Первый в фамилии (СИ)

Хотя есть подсказка — название! Последний Приют! И жил там старый волшебник. Любой, кроме разве Некроманта, может творить лечебные заклинания, на Источнике Жизни это легко и просто. А ведь есть старик, некий Барлак Милле, артефактор и мой учитель. Работающий над артефактом продления жизни. Вот кому эта башня жизненно необходима! Однако, наверное, мне не просто так показали башню?
  
В столице, я ожидал, что мы поедем в знакомый дом из красного кирпича, но ошибся — карета поехала другим путём, пересекла ворота роскошного парка при пригородной усадьбе и остановилась около закрытого павильона.
Меня встретила служанка и после реверанса предложила войти. Как оказалось, здесь занимаются живописью. Незнакомая женщина лет около сорока рисует симпатичную девчушку, мою сверстницу. Нагой.
Девушка сразу восклицает: «Ах!» и закрывается руками. Точнее, левой прикрывает левую грудь, а правой лицо. Стыдно ведь! На остальные части тела рук не хватило. Да и на лице, сквозь широко расставленные пальцы, видны любопытные глазки. Но одна грудь — да, прикрыта полностью.
— Накинь пеньюар, бесстыдница! — командует натурщице художница и переводит доброжелательный взгляд на меня: — Вы, наверняка, Леннар Кабинетов? Разрешите представиться — баронесса Триния Андерс.
  
