Первый в фамилии (СИ)

Ещё в бумагах нашёлся оригинал рецепта, который я уже посмотрел. Но самое ценное — заклинание на пергаменте — 8-ой Круг Школы Жизни, мне пока не доступен. Пригодится для длительного хранения любых созданных зелий. Особенно полезен для дорогих составов. Читается над флаконами после разлива снадобий. Без него эликсиры долго не хранятся. Придётся учить. Конечно, когда дорасту до нужного уровня.
  
Заодно понял — мой уровень знания Драконика еле-еле позволил понять сравнительно недавно написанные обороты. А что будет с действительно старыми? Про древние даже молчу. И ведь хотел сдать язык досрочно. Облом!
Осталось перейти к практической работе, но сил уже нет, да и отдыхать надо.
Всё воскресенье ушло на алхимию. Для начала пришлось распаковать и развернуть в свободной комнате часть купленного оборудования. Можно было и на том, что уже стоит, но бывший владелец настроил свою технологию. Зачем мне повторять его установки, когда быстрее и проще распаковать?
До обеда установил всё для приготовления универсальной основы и даже запустил процесс. Сидеть рядом с собранной системой, как курица на яйце, не нужно, достаточно приходить в надлежащее время и проводить нужные операции. Это понятно — аптекарь работал один, значит, основное время должен был проводить в торговом зале. Так и я занимался другими делами — распаковывал, приносил, устанавливал другое оборудование, готовил реагенты. Словом, к вечеру у меня была готова большая посудина с основой для лекарственных зелий и три установки для их производства. Теперь вечерами будет, чем заняться.
Неделя жизни
В понедельник первая тренировка по фехтованию с разъяснением того, что турнир это не поединок. Бой тупым, тренировочным оружием. За намеренную травму противника могут снять с соревнований, хотя на это маловато шансов, ведь нельзя снимать защитную амуницию.
Длина клинков одинакова для каждой категории, зато тип оружия можно менять перед новой схваткой. Варианты — меч, меч и кинжал или баклер, два коротких меча. Обычный вариант — первый, реже — второй, крайне редко — третий. Два коротких меча берут, когда желают удивить противника и навязать свою тактику боя. Мой вариант только второй — просто нет времени изучать что-то ещё.
Далее пошла собственно тренировка с учителем. Заодно он выяснял мои возможности, сильные и слабые стороны. Однако весь свой арсенал приёмов и заготовок я не показывал. Зачем? Турнир закончится, а вот новые противники наверняка появятся.
Из интересного — услышал про дуэль в клубе. У меня появились последователи — два долбоклюя поссорились и решили по новой моде устроить поединок на алебардах. Не подумайте чего такого — только до первой крови. Оба древковое оружие даже в руках не держали, только «видели», но когда это мешало? Все действия заранее известны — руби, коли и принимай удар на древко. Всё! Чего тут сложного?
Бой закончился первым выпадом — до первой крови же бились. Один рубил со всей дурацкой мочи. Целился в голову, но не попал — не то противник уклонился, не то сам не рассчитал, они же под хорошим градусом сражались. Словом, топор вошёл в плечо и застрял в кости. Второй колол и пока не пропустил удар, успел хорошо так попасть в грудину.
Оба будут жить, но это не точно.
Во вторник первый раз оказался в архиве. Профессор привёл туда, передал с рук на руки древнему дедуле в потёртом мундире и ушёл. Кстати, ничего не посоветовав. Но он был в своём праве. Обещал пустить и пустил, а ничего другого обещано не было.
Я не побежал к каталогу, а спросил скучающего старикана:
— Извините, можно я немного не по теме, задам вопрос? А не выпить ли нам за знакомство?
Старый чинуша резко оживился и ответил:
— Коли нальёшь, отчего не выпить с хорошим человеком?
— У меня только одна фляжка, а закуски нет. Может, мы начнём, пока за пополнением кто-нибудь сбегает?
— Вот славного человека сразу видно! Малой! Возьми у… как его… денежку и бегом, куда знаешь. Только не забудь сказать, что мне берёшь! А то не ту анисовку всучат.
