Кавалер Ордена Золотого Руна
— Ну, — строго спросил доктор, — скажи мне, ветка Палестины, в чем дело?
Доктор любил уснащать речь стихотворными цитатами.
— В Приключенческом тупике источник забил, — с убеждением воскликнул Никита. — Своими глазами!
И гражданин Псов, прерываемый возгласами удивления, доложил обществу, что он, забредя по пьяному делу в Приключенческий тупик, проснулся на земле от прикосновения чего-то горячего. Каково же было его, Псова, удивление, когда он обнаружил, что лежит в мутноватой горячей воде, бьющей прямо из-под земли.
— Тут я, конечно, вскочил, — закончил Никита, — и чувствую, что весь мой ревматизм как рукой сняло. Своими глазами!
И Псов стал произносить самые страшные клятвы в подтверждение происшедшего с ним чуда.
— Прибежали в избу дети, — заявил доктор Гром, — если это не нарзан, то худо-бедно боржом.
Доктор Гром мигом слетал за инструментами и через час в Приключенческий тупик не смогла бы проникнуть даже мышь, так много людей столпилось у источника.
Доктор, раскинув полы белого халата, сидел на земле у самого источника, небольшой параболой вылетавшего из земли и образовавшего уже порядочную лужу. Он на скорую руку производил исследование.
— Слыхали ль вы, — сказал он, наконец подымаясь, — слыхали ль вы за рощей глас ночной? Слыхали ль вы, что этот источник, худо-бедно, в десять раз лучше нарзана?
Толпа ахнула. И доктор стал выкрикивать результаты анализа.
— Натри хлорати — 2,7899! Натри бикарбонити — 10,0026. Ферри бикарбонати — 3,1267, кали хлорати — 8,95.
— Сколько хлорати? — взволнованно переспросил мосье Подлинник, давно уже совавший палец в кипящие воды источника.
— Восемь целых, девяносто пять сотых! — победоносно ответил Гром. — Буря мглою небо кроет.
— Что небо! — ахнул Подлинник. — Это все кроет. Это богатство!
— Кисловодску — конец! — сказал доктор. — При таких углекислощелочных данных наш источник вконец излечивает: подагру, хирагру, ожирение, сахарную болезнь, мигрень, половое бессилие, трахому, чирья, катар желудка, чесотку, ангину, сибирскую язву, рахит, трещину черепной лоханки, писчую судорогу, куриную слепоту, плоскую ступню и костоеду.
В толпе началось сильное движение. Едва доктор начал перечислять болезни, как Никита Псов сбросил свой тулупчик, прямо в штанах бросился в желтоватую воду и начал плескаться в ней с таким усердием, как будто решил избавиться сразу и от хирагры, и от полового бессилия, и от ангины, и от экзотической костоеды. Источник вспенился, и все ясно почувствовали его острый целебный запах.
Колоколамцам представилось что-то очень хорошее, что-то вроде кругосветного путешествия за полтинник или приезда в город цыганского хора.
Многие граждане сбрасывали верхнее платье, чтобы, окунувшись в источник, возвратить себе юношеское здоровье. Их подбадривал Псов, который, дрожа, вылез из воды и начал уже покрываться ледяной пленкой.
Но тут неорганизованному пользованию благами был положен конец. К толпе вернулся сбегавший за начальником милиции мосье Подлинник и при помощи расторопного Отмежуева мигом вытеснил толпу из тупика, установил рогатку и повесил дощечку с надписью:
К О Л О К О Л А М С К И Й
Р а д и о а к т и в н ы й к у р о р т
"В Т О Р А Я М О Л О Д О С Т Ь"
Главный директор — т. Подлинник
Начальник АФО — т. Отмежуев
ВХОД ВОСПРЕЩАЕТСЯ
Толпа понуро теснилась за рогаткой, стараясь пробиться поближе к курорту "Вторая молодость". Прижавшись животом к турникету и вытянув длинную шею, стоял совершенно ошеломленный неожиданным поворотом событий доктор Гром. Отмежуев, глядя невидящими глазами, отпихивал его назад.
— А я? — в тоске спрашивал доктор.
После долгого разговора с Подлинником, во время которого собеседники хлопали друг друга по плечу и отчаянно взвизгивали, Подлинник смилостивился и на дощечке появился новый пункт:
Завед.
медицинско-правовой и
методологическо-санитарной
частью д-р Гром
Администрация тут же распределила между собой функции и воодушевленно принялась за пропаганду и эксплуатацию нового курорта.
Подлинник хлопотал, как наседка. Он скупил в городе множество пивных бутылок и организовал разлив целебной воды, которую и начал продавать по полтиннику за бутылку. Это было, правда, дороже боржома, но оправдывалось сверхъестественными свойствами минерального напитка.
На вопрос, куда пойдут вырученные деньги, главный директор ответил, что 60 % пойдет на улучшение быта курортного персонала, а на остальные будет построен курзал и приглашены из Москвы опереточная труппа и знаменитый писатель для прочтения ряда рассказов из быта мадагаскарских середняков.
Не дремал также заведующий медицинско-правовой и методологическо-санитарной частью доктор Гром.
В анкетном зале военизированных курсов декламации и пения он в один вечер прочел подряд три лекции: "Вчера, сегодня и завтра колоколамского курорта", "У порога красоты и здоровья" и "Жизнь, на что ты мне дана".
Из последней лекции, а равно и из первых двух явствовало, что жизнь дана гражданам для того, чтобы потреблять новый минеральный напиток "Вторая молодость".
Уже слепые бандуристы, вертя ручки своих скрипучих инструментов, воспевали будущее Колоколамска, уже выручка главного директора достигла изрядной суммы и начались споры о принципах разделения ее между участниками нового предприятия, как вдруг дивный лечебно-показательный, методологически-санитарный, радиоактивный и целебный замок рухнул.
В Приключенческий тупик пришли посланные отделом коммунального хозяйства водопроводчики, разбросали рогатки, опрокинули турникет, заявив, что им нужно починить лопнувшую в доме № 3 фановую трубу. Работу свою они выполнили в полчаса, после чего целебный источник навсегда прекратился.
За доктором-коммерсантом гонялись толпы граждан, успевших испить радиоактивной водицы. Он валил все на Никиту Псова. Но предъявить к Псову претензии граждане не могли.
Узнав, в каких водах он предавался банным удовольствиям, Никита слег в постель, жалуясь на ревматические боли и громко стеная.
…Автобус, обогнув гору, медленно, с осторожностью лошади, начал спускаться. Позади, насколько хватало глаз, как стадо слонов, нагнувши головы, стояли горы. Глазам путников открылась долина. Сумерки покрывали ее. Под ними смутно угадывались густые сады. Из глубины долины заманчиво выглядывали первые городские огоньки. Подъезжали к городу уже в полной тьме. Городские огни сверкали все сильнее и сильнее.
Глава 22.
Аджарская Швейцария
Пробираясь по коридору здравотдела Бендер не мог поверить глазам. Казалось, все взрослое население микроскопической курортной республики толпилось перед кабинетом председателя. Высокомерно растолкав секретарей, он без доклада вошел в кабинет. Вошел как раз в ту минуту, когда председатель здравотдела заканчивал "этот тост, который я предлагаю за…"
— Может быть, я помешал? — спросил Остап.
Все недовольно повернули головы.
— Проходи, дорогой, проходи, — сказал председатель. Сильный акцент и слово "дорогой" помешали Бендеру провести своевременную экспертизу интонации на повелительность-побудительность.
— Спасибо, — сказал Остап. — Вопрос у меня такой…
— Слушай, дорогой, — гостеприимно улыбнулся председатель. — Ты русский язык понимаешь? Я не сказал "заходи", я сказал "проходи". Там, далеко, право-лево, проходи. У нас мероприятие.
— Летучее собрание, — подсказал секретарь.
— Тогда я могу уйти, — спокойно сказал Остап.
— Хорошо, иди, дорогой, иди.
Великий комбинатор сделал несколько шагов, но у самой двери, как будто что-то вспомнив, сказал:
— Я ухожу, но… уж будьте любезны, всю ответственность берите на себя. Возлагаю ее на вас.