Глава 23
 
Наставление
Красивая голая девчонка. Юный Ленни сразу заинтересовался и пустил слюни. Леонард не включился, зато капитан Сидоров и бретёр с затерянным именем мгновенно сделали вывод — ПОДСТАВА!!! Кроме накачки замполитов, капитан и сам имел опыт общения с женщинами. Три жены — это хорошая школа жизни. Бретёр вообще жён не имел, что при обилии возлюбленных уже многое говорило о его способностях заранее распознавать женские козни. Словом, слюни сразу подобрал, вежливо представился баронессе и показательно не пялился на натурщицу.
Которая, кстати, сразу прикрылась пеньюаром и побежала за занавеску переодеваться. Перед был прикрыт шёлком, обеими руками плотно прижатым к телу, но вот спина с очаровательной пухленькой… э… кормой осталась без покрова и крайне завлекательно мелькнула при отступлении девушки. Которая, впрочем, быстро вернулась в лёгком платьице, похоже, без нижних юбок под ним.
— Тётя Триния! — потребовала она. — Представь меня молодому человеку. Если он увидел все мои достоинства, то хотя бы должен знать имя их владелицы.
— Ты права, дорогая. Тебя действительно надо представить. Девица Йозефа Торп, дочка моего знакомого и немного помощница. Самая неугомонная среди дюжины своих братьев и сестёр. Сорванец, непоседа, шалунья и просто чертёнок.
— Я когда-то слышал песенку. Это про Йозефу?
— Какую? — живо поинтересовалась представленная девица Торп.
— Признаться, всех слов не помню. Что-то вроде: Чертову дюжину детишек растила дома матушка моя: Ровно шесть девчонок, ровно шесть мальчишек и один чертенок — это я!
— Хм… Не слышала. Наверное, её сочинил кто-нибудь из соседей. Кстати, братьев всего пятеро, а нас, сестёр, шестеро. И зовите меня Йози или Зефа, ненавижу, когда зовут Йозефа, обязательно будут за что-то ругать.
— Девочка, тебе пора.
— Понимаю. У вас дела, никак меня не касаемые. Леннар, приятно познакомиться. Если вам будет нужна модель, то знаете к кому обращаться.
— Благодарю вас, я не художник.
— И что? Я тоже не натурщица. Но чему это может помешать? Впрочем, мне срочно надо бежать. Кажется, в спешке забыла надеть кое-что из одежды, а как без этого вернуться домой? Мама станет ругаться!
Не слушая моих прощальных слов, девчонка вновь сбежала за занавес.
— Она такая милая и непосредственная! — вздохнула баронесса. — Но ужасная бесстыдница! Даже не смутилась, а наоборот постаралась дать разглядеть себя со всех сторон. Впрочем, у неё есть, что показать. Только не считайте Зефу глупенькой малышкой, у неё ум прагматика. Ладно, не будем больше об этой егозе. У нас с вами есть о чём поговорить кроме симпатичных очаровашек.
Меня отвели в комнатку за маленькой дверцей, где служанка сервировала чай с вкуснейшими пирожными. Андерс продолжила разговор:
— Не будем долго раскланиваться — раз в нужное время вы вышли из дома, то готовы принять предложение. Так?
— Да.
— Собственно, другого мы и не ожидали — вы умный мальчик, понимаете, что большего вам никто не предложит, а выучиться сейчас, будет полезно и вам, а в будущем и вашей покровительнице. Что скажете о башне? Как она?
— Источник Жизни. Средненький по силе. Скорее всего, предназначен для Барлака Милле. Но башня пуста, придётся сильно потрудиться, чтобы сделать её пригодной для проживания.
— Всё точно. Когда Барлак начнёт вас расспрашивать о месте, расскажите всё, не тая. Источник — серьёзный аргумент для торга. Цену не обсуждайте — это не ваше дело. Что за неё хотят, скажут другие люди.
— Понятно.
— Вы прекрасно справились с проверочным заданием. Опознали артефакт и сварили зелье, точнее, яд для нежити, Некробой. Что можете сказать о нём?
— Довольно сложен в приготовлении. Очень специфическое применение. Не думаю, что его много требуется.
— Требуется, Леннар. Много. Это зелье в любых количествах возьмёт Церковь для боевых монахов, борющихся с нежитью. Вы должны знать, что являетесь вторым человеком, который сумел его приготовить.
— Это почему?
— Не знаю, я же не алхимик. Церковники получили рецепт, но не смогли его воспроизвести, даже повторяя действия за автором. Он архимаг и государственный деятель, а потому крайне занят. Хотя не отказывается от производства, но из-за недостатка времени делает очень немного. Сделанного еле хватает для Хаора, а ведь есть и другие епархии. Вы понимаете перспективы?
— Не совсем. Церковь не любит много платить.
— Согласна. Но у них много возможностей компенсировать затраты иным образом. Они готовы перетряхнуть всех алхимиков, в надежде найти нового поставщика. И это наши! Имеющие хоть какое-то влияние на создателя! Что говорить о зарубежных епархиях? Они лишь мечтают о таком! Короче говоря, её милость за это средство может получить что-то полезное для себя, но и для вас в том числе. У священнослужителей могут найтись редкие реагенты, а в церковных библиотеках скопилось много мажеских книг, попавших туда разным образом. Но сохраните в тайне то, что зелье делаете вы.
— Понимаю. Её милость сможет потребовать у церковников значительно больше, чем я.
— И это тоже. Некробой далеко не самое важное, что от вас потребуется, но его вы можете делать уже сейчас. Готовы?
— Вполне, но у меня нет реагентов.
— Они будут.
— Когда будут, начну готовить.
— Отлично! После присяги вы получите службу, скорее, синекуру с жалованием титулярного советника. Ежемесячно за чин положено 75 талеров, за должность 80 и на всякие квартирные, столовые, проездные ещё 45. Должность столоначальника, а это надворный советник — титуляшке будет куда расти по чинам. При столе трое подчинённых — какой-нибудь коллежский регистратор или, если молодой дворянин, юнкер, писарь и письмоводитель. Всех можно набрать самому. Числиться станете по Министерству Призрения, уже найдено место для присутствия, сейчас решается, чем конкретно станете заниматься. Ясно?
— Ясно, но не очень понятно. Вообще, я неплох в финансовых вопросах…
— Нет! Никаких реальных работ, учёба важнее. Служба исключительно для должностного ценза. Дальше — ваша городская усадьба уже почти приведена в порядок. Однако наём слуг за вами. Естественно, лишнего они знать не должны.
— Конечно, нет.
— Теперь о присяге. Не хочу вас обидеть, но вы воспитывались не в дворянской семье, потому многих тонкостей не знаете. Я подробно расписала вам весь ритуал. Возьмите лист и быстренько прочитайте. Сразу после нашего разговора вас отвезут на церемонию в Собор. Форма одежды — парадный мундир. Там вас встретят и проводят куда надо. При священнике принесёте оммаж. Сюзерен вам подарит поместье, а вы ей шёлковую ленту, изумрудного цвета.