Первый в фамилии (СИ)
Напавших уже держат дюжие надзиратели. Одного чистит почти прямо на останки, другой непрерывно повторяет:
— Мы только пошутить хотели… Мы только…
Террористов сразу увели разбираться. Оказались из простолюдинов. Уверяют, что хотели пошутить. Волшебник, от которого остались ботинки, с нашего Магфака, оба других с Факультета Естественных Наук. Уверяют, что кидали что-то безобидное, хотели просто посмеяться.
После составления протокола меня отпустили, а с ними стали разбираться в полицейском участке. Нападение группы простолюдинов на дворянина — как оно называется? Бунт?
Глава 29
Разговоры
— … И что это значит? Не знаете? Так я вам скажу! Артефактный щит с защитой от неожиданных атак — это Экипировка. Быстрый ответ — Рефлекс. Последовавшая затем фиксация противников в неудобную для ответа стойку — это Выучка. Экипировка, Рефлекс и Выучка вместе нам дают что? Профессию! Да, именно Профессию. Хоть это ясно?
— Так точно, ваше высокородие.
— А что нам говорят оставшиеся от тела ноги? Промах? Согласен! Но по какой причине? Парню 16 лет. Что все люди делают в таком возрасте? Растут! Видимо на пару пальцев со времени последней тренировки парень подрос, вот потому прицел и сбился. А почему он давно не тренировался? Думаем, смотрим досье — что случилось? Умер дядя, он же наставник. Вот ключ к Промаху и Профессии! Дядя готовил парня себе в сопровождающие по Подземельям. Учитесь быть Аналитиками!
* * *— Итак? Пошутили? Вам смешно? Чего рожи корчите? Смейтесь, смейтесь! Хотели в приятели попасть? Так барон сразу признался, что не нравится ему выскочка Кабинетов. И что тот делает имя в студенческих кругах, ему тоже поперёк. Но барон никаких простолюдинов, ни о чём не просил! Остальное вы сами надумали.
— Ваше благородие, он намекал…
— Верю! Нет, честно — верю. Но намёки к делу не подошьёшь. Что я должен написать? «Вдохновитель преступной выходки о ней не просил, оплаты не сулил, но в разговоре часто подмигивал правым глазом, что, несомненно, делает его соучастником». Что-то такое, да?
— Нет, ваше благородие…
— Прошлый раз королева сильно гневалась на студентов. Но Кабинетов не член Госсовета — доклада государыне не будет. Однако наказать необходимо. Вдруг прослышит? Давайте-ка, выгоним вас вон из Университета? Всё лучше каторги за покушение.
* * *— Ваша милость! Марианочка… Эта Андерс… просто нет слов! Подсунула Ленни девку из рода волшебников! И ведь специально, чтобы женить парня! Змея, чисто подколодная змея! Всё под себя гребёт!
— Ладно тебе, Кларисочка! Трини даже не знает, что он к тебе пару раз заходил. Делает, что считает нужным. А я вижу, мальчик тебе понравился? Понравился, да? Молодой, симпатичный. Ты что, на него запала?
— Не запала… но…
— Точно втюрилась! Ну, так бери его под себя! Зачем здесь дело встало? Один поцелуй и он на руках несёт тебя в кроватку!
— Но не в моём же доме! И не на супружеской постели, хоть я и вдова! Тут сын, слуги… Это просто даже неприлично! И у него в доме мне бывать совсем не пристало. Что обо мне в салонах станут говорить?
— «Лекарство от любви — другая любовь. Клариса нашла себе сладкое лекарство, симпатичного жеребчика». Как-то так скажут, да? Но ты права — вам нужно гнёздышко. И не женщина его должна организовать, а мужчина. Ладно, это я легко устрою, но остальное сама. Всё сама!
— Марианочка, ты такая добрая! А… Ну… Если я ту девку от него отважу? Ты не будешь против? Терпеть не могу делиться своим мужчиной. Опять же, не хочу слушков по салонам. Зачем слышать что-то вроде «она увела верного жениха от какой-то мелкой, но дворянки».
— Мне всё равно, но не хочу твоего конфликта с баронессой.
— О! Глупая девчонка поведётся на блестящего хлыща. Я-то тут при чём?
— Кто-то из приятелей мужа?
