Граф Булгаков. Том 1: Укротить Аномалию (СИ)

— Я взял себя смелость расчистить для тебя путь, Блистающий, — мягко произнес он, загадочно блестя алыми глазами. Между его зубов иногда прорываются язычки огня.
— Мы взяли, — пробурчала Алая, недовольная, что её заслуги преуменьшают. Она демонстративно облизала лезвие своего кинжала и ухмыльнулась.
— Ловушка? — поинтересовался я, не трогаясь с места
— Опять ты со своей паранойей… Напротив, — усмехнувшись, он покачал головой, — Я очень хочу, чтобы ты попал к матери.
— Что ж… — я одобрительно кивнул брату, проходя мимо, — За мной должок.
— Удачи, — сказал он мне в спину, — Надеюсь, у тебя все получится.
— Сделай, что задумал, братик! — добавила Алая, — А не справишься, я тебя зарежу…
— Спасибо вам обоим, — сказал я, не оборачиваясь. Они и впрямь сэкономили мне немного времени.
С Извергом отношения всегда были… ровными. Мы уважали силу друг друга. Как крупные хищники, которые поделили территорию и сосуществуют мирно. Зачем драться, когда добычи вдосталь? Да и мать всегда подкидывает задания в иных мирах, так что скучать не приходится.
…Вход в покои матери сторожат две её прислужницы — огромные женщины со змеиными хвостами и синими кристаллическим наростами на голове вместо волос. Кончиков их змеиных хвостов я не вижу — они уходят куда-то в широкие расщелины в полу и в стенах.
— Великая Мать спит, — прошипела одна, — Поди прочь, капризное дитя!
Я молча отшвырнул их волной силы. Они отлетели назад и ударились спинами о каменные стены.
— Как смеешь ты поднимать руку на нас? Мы Её Лепестки! — обиженно прошипели они на меня из темных углов.
— Прочь.
Они отступили, напуганные моей силой, скрылись в расщелинах. Я взялся за ручки огромных черных ворот и распахнул их.
Передо мной открылись просторы исполинской темной пещеры, способной вместить огромный город. Её потолок терялся в кромешном мраке. В стенах пещеры, испещренных трещинами и проходами, блестели синие светящиеся кристаллы.
Я прошел вперед, застыл на краю уступа, бросил взгляд вниз, в непроглядную Бездну. По слухам, она тянулась аж до самого ядра планеты, где мать так любила греться… Теплолюбивая она у нас.
— Здравствуй, мама! — громко произнес я, мой голос эхом разлетелся по исполинской пещере, — Уделишь мне пару минут?
Вид у меня тот ещё — дорогой костюм изорван, покрыт кровью. К счастью, не моей. Что ж поделать, добром меня никто пускать не хотел.
Пол под моими ногами задрожал, по стенам и потолку прошлись волны вибрации. Из бездны передо мной медленно выросла исполинская тень. В полной темноте вспыхнули два огромных синих глаза.
Моя мать, Великая Зыбь, хозяйка нашего подземного царства. Древнее хтоническое чудовище, титан, равный богам, рожденный на самой заре мира. Она обычно являлась нам в образе исполинской женщины необычайной красоты, ее фигура была соблазнительной и манящей. Высотой Зыбь была с многоэтажный дом, ее ногти, зубы и брови были сделаны из сверкающих голубых кристаллов. Вместо волос ее голову украшали змеиные чешуйчатые туловища, как у Медузы Горгоны. Но оканчивались они не змеиными головами, а женскими телами. Великая Зыбь выискивала среди смертных одаренных молодых женщин и «приращивала» их к своим «волосам». Обычно после этого обряда избранницы становились верными последовательницами матери.
Говорят, что когда-то Великая Змея выглядела совсем иначе. Напоминала гигантскую чешуйчатую картофелину со щупальцами и зубастой пастью. Но по какой-то неизвестной причине она изменила свой облик на более человекоподобный.
Наша мать имела милое хобби — коллекционирование. Только искала она не монеты или марки, а могущественных отцов для своих отпрысков. Чёрный дракон, демон преисподней и многие-многие другие подарили ей нас, причудливых детей с необычными способностями.
В списке могущественных отцов-монстров было лишь одно исключение.
