть в голову, но я не могла так рисковать. Если Магнарелла обнаружит, на что я способна, меня исключат из проекта, а Дасти придется расплачиваться за содеянное. Вместо этого я держала руки при себе и хваталась за соломинку.