Граф Булгаков. Том 1: Укротить Аномалию (СИ)

Диван злобно заскрипел и протянул щупальца навстречу монстру-червю. Червь схватил подлокотник дивана зубами, приподнял мутировавшую мебель в воздух и начал яростно трясти, словно хотел выбить из него всё содержимое. Диван в долгу не остался, лупил червя щупальцами и пытался проткнуть остроконечными хитиновыми лапками.
Я приподнял бровь. Аномальные твари дрались друг с другом? Ну, не то чтобы это редкость. Твари, порожденные одной и той же Аномалией частенько жрали ближнего своего. Особенно когда подъедали всё съестное в пределах доступа. Но, если рядом появлялись люди, обычно они всегда предпочитали человечинку.
Значит, червь-монстр решил, что диван для него почему-то опаснее, чем я.
Подскочив к туше червя, я полоснул его по брюху. Духовное лезвие разрезало упругую плоть, на меня брызнула белесая дурно-пахнущая кровь. Червь взвыл и выпустил диван, тот с громким стуком упал на пол.
Гигант придвинул ко мне свою рожу, его массивные челюсти сомкнулись в нескольких дюймах от моего лица, и я попятился назад, сердце колотилось в груди.
Однако мечом я успел полоснуть это чудо-юдо по шее. Червь взревел, заливая всё вокруг себя своей мерзкой кровью.
Диван набросился на него со своей стороны. Червь мотал головой из стороны в сторону, не зная, на кого из нас двоих реагировать.
Наконец, он выбрал и рванулся к дивану. Шире прежнего распахнул пасть, выпустив из нее толстый шип. Резким движением он проткнул им диван насквозь, пригвоздил его за сидение к полу. Диван оглушительно и протяжно заскрипел, скребя лапами по полу. Но сил освободиться у него не хватало.
Враг моего врага — мой друг?
Подскочив к морде Червя, я резким взмахом меча разрубил шип, торчащий из его пасти. Из обрубка хлынула кровь, забрызгивая всё вокруг. Пол под ногами стал таким скользким из-за пролитой крови, что я лишь чудом не поскальзывался.
Червь снова заревел, но движения его стали заметно медленнее. Он потерял уже очень много крови — неудивительно, что ослаб. Я пошел в яростную атаку, нанося ему один удар мечом за другим.
Вскоре огромная туша рухнула мне под ноги, заставив пол содрогнуться, а мелкие предметы на нем — подпрыгнуть.
Щупальцами Отражения я пригвоздил морду червя к полу. Тот судорожно дергался своим огромным телом, но сил освободиться ему не хватало.
Резким движением я вырвал Ядро из правой глазницы Червя. Из недр башки за Ядром с хрустом потянулась паутина тонких сосудов, но я рассек их мечом.
Червь жалобно всхлипнул и обмяк. Его туша все ещё конвульсивно подергивалась, но особой опасности больше не представляла.
Я ожидал, что Червь сейчас обратится в пепел, как и гигантский пес до него. Но не тут-то было. Аномалия не торопилась разрушаться. Хотя я заполучил её Ядро и отделил его от «кровеносной» системы духовных потоков.
Я задумался. Этому могло быть несколько объяснений. Например, у этой Аномалии очень много энергии. И она какое-то время может просуществовать без Ядра.
Ладно. Уговор с Шаравиным был на Ядро. Не на уничтожение Аномалии. Так что технически свою часть сделки я уже выполнил. Аномалия сама собой отомрет со временем, когда у нее закончатся силы.
Но Червя лучше все-таки добить. Без Ядра его внутри Аномалии больше ничего не держит. Даже раненный может вырваться наружу и причинить много бед.
Я поднял меч над подергивающимся телом монстра. Надо бы разрубить его в нескольких местах. И быть поосторожнее при этом. А то дернется и случайно зацепит. Я не хочу, чтобы мне все кости переломало. Да, покров и Отражение меня защитят, но лучше лишний раз не рисковать.
Внезапно Червь затих. Его жуткое гротескное лицо с провалами-глазницами повернулось ко мне.
— По… — произнесли его губы, — Пощади…
Я застыл… Аномалия просит пощады. Впервые такое вижу. Обычно даже разумные Аномалии дерутся до конца.
— Прошу… — прохрипело гигантское лицо, — Я хочу жить… Я больше никогда… не причиню никому вреда…
Я, право, слегка растерялся. Меч в моих руках ярко сиял, готовый карать. Нельзя медлить.
— Я чувствую в тебе… нашу кровь… — прохрипел умирающий монстр, — Позволь служить тебе… господин…
 
Я опустил меч. Никогда… никогда до этого Аномалии не разговаривали со мной в таком ключе. Это всегда были озлобленные чудища, жаждущие крови и плоти. Даже на пороге смерти безумие не покидало их, и они дрались до последнего.
Аномалия, просящая пощады… это нонсенс.
И тут тварь резко рванулась ко мне, воспользовавшись моим замешательством. Она оторвала кусок пола, к которому ее пришпилило Отражение, и вновь обрела подвижность. Огромная пасть распахнулась, целясь мне в лицо. Я увидел кошмарную алую глотку, похожую на портал в ад, в которой клокотал обрубок языка-шипа…
Отражение среагировало молниеносно. Его щупальца самозаточились, став острыми, как острейшие лезвия. Они пронзили морду твари насквозь, заставив ее с громким щелчком захлопнуть пасть.
Ещё парой щупалец Отражение перехватило мой меч и одним мощным движением отсекло Аномалии голову. Отрубленная башка, вращаясь, по дуге пролетела через ресторанный дворик и с громким всплеском рухнула в обмелевший пруд. Темные воды заплескались, перехлестывая через борт. Башка быстро превратилась в уменьшающееся темное пятно, стремительно уходящее на дно.
Я перевел дух. Если бы не Отражение, пришлось бы мне солоно. Впрочем, без Отражения я бы в такое место и не сунулся бы.
Розовые щупальца втянулись в меня назад. Отражение своими действиями как бы намекало мне — хватит играться с железякой, я же намного лучше, хозяин, правда?
Что ж… Я осмотрел сверкающее Ядро в своей ладони. Оно светилось мягким светом, озаряя всю мою руку. Внутри него плескалась сырая духовная энергия.
Из моей ладони выросло маленькое розовое щупальце и начало ласково гладить Ядро. Отражению уже не терпелось сделать кусь-кусь. Ядра Аномалий для него — любимое лакомство.
Погодь, родное, твое время придет, но позже. Сейчас возвращаемся к Олегу Шаравину с чистой совестью. Но сперва надо решить, что делать с диваном.
Диван-паук-краб все ещё не мог самостоятельно освободиться. Шип крепко пришпилил его к полу. На коже-обивке дивана виднелись следы зубов. Но кровь из его ран почему-то не сочилась.
Многочисленные глаза с пушистыми ресницами жалобно глядели на меня.
Он не враждебен? Или это очередной трюк-обманка, чтобы ко мне подобраться?
— Ты как, дружок? — задумчиво произнес я, оценивающе глядя на диван, — Разговаривать умеешь?
Диван жалобно заскрипел.
После гибели Аномалии порожденные ей твари как правило погибали, лишенные подпитки. Но не всегда. Диван вон не торопится на тот свет. Может быть, он из тех мутантов, кто может существовать без подпитки Ядра?
— Могу тебе помочь, дружок, — сказал я, — Ты же не будешь на меня кидаться, как твой неадекватный старший братец?
Что если передать диван князю Омутову? Он наверняка отсыплет за такую находку солидную сумму.
Или… оставить себе? В целом, конечно, иметь свой личный передвижной диван, который будет возить меня везде… идея заманчивая. Только надо подумать, чем эту штуку кормить… как выгуливать? Купить поводок и поручить это Нейди?
Главное, помнить, что это все-таки не диван, а причудливый монстр, спец по засадам. У него только оболочка выглядит как диван. Как панцирь у краба, который под каменистое дно маскируется.
Щупальца Отражения обвили шип и выдернули его из дивана. Тот протяжно заскрипел, уперся лапами в пол и приподнялся. Я незаметно подсоединил к нему щупальце Отражения, откачивая из него излишки сытой природной энергии. А вместе с ними — излишнюю агрессивность.
Диван смотрел на меня, смирно переступая с места на место. Хм… пока потенциальный питомец ведет себя не агрессивно.
— Все хорошо, — ласково произнес я, протягивая к нему руку, — Я тебе не враг.
Разрешит себя погладить? Какие же у него забавные пушистые ресницы.
Мои размышления прервал громкий шорох, доносящийся со всех сторон. Распрямившись, я увидел вокруг множество блестящих огоньков. В окружившем нас полумраке перемещалось множество жутких теней. Шорох, скрежет, рык, цоканье когтей и шелест сопровождали их движения.