 
— Блистающий, мое милое дитя, — сказала хозяйка подземелья мягко, глядя на меня огромными сверкающими глазами. Ее глубокий голос эхом разнесся по гигантской пещере, заставляя потолок и стены дрожать, а мелкие камни падать, — Что привело тебя ко мне?
— Я выполнил все твои задания! — громко произнес я.
За моей спиной послышалось недовольное шипение и сдавленные ругательства. Я не оборачивался — знал, что из трещин в стенах за нами наблюдают сотни внимательных глаз.
Зыбь чуть наклонила голову набок, рассматривая меня.
— Ты убил Неуязвимого Зверя из Зеленых топей?
— Да.
— Добыл ли ты ветвь Лилового винограда из Прокаженных Садов?
— Да.
— Удовлетворил ли ты Королеву Амазонок и сотню ее приближенных воительниц за одну ночь?
— Да.
— Обыграл ли ты в шахматы Великий Кремниевый Мозг?
— Да.
Вопросы следовали один за другим. Но они были чистой формальностью. Между Зыбью и её детьми существовала незримая связь. Мать чувствовала, когда мы говорили правду, а когда врали.
Вскоре список вопросов иссяк. Мать дала мне много безумных заданий, которые считались невыполнимыми. Но… спустя годы я сделал все, что она приказала.
— Чего ты хочешь, сын мой, в награду? — со вздохом спрашивает она. Уже знает, чего я попрошу.
Широкая улыбка озаряет мое лицо. И я говорю всего одно слово:
— Свободу.
Даже у великой божественной силы есть недостатки. Например, боги и титаны не способны нарушить данное ими слово. Клятвы таких существ практически материальны.
Мать демонстративно закатила глаза.
— Ты получишь ее, — со вздохом произнесла она, — Свою треклятую свободу. Только скажи — зачем тебе столь бесполезное эфемерное явление?
— Ты приковала к себе нас, своих детей незримой связью, — я бросил взгляд на змеиные щупальца на её голове, — Ты в любой момент можешь взять любого из нас под контроль и управлять, как марионеткой. Смысл от моей силы, если я — просто кукла на нитях?
Зыбь молчала, мрачно и недовольно глядя на меня.
— Мне не по душе жить вечно под маминой юбкой, — сказал я, — Мне слишком тесно в твоём подземелье.
Злые крики накрыли меня волной со спины и боков. Мои братья и сестры, оскорбленные моими словами, не сдержали гнева.
— Всего лишь человек… — донеслось до меня, — Он не такой как мы…
— Подумай ещё раз, — мягко произнесла мать, — Это решение изменит всю твою жизнь.
— Прости, но мы много раз уже это обсуждали, — я покачал головой, — По твоей воле я побывал в сотнях миров, я видел самые разные цивилизации, как примитивные, так и высокоразвитые. Власть над узкими тоннелями и горсткой культистов меня не прельщает. Поэтому я хочу отделиться от нашей семьи и отправиться в свободное плавание. Свить свое гнёздышко среди смертных людей.
— Почему именно среди людей?
— А может быть потому, что я сам — наполовину человек? — сказал я, — Я был бы рад, если ты отправишь меня в тот мир, где сейчас находится отец.
— Ты хочешь увидеть отца?
Я лишь пожал плечами. Я не обязан изливать ей душу.
— Для чего тебе встречаться с этим человеком? — произнесла она, — Он никак не участвовал в твоем воспитании. У него своя жизнь.
Вновь равнодушно пожимаю плечами.
— Просто интересно посмотреть на смельчака, который умудрился завалить титаншу, — с усмешкой произнес я.
Вокруг меня сгустился полог тишины. Шуршание и шепотки в трещинах стихли.
— Невоздержанный на язык ребенок, — сухо произнесла мать, — Больше нет других причин?
— Нету, — с улыбкой произнес я.
— Имей в виду, — произнесла она, — Единственный способ оборвать связь со мной и с подземельем — это перерождение. Переродившись, ты лишишься моего покровительства. Ты попадешь в тело простого смертного. И ты потеряешь большую часть своей силы. Лишь Отражение останется с тобой.
— Я понимаю, — я пожал плечами. Было у меня подозрение, что мамка чего-то недоговаривает… но пока приходилось играть по её правилам, — Если это цена свободы — я готов её заплатить.