Наследник для миллиардера (СИ)

Выламывает мозги. Отбивается прямо ломотой уже во всех конечностях!
Барабаню пальцами по столу.
Может, сразу сорваться? Или к себе девочек вызвать? Одной точно не обойдусь. Слишком голоден. Слишком раздразнила меня маленькая стервоза!
– При чем здесь журналюги? Ты из меня кого? Няньку решил сделать? Из меня? Солодов. Ты прекрасно знаешь, кто я! Даже то, что сейчас мы с тобой в одной упряжке, уже бросает тень на мою репутацию! Все знают. Дикарь сам по себе. Ни на кого и никогда не работал!
– Мы партнеры. И у нас общее дело. В чем проблема?
– Проблема?
Марат наступает. Сверкает глазами. С таким лицом обычно идут убивать.
Но не меня.
Впрочем, когда Марат убивает, он не тратит время на разговоры.
Звучит только его ствол. Или позвонки под его руками.
– Что это вообще за лютый бред? Ты попросил меня. Сказал, дело важное! И что? Что за важность? Девку какую-то катать? По чем? По магазинам? По бабским магазинам, Солодов? Такое важное дело? И качели. Это вообще. Отвал башки. У тебя что? Сдвиг мозга случился? А я и не заметил. Пропустил! Что за подстава? В бетон закатать, это я еще понимаю. И то. Не там я, чтобы лично руки о такое марать. Но за шмотьем! За тряпками! Я! Какую-то пигалицу!
– Марат. Я тебе благодарен. С меня за это причитается.
Барабаню пальцами по столу.
– Еще как причитается. Не сомневайся! Спрошу по полной!
– Пойми. Я не мог рисковать. Мне нужно было знать, что девочки в надежных руках. Под самой серьезной охраной. Пока я сам им своих парней не организую. А кто может быть надежнее тебя? Ты сам как целая армия.
– Это я понял. Но Жека! Что за бред? Думаешь, я не узнал девчонку, ммммм? Это ж та самая. Которую ты в гостинице подцепил! Девка, что за хорошие чаевые купить каждый может! Что с тобой? Таких, как она, пачками вертеть! Пару сотен оставить и забыть. А ты как с катушек слетел! Ты, Солодов, как помешанный. И ладно бы просто закрыл ее где-то и пользовался!
– Это мое дело, Марат. Личное.
– Нет, Солодов! Личных дел, пока мы с тобой в одной упряжке и не разгреблись с теми, кто наших родителей укатал, чтобы все ими нажитое, себе присвоить, у нас нет и быть не может! Тем более. Теперь. Когда многое на кону. Личное, это, в крайнем случае, в той гостинице девку навещать, если уж так зацепила! А ты ее в квартире у себя поселил! Прям все на вид выставил! А с тем уровнем, какой ты сейчас занимаешь, личного у тебя не может быть вообще! Ты же весь. Весь на виду! И вид этот должен быть идеальным! По давно выстроенному плану!
– Что именно тебя волнует?
Сжимаю пальцами переносицу.
– Пока о девочках никто ничего не пронюхал.
– Но очень могут, правда?
– Сделка не сорвется, Марат.
Устало выдыхаю.
Сделка, которая мне самому противна. Но это единственный вариант приблизиться к самому тайному. Ко всем ньюансам и подробностям, которые нам просто необходимо узнать!
– Может, и не сорвется, – Марат наконец усаживается. Буравит меня хмурым взглядом.
– Может, Жень. Но! Смотри, как грамотно вдруг все сложилось. Девчонку ты встречаешь как бы невзначай. Проводишь с ней ночь, и она тут же увольняется. Не напоминает о себе. Не звонит тебе и не канючит. Вполне могла бы заявить, что разболтает о вашей ночи журналистам. Хороший бы куш могла срубить. Но она пропадает. Только вот попадается тебе все время на глаза! И в конце концов волшебным образом вдруг оказывается в твоей квартире! На постоянное проживание, я так понимаю, а?
– К чему ты клонишь?
– А к чему клонить? Яснее некуда. Игра в невинность и в « я убегаю-ты поймай». Не знаю, какие чудеса она там в номере ночью вытворяла. Но остальное разыграла, как по нотам. В тебе же инстинкт охотника проснулся. Самый нормальный инстинкт мужика.
– Ну… Допустим, и проснулся, – поигрываю ручкой, вертя ее в пальцах.
Сам об этом думал. Прикидывал сто раз. Играет девчонка, чтобы место себе пожирнее возле меня выторговать, или нет.
– А то, Солодов. Что тебя, как выключили. Ты кучу времени на девчонку свою угробил. Не замечаешь, что под носом у тебя твориться. Если бы не я… Ты бы уже пропустил очень реальный вариант потери денег. Очень больших денег, Солодов. И еще несколько подстав за это время было. Пока мне удалось отследить и предотвратить! Но! Если ты и дальше, как слепой щенок, будешь только о юбке этой своей и думать, то я могу и не успеть! А ты прекрасно знаешь. Один прокол может стоить тебе жизни. Бдительность сейчас, как никогда, нельзя терять!
 
– Что ты хочешь мне сказать?
Черт. Да я и сам понимаю, что слишком увлекся. Хотя нет. Это очень мягко сказано. Почти с катушек слетел. Никогда такого не чувствовал. Ни разу в жизни!
Марат прав. Делами нужно заняться. Перестать слишком много думать о маленькой стервочке!
– Хочу тебе сказать, что девка-то твоя. Может, и не девка вовсе. А самый настоящий засланный казачок. Может, ее специально под тебя подложили, чтобы внимание твое от важных вещей отвлечь.
– Да ну. Это уже полный бред! Перебор, Марат. Ну реально.
Да. Мы с ним как на пороховой бочке в последнее время.
Но чтобы настолько во всем видеть заговор?
Тут уж точно перебор.
– Ага. А ты не забыл, что мы ее в офисе Степанова видели? Вполне возможно. Что она шпионка его папаши! А ведь, знаешь. Как-то не складывается. То она в гостинице с подносом ходит и бедрами виляет, то вдруг в серьезной корпорации появляется. В шмотье дорогом. В кабинете хозяина! Пацан, может, до такого варианта бы и не догадался. А вот его папаша мог. Вполне.
   – Бред, Марат.
Отмахиваюсь.
Нет. Ну смешно же.
Слишком Таня наивна, хоть и пытается кусаться. Трогательная. Беззащитная. Нежная.
Не подходит она на такую роль.
– А ты думал что? Прожженную стерву для такого тебе подсунут? Так на такую ты б не запал. Ну, больше нескольких раз, так точно. А вот такая… Такая и в доме поселиться и может даже у тебя в конторе оказаться. Помощницей.
– Ерунда, – бросаю, прикрывая тяжелые веки.
– Тогда чего вдруг ты с ней так носишься?
– Марат… Она беременна. От меня.
Дикарь замирает. В его глазах начинает полыхать буря.
– Потому тебя и попросил. Сам понимаешь. Вся ценность того, что тебе доверил.
Не хотел признаваться. Никому. Даже лучшему другу.
Но если Марат продолжит думать, что Таня шпионка, может ее и допросить. С пристрастием. А мне этого не нужно.
– Ты уверен?
Мрачнеет.
Впивается пальцами в подлокотники.
­– Экспертизы еще не было, если ты об этом. Но сам понимаешь. От ребенка не откажусь. И избавиться от него не позволю.
– Очень вовремя!
Буркает Дикарь.
Сам все понимаю. Уязвимость лишняя теперь тоже ни к чему. Но тут уж… Без вариантов.
– Ладно. Я на связи. Мозги переключи на важное.
Поднимается и выходит.
Но после него остается осадок. Противный червячок. Как неуловимый, но гадостный аромат. Который не рассеивается.
Не складывается паззл. Особенно с этим Степановым. Если у него работала, то реально в гостинице бы не промышляла. А ночных девок на работу к себе в приличные фирмы не берут!
Еду, освободившись, в привычный бар.
Ничего особенного.
Девчонки, извивающиеся у шестов. Яркие размалеванные и жеманные эскортницы. И просто как бы случайно зашедшие красавицы. Некоторые даже выглядят невинно. Сидят с видом тех, кто просто случайно зашел. Или не дождался какой-то назначенной встречи.
Лениво скольжу по каждой из них взглядом.
Пусть маленькая заноза и довела меня до полного срыва и белого каления, а на первую попавшуюся я бросаться не собираюсь!
– Солодов! Неужели? Или меня таки подводит мое идеальное зрение?
Хозяин клуба уже спешит мне навстречу.
– Фил!
Крепко пожимаю протянутую мне руку.
Филипп Рогожин. Второй из моих лучших друзей. Так и не скажешь что с той же помойки, что и мы с Маратом вылез.