Мы употребили мою фляжку, а гонец, вернувшись, выставил бутылку мутноватой анисовки, кувшин розового, каравай серого хлеба, две большие луковицы и огромную кровяную колбасу с перловой кашей. Малой, лет за тридцать, пристроился с нами.
Отговариваясь предстоящими делами, я пил только для виду, почти не закусывал, но никто от меня и не требовал двигаться ноздря в ноздрю с коллективом. Зато корифей, сорок семь лет отработавший в этом подвале, выяснил мои потребности и пообещал:
— Всё будет! Но по результату с тебя поляна.
— Не вопрос! Организуем.
Тут за меня выступил самый обычный, без выпендрёжа, студенческий мундир, по которому сразу видно — парень совсем не мажор. Заодно я узнал, что старикан — коллежский регистратор Пембрук Пейн, дворянин из служилых, а Малой — его сын и преемник места, кстати, тоже Пембрук и тоже Пейн.
Эх! Прямо родным повеяло! Сколько было выпито по армейским складам и хранилищам во время сверок, ревизий и прочих мероприятий!
В четверг сюда вернулся, и мы с Пембруками прошлись по двум десяткам интересно выглядящих проектам на стыке артефакторики и алхимии. Пока смотрели записи в документах. Выбрали три перспективных и решили продолжить на следующей неделе.
В пятницу заглянул в магазин торгующий подержанной одеждой. Отнёс туда школьную форму и гильдейский мундир. Я не жадный, я экономный. Зачем мне ненужная одежда в шкафу? Денег не взял, предпочёл поменять на полувоенный костюм со шляпой, плащом и сапогами. Всё чуть ношеное, но такое и искал — немаркое и из крепкой ткани. Похожие наряды носят бывшие военные, искатели приключений и просто экономные люди, что дворяне, что простолюдины. Опять же, сразу сливаешься с толпой.
Субботняя лекция по «Первой помощи» принесла знакомство с девицей Кристабель Килберн, той самой студенткой в зачарованных драгоценностях. До неё дошёл рассказ о том, что кто-то посмел не захотеть с ней поговорить. Нас представили друг другу, она высказала мне претензию, я ответил, мои аргументы приняли и меня снисходительно простили. Мало того, был задан квалифицированный вопрос о возможной починке некого артефакта. Не отказал, но и не проявил особого интереса — дескать, для меня оно рутина.
По пути домой зашёл в приёмную благодетеля и оставил секретарю для передачи выданное задание. Там и работы всего ничего было. Зелье сварил строго, как в рецепте. С артефактом тоже ничего сложного — трёхслойная защита. Единственное, обнаружилась четвёртая чара — простенькая сигналка, активирующаяся при срабатывании любой из защит. Мне, а раньше, Леонарду, склепать такое, как позавтракать.
Потом заглянул в оружейную лавку и подобрал засапожный нож. Полезная вещь, всегда пригодится.
Вновь до ночи прозанимался университетскими конспектами — надо же догонять однокурсников, а перед сном приготовил вещи на завтра.
Утром встал с рассветом, переоделся в купленный костюм. Взял кинжалы, фонарь, аптечку, перерисованный кусочек карты, кое-какие снадобья, флягу, перекус. Не забыл про кольцо с Кругом Молний и другое снаряжение. Вдруг чего… Затем отправился по делам. Афронька про интересное место рассказал, как не посмотреть? Интересно же! Извозчик доставил до городской заставы, а далее пришлось идти пешком.
Место довольно хоженое — почти сразу вышел на натоптанную тропинку. Одна сторона ведёт к реке, другая в обход скалы. Сначала направился к воде — там и идти всего ничего. Нашёл импровизированный причал. Направился другую сторону и скоро оказался у входа в катакомбы.
  
Облагороженный толстыми досками спуск — явно для перевозок. Вспоминая последнюю встречу с Афронькой, думаю, что тележками. Но дерево свежее — возможно недавно меняли старое, но скорее уложили новое. Спускаюсь. Фонарь пока не зажигаю, темновато, однако видно.
Три прохода — прямо, влево, вправо. Вперёд не пройти — резкий спуск, а внизу плещет вода. Колодец? Хотя скорее природное образование. Мне направо, там темно, но взял с собой фонарь, можно было бы и пойти, однако в левом проходе мерцают отблески света и слышатся голоса. Надо проверить, вдруг помешают вернуться?