Ты мой закат, ты мой рассвет (СИ)

Разводит края джинсов, пытается стянуть их, но я не разрешаю.
Просто немного приспускаю их вниз, сам вынимаю вставший до болезненной твердости член. Малышка сглатывает, поправляет очки, и я снова не даю ей сделать по-своему.
— Не снимай. -Даже не пытаюсь скрыть мрачную озабоченную усмешку. - Меня прет от того, что мне будет отсасывать маленькая развратна девчонка в очках.
  
Глава восьмая: Антон
 
Я до последнего сомневаюсь, что малышке хватит смелости и открытости пойти до конца, но она здесь, передо мной, на коленях и выглядит абсолютно послушной, готовой хоть в огонь - лишь бы с моим членом во рту.
Пока не спеша, наслаждаясь тем. что у нас есть куча времени, подрачиваю, она распахивает рот и слишком многозначительно проводить языком по губам.
Прижимаю ее плечи к стене, второй рукой беру за волосы на затылке.
Не отстраняется. Наоборот - тянется навстречу.
Пробую первую границу: провожу членом по губам, сначала просто едва касаясь, чтобы распробовать горячее дыхание на налитой кровью коже.
Малышка жадно открывает рот, слишком торопится, когда обхватывает головку тугим поцелуем. Пытается взять глубже, но рефлекс выталкивает член обратно.
Она разрывает этот первый «поцелуй» с таким громким влажным звуком, что я тут же толкаю член обратно ей в рот. Хотел не торопиться, но мне нравится, когда тишина становится раскаленной от того, как несмело, но жадно Йени пытается посасывать головку.
Минет - это всегда охуенно.
Это значит, что можно расслабиться, отпустить голову, не думать вообще ни о чем, а просто получать удовольствие.
Когда минет делает профи - это приятно вдвойне. Особенно если берет по самые гланды, как глотательница шпаг. Всегда думал, что ничего лучше быть не может.
Может.
И дело даже не в физических ощущениях
Малышке еще учиться и учиться, и технику горлового минета она разучит не с первого и даже не с третьего раза. Но она такая жадная до меня, такая оторванная и без тормозов, что мне уже класть на технику, класть на отсутствие элементарного опыта и даже на то, что ее зубы пару раз ощутимо болезненно царапают кожу.
Когда женщина просит выебать ее в рот и получает от этого удовольствие - эта женщина полностью идеальна. По крайней мере, с одной стороны.
Но кое чему я ее с удовольствием научу прямо сейчас.
И по фигу, что с корыстной целью, потому что если сделает все правильно - нам обоим будет хорошо. Ей - морально. Ей сейчас это нужнее, чем оргазм. Как когда-то мне было необходимо вылизать ее между ног, почувствовать, как рот наполнится влагой, когда она будет кончать, услышать звон в ушах, когда в судорогах слишком сильно сожмет голову коленями. Потому что для нас обоих секс - это что-то большее, чем физическая реакция тела и десятисекундные спазмы в паху.
Охуенно, что моя женщина это понимает.
Я тяну ее за волосы вверх. Это не больно, это не насилие, это чтобы убить ее страх. Мужчина может быть ведущим, может трахаться жестко, может даже привязать ее к постели и трахать во все щели, пока простыня под ней не станет мокрой, и это будет для ее удовольствия. Так, как она хочет.
Малышка послушно привстает на коленях, вопросительно смотрит мне в лицо.
— Сверху вниз, - говорю я, придерживая член у самого основания, и насаживаю ее рот под нужным углом.
Как же охуенно она старается.
Пускает глубже, дальше.
Сглатывает - я чувствую эту судорогу в горле и немного увожу голову малышки.
Она выпускает член, переводит дыхание, глотает еще раз и снова смотрит глаза в глаза: влажные губы, уже немного припухшие и какие-то пиздато порочные. Провожу по нижней губе большим пальцем, немного оттягиваю вниз, заставляя открыть рот.
— Выстави язык.
Она послушно немного тянет его вперед.
— Вот так, - перекрываю им нижний ряд зубов. - Рвотный рефлекс будет меньше, и ты не будешь кусаться. Поняла?
Малышка кивает и удивленно охает, когда без предупреждения снова вдавливаю член в ее рот. Теперь резче и сильнее, проталкивая глубже в горло.
Она с шумом выдыхает через нос.
Сдавливаю ее щеки пальцами с двух сторон, похлопываю, снова сдавливаю.
Двигаюсь медленно, чувствуя, как под тонкой натянутой до предела кожей ходит мой член.
Снова выхожу - и на этот раз малышка громко выдыхает. Влага течет по ее губам, подбородку, глаза подернуты слезами. Взъерошенная, но совершенно распахнутая: всеми эмоциями наружу. Значит, все хорошо.
Значит, моя замороченная, забываем про тормоза.
Йени переводит дыхание, тянется жадно, как будто дорвалась до чего-то самого желанного.
На этот раз я одновременно проталкиваю член в рот и натягиваю ее голову.
Дергается, пытается справиться с рефлексом, хватая меня за бедра. Ногти царапают грубую ткань джинсов, ремень звякает каждый раз, как насаживаю ее рот глубже и сильнее.
Горловые звуки сводят с ума.
Грубыми толчками делаю их громче, жестче.
Вытаскиваю член и, пока малышка отчаянно останавливает дыхание, дрочу, собирая в ладонь ее слюну.
Мы снова смотрим друг на друга, и когда проталкиваю пальцы ей в рот, Очкарик так жадно их сосет, что у меня от предвкушения сжимаются яйца. Опускаю ее голову ниже, прижимаю к паху.
— Пососи их. малыш
Она обхватывает тугую мошонку губами.
Хочу сильнее и требую это, надавливая малышке на затылок.
Она облизывает яйца языком, втягивает в рот. сколько получается, сосет и снова лижет.
Запрокидываю голову, пытаясь не потеряться в этих каких-то непривычно острых чувствах.
И снова приходится оттягивать за волосы.
Я не знаю, чего хочу больше -кончить ей в рот или на эти охеренные губы, или осуществить свою ненормальную мечту и залить спермой стеклышки ее очков.
Хорошо, что прямо сейчас выбирать не обязательно.
Обычно я растягиваю удовольствие. Но у меня уже долбаных двадцать восемь дней не было нормального секса, а отсасывали мне так давно, что лучше не подсчитывать.
Будем считать, что сегодня мы сделали первый шаг
Я снова беру ее за шею, фиксирую голову и загоняю член под максимально комфортным нам обоим углом.
Чувствую, как головка упирается в сдавленное горло.
Яйца прижимаются к ее подбородку.
Малышка выталкивает меня с громким стоном
Снова вставляю и она снова не справляется с рвотным рефлексом: сама отстраняется, переводит дыхание, трогает пальцами слюну в уголке губ. Выдыхает
- и обхватывает губами головку. Туго, сильно, обволакивая языком. Сосет, задыхается от того, что ей не хватает воздуха.
Рывком трахаю ее глубже.
Держу за волосы, насаживаю на ствол.
Больной, наверное, но не могу отказать себе в удовольствии немного оттащить голову в сторону, чтобы смотреть, как головка натягивает щеку.
Похлопываю по ней. Очкарик хрипло стонет и закатывает глаза.
Блядь, ей нравится. Отсасывает так жадно, как будто это ей сейчас прилетит оргазм. Облизывает член до самого основания, сжимает губами натянутые налившейся кровью вены.
Просто наслаждается.
Это лучше, тем любой опыт.
И это обрывает терпение.
Йени сдавлено втягивает воздух через нос, когда до самого паха вгоняю член ей в рот.
Больше никаких уроков, двигаюсь быстро, наращивая темп.
Она работает горлом, сопит, влажно глотает каждый сантиметр кожи.
— Хотела, чтобы выебал тебя в глотку? - Собственный голос тяжелый, рваный, хриплый.
Больше нет никакого стыда между нами. Она не красивая картинка из лайтового фильма для взрослых, она - моя женщина, и меня возбуждает, что румянец на щеках и капли слюны, стекающие по подбородку до самых ключиц - это только между нами.
Никто никогда не видел ее такой.
Я вдалбливаюсь в ее губы последними грубыми рывками.
Яйца сводит, позвоночник словно прошибает прицельным огненным ударом.
Я сейчас кончу.
Хочу ей в рот.
И чтобы проглотила все. Пусть будет жадной.