Тоскуя по ней (ЛП)

Киан зарычал, усиливая давление на клитор. Уиллоу заскулила. Удовольствие скрутило ее живот, а внутренности свело от потребности.
— Не сейчас, любовь моя, — прохрипел он, убирая пальцы. — Ты не сможешь кончить, пока я не разрешу. Пока твоя пизда не наполнится моим семенем.
Ее киска сжалась, жаждая обещанного. Жаждая Киана. Она снова обвила руками его шею, прижимаясь грудью к его груди.
  
— Киан, пожалуйста. Ты мне нужен.
— Моя сладкая смертная. Моя пара, — он переместил обе руки на ее задницу. Приподняв бедра Уиллоу настолько, насколько позволяли ее сцепленные ноги, он приблизил кончик члена к ее входу и прижал к себе. Его член погрузился глубоко в нее.
Губы Уиллоу приоткрылись в беззвучном крике. Наслаждение разлилось внутри нее. Ногти впились в его спину, и она уперлась пятками в тыльную сторону его бедер. Член был толстым и твердым, и она чувствовала быстрый, ровный пульс, ощущала холодный металл пирсинга. Но она хотела большего. Она хотела, чтобы он был глубже.
Руки Киана сжались, и когти впились в ее кожу. Черты его лица были напряженными, брови сдвинуты, а клыки оскалены.
— Черт возьми, ты ощущаешься как рай, — он двигал бедрами, потирая клитор и толкаясь глубже, еще больше растягивая ее вокруг себя.
Уиллоу застонала. Ее смазка стекала по внутренней стороне бедер, холодная от ветра.

— Такая чертовски горячая, — он зарычал, и звук влился в нее, стимулируя затвердевшие соски через платье. — Держись за меня.
Его губы встретились с ее. Мысли Уиллоу рассеялись после этого поцелуя, когда они с Кианом перекатились в воздухе, и он снова сильно вошел в нее. Вселенная вращалась вокруг нее, но теперь она не чувствовала страха. Все, на чем она могла сосредоточиться, — это Киан. Каждый подъем, каждое погружение и каждое яростное движение его бедер вгоняли член все глубже в нее, заставляя Уиллоу испытывать волны экстаза.
Рот Киана жадно впился в ее, оставляя отметины и заставляя чувствовать голод. Его губы требовали ее подчинения, его клыки покусывали и дразнили, а его язык вел ее в танце, столь же страстном, сколь и карающем.
Этот момент поглощал Уиллоу. Все в нем приближало ее все ближе и ближе к освобождению.
— Киан, — простонала она, прерывая поцелуй. Ее дыхание стало коротким и учащенным.
Он прижался своим лбом к ее и встретился с ней взглядом.
— Ты чувствуешь, как хорошо мы подходим друг другу? — он с ворчанием толкнулся в нее. — Ты чувствуешь, насколько идеально?
Уиллоу захныкала, подергиваясь от движения его члена у клитора, от ощущения его пирсинга, поглаживающего внутренние стенки ее влагалища.
— Да.
— Черт возьми, ты идеальна. И вся, блядь, моя.
Киан изменил угол наклона ее таза и ускорил темп. Каждое движение дарило ей взрыв эйфории, каждое движение заставляло его глаза вспыхивать ярче, каждое движение заставляло трепетать небеса. Бескрайнее небо не могло вместить всепоглощающего наслаждения, охватившего ее.
— Кончи для меня, — Киан провел языком по ее губам. — Отдай мне свою сущность. Откройся мне. Поделись со мной своей жизненной силой, как я отдаю тебе свою.
Да, прошептала ее душа.
Давление внутри нее усилилось. Ее тело напряглось, киска сжалась, и глаза Уиллоу зажмурились, когда она откинула голову назад и закричала в звездную ночь.
Сияющие голубые глаза Киана задержались в ее поле зрения, заполняя темноту под веками.
— Уиллоу, — прорычал он. Его хватка на ней усилилась, когти укололи ее плоть, и член набух за мгновение до того, как его жар затопил ее.
Его рев присоединился к ее крику, и на мгновение они больше не летели. Их тела повисли в воздухе, повисли во Вселенной, по-настоящему невесомые, по-настоящему свободные.
Затем они начали падать. Трепет в животе Уиллоу только усилил ее удовольствие.
Вздрогнув, Киан обнял ее и одной рукой обхватил ее затылок, удерживая Уиллоу на месте, пока его семя изливалось в нее.
Мощный порыв охватил Уиллоу. Это волнующее ощущение пронзило ее тело вплоть до кончиков пальцев рук и ног, наполняя все ее существо абсолютным, неизбежным блаженством. Хотя веки Уиллоу оставались закрытыми, видение его глаз только усилилось, и она почувствовала нечто неописуемое — мощную силу, окутавшую ее сердце, силу одновременно яростную и нежную, успокаивающую и страстную, собственническую и защищающую.
Она чувствовала Киана. Не только его семя, не только его тело, но и всего его. Биение его сердца пульсировало в ней, его наслаждение захлестнуло