— Приятель приятеля из клуба. Андерс со мной не свяжет. Хотя начнёт злиться, когда выведу малыша в свет.
Наставник
В четверг, прямо с лекции меня вызвали по неотложному делу. Приехала почтенная дама в возрасте, представившаяся Флоренс Милле, дочерью Барлака. Учитель по делам прибыл в столицу, но скоро ему стало очень плохо, и он потребовал, чтобы я срочно прибыл, открыл портал на руну и переместил его обратно в Приют.
Пока меня с почётом везли к болящему, дама так переживала за отца, что я счёл необходимым её предупредить:
— Не хочу оказаться пророком, но боюсь, что вам стоит быть готовой ко всему.
— Леннар, вы добрый мальчик, — задумчиво ответила любящая дочь. — Ваши слова, да богам бы в уши! Но нет! Кто мне даст всё? Хоть бы треть наследства получить. Ведь молодые такие жадные. Боюсь, больше четверти не достанется. Но вот дом я им точно не отдам! Жадные прилипалы!
К нашему приезду семья бурлила. За четверть часа до нас прибыл Целитель, личный друг Барлака. Увы! Он смог лишь констатировать смерть.
Многочисленные родственники срочно вскрыли конверт с завещанием и сразу его прочитали. Оно оказалось коротким. Покойный по всем правилам зафиксировал у нотариуса свою волю: «Находясь в здравом уме и твёрдой памяти, все свои деньги и ценные бумаги родне не отдам, их я с удовольствием растрачу сам».
Что логично, духовная вызвала разговоры и пересуды. И пока остальные родственники ругали, сетовали и занимались пустыми разговорами, выгнанный из учеников внук пробрался в спальню, обобрал тело деда и без объяснений с родными куда-то телепортировался. Понятно, это вызвало новый взрыв эмоций.
В столь непростой момент я счёл себя лишним и откланялся. Держать не стали, даже вежливо представили карету для возвращения.
Итак, второй мой наставник тоже умер. И от него тоже осталось хранилище. Которое тоже необходимо разобрать. Но кто-то спёр вещи с трупа Барлака. Пусть! Они не мои. Однако среди них был ключ к Пирамиде. Не туда ли отправился воришка? Он же бывший ученик, отставленный за нерадение. Надо бы сходить, посмотреть.
Одеваюсь, вооружаюсь, справедливо критикуя себя за то, что не определил вещи в погребе, но тут же оправдываюсь тем, что нельзя бросать начатые дела. Книга Переноса в руке, при малейшей опасности сразу возвращаюсь. Собираюсь морально, страшновато всё-таки, творю Переход на ключ и оказываюсь в пирамиде.
Тишь, гладь, божья благодать, Стражи со Слугами стоят у стеночки. Одно неприятно — смертью пованивает. И сильно так. Ведь рядом на полу лежит хорошо порубленное тело мужчины. Шесть Стражей по разу ударили.
Да… Не обманул меня Милле, ключ надо настраивать на человека. Что делать с покойником, вопрос не стоит — кладбища здесь нет, погребального костра не разведёшь, а возвращать останки родне — самому нарываться на серьёзные подозрения и въедливые расспросы. Оно мне надо? Действую по уже привычной схеме, только собрать вещи приказываю местным Слугам.
Пока исполняют, оглядываю внутренности пирамиды. Непаханное поле! Тут разбираться и разбираться! На несколько лет хватит! Но займусь, когда закончу с наследством Леонарда. Хотя бы тех вещей, которые лежат в погребе.
Такое количество Слуг мигом собрали всё не утилизированное заклинанием. Обсидиановая пластинка, ключ от пирамиды — здесь, и это главное. Горсть разных монет, пара комплектов мужских украшений, две дворянские печатки и Книга Переноса. Всё!
Ничего с собой не беру и Телепортом возвращаюсь домой. Пронесло! Обошлось без драки.
Семейный разговор
После битвы в коридоре студенты ко мне стали обращаться крайне уважительно. На всякий случай. Почему-то народу запомнились ноги в ботинках, а о покойнике особо не поминали. Кристабель отругала, сказала: «не надо было рисковать». Это как? Не выходить из аудитории? Ксанта и Сайед обозвали монстром и стали намекать на новую встречу.
Как-то приехали родичи, понятно, дедушка и дядя Норвин. Дядя выложил папку с бумагами и тяжело вздохнул: