Первый в фамилии (СИ)

Интересно, кто за меня просил? Мастер только на деньги не клюнет. В чём его слабина? Чего ему пообещали? И главное, кто именно?
Пирожное
На столе, рядом с чашкой стоит тарелка. Не круглая, скорее квадратная, но с сильно закруглёнными краями.
На ней композиция из нескольких элементов. Слева — яркое пятнышко из порезанной кругляшками ягоды — клубничинка. Нарезано так, что зелёный черенок держит все пять округлых ломтиков. Проглядывает их серединка, разрисованная концентрическими фигурами красных тонов от ярко алого до белёсо-розового на красном фоне. В противовес зелени черенка, желтеют мелкие жёлтые вкрапления — семечки. Да, обычные клубничные семечки.
  
На переднем плане — маленькая лужица густого крема с тёмно-красной кляксой пахучего сиропа. Странное сочетание несмешанных цветов, заставляет задуматься — что попробовать в начале? Или… или смешать их? А уж потом…
Двойной листочек черники плавает в этой лужице и намекает на вкус основного блюда — того, что в дали… на самом краю тарелки… Где высится огромной глыбой ОНО… Бледно-кремовое! Хотя этот цвет только проглядывает из-за желтых крошек. Пахнет чем-то давно забытым… Из детства… ПИРОЖНОЕ!
Всего несколько тонюсеньких коржей… Но настоящих, из множества крепеньких слоев… не размокших, не тестяных… а хрустящих, рассыпающихся под зубами на лепесточки. На первом снизу у основания лежат ягоды черники… Или голубики… Трудно понять сразу… На верхнем — проглядывает малина с парой ежевичин.
Но их почти не видно, потому что все ягоды и коржи как облаком окутаны КРЕМОМ! Да! Именно им, нежнейшим… Чуть сладковатым… Очень лёгким и воздушным. Всё окутано лакомым облаком и лишь поверху, россыпь крошек, которые остались от коржей. Тех самых, что как чешуйки касаются языка и тают… тают на нём…
Крем и сироп не слишком сладки, их задача не затмить, а лишь подчеркнуть вкус блюда и немного украсить его.
Только женщина женщину могла угостить таким блюдом. Мужчины даже не смогут его полностью оценить, а дети и оценивать не станут — быстро всё слопают и попросят добавки.
За столом действительно пили чай две женщины. Та, которая постарше, угощала ту, что помоложе. И по всему было видно её стремление угодить гостье:
— Да, ваша милость, я помимо охранителей собрала информацию о мальчике. По силе действительно магистр. Его наставник, Леонард Камбизет, с малолетства поил эликсирами, способствующими росту магической силы. Далеко не всегда алхимия помогает, но в данном случае результат очевиден. Учится прилежно и с охотой. Фехтованием занимается с полной отдачей.
— Вот этого мне не надо! Боевиков и без него хватает. Мне нужен личный волшебник. Сильный! Магистр, а лучше архимаг. Не боевик точно! Артефактор и алхимик для меня гораздо полезней.
— Я понимаю, ваша милость…
— Мне потребен как бы обычный волшебник, которого нельзя связать со мной. Юноша магистр по силе, причём с блеском справился с проверочным заданием. Даже сварил зелье, которое до него мог варить лишь один человек. Словом, мальчик мне нужен.
— Семейный архимаг, ваша милость, вас уже не устраивает?
— Почему? Устраивает! Но он семейный — не мой. И я точно знаю, когда сын вырастет, это будет только его, личный волшебник. А наш мальчик к тому времени выучится, и надеюсь, станет достаточно сильным.
— Дорого обойдётся, ваша милость.
— Согласна — дорого, но полезно иметь лишний козырь в своей колоде. Тем более, если о нём никто не знает.
— Ваша милость, боюсь, будет трудно обеспечить верность.
— Мальчика? Не очень. Я его куплю. И не деньгами, а знаниями и увеличением магической силы.
— Возможно, ваша милость. Юноши легко поддаются воздействию.
— В Хаоре есть два или три Мастера Артефакторики, с одним уже договорились об обучении. Что плохо, нет Мастера Алхимии, но меня уверили, что лет за десять хорошо мотивированный и оснащённый всем необходимым магистр сможет стать минимум Подмастерьем и освоит начала Высшей Алхимии. Требуются книги и реагенты, то есть, деньги, а золото я найду. Но мне нужны гарантии!
— И тут, ваша милость, в игру вступаю я, подсунув в его окружение и, главное, в койку нескольких девочек. Контроль и мягкое управление. Это не так сложно. Труднее найти жену из старого рода волшебников, которые в достаточной степени лояльны вам.
— Важно, чтобы никто не знал обо мне, кроме самого мальчика. Для остальных пусть покровителем остаётся Киран. Тот пока мне в меру верен.
  
Глава 18
 
Вдова
По субботам я весь день занят с учителем, но, неоднократно подчёркнуто, НЕ наставником, Милле. Соответственно, бывших одноклассников тогда принимать у себя не могу, хотя и им интересно посмотреть на студента, и мне не хочется забывать старых приятелей. Пришлось разок пораньше сбежать из архива, чтобы поболтать с полудюжиной заранее приглашённых друзей и подруг. Только поели и начали «а вот у нас!», «что у тебя?», как сработал достаточно резкий сигнал от оповещалки.
Один из важнейших приборов в лаборатории профессионального алхимика — магический аналог таймера. Лучше под каждый процесс свой, но у меня только один — приборы дороги. Модель средненькая — на 36 часов. Вид — настольная пластина с 36 разноцветными полосками. В каждой полоске 12 отверстий, то есть шаг 5 минут. Перед запуском процесса в соответствующие отверстия вставляешь клинышки с номерами. В результате у тебя пошагово разложены все стадии. В момент начала включаешь часы, и в нужное время срабатывает звуковой сигнал на носимом с собой брелке.
Вот он у меня сейчас и сработал. Пришлось идти в лабораторию, там надо просто выключить нагрев. Следующий этап, охлаждение до комнатной температуры, дойдёт сам. Сейчас запущены три системы сразу.
Понятно, ребята увязались за мной. Увидев, что делаю, сразу зауважали.
— Ты крут, Ленни! — завистливо оценил Пров: — Одновременно три реакции ведёшь! Не зря тебя с отличием выпустили.
Ребята с ним согласились. Такая оценка для меня весьма лестна — они-то уж точно понимают квалификацию того, кто работает в лаборатории. Сами такие. Раньше по лабораторным работам я был где-то на их уровне, может чуть выше — всё же Алхимию наставник давал настолько, насколько она нужна для Артефакторики. Но сейчас, после получения его умений, я в этом вопросе не на голову, а на две или три выше любого одноклассника.
— Варишь что-то из моих книг? — поинтересовался приятель.
— Нет, конечно. Твои — учебники. Да — неплохие, но по ним надо учиться, а здесь, посмотри сам, профессиональная установка. Объём не на одну дозу, как в учебных, а сразу на большее количество. Потому и рецепты чуть другие.
— В чём разница? — поинтересовалась Розабель.
— В деньгах! — ответил Якоби Марстон, тоже мой приятель и дворянин. — В училище учат, чтобы умели, а в случае неудачного опыта потерялись реагенты, ценой в пару грошей. А здесь всё по-взрослому — закладываешь кучу всего, а на выходе получаешь объём в несколько дюжин зелий. Ленни, сколько? Три? Четыре?
— Угадал — три. Варю Лечащий Бальзам — для открытых ран и повреждений.
— Гервульфа таким мазали, — припомнила Розамонд. — Он дорогущий! Одни реагенты, наверное, много стоят. А ты сам, сразу в три потока варишь!
— Роза, хочешь жить — умей вертеться! У тебя родители имеются, потом муж о деньгах станет заботиться. А я один, меня никто кормить не будет. Мне же деду деньги за реагенты нужно вернуть, новые на будущее купить и на остаток что-нибудь поесть.
— Не прибедняйся! Ты с каждой варки прибыток золотом получишь — на хлеб с маслицем хватит.
  
— И что? Я люблю вкусно покушать!
— С твоим уровнем знаний и магической силы, тебе любой род будет рад покровительствовать.
Это выступила Жозефина. На меня смотрит странно, будто я фрукт из Колоний, вроде и попробовать хочется, а не знаешь, откуда начать кусать.
Когда закончил, и мы вернулись в гостиную, Пров вдруг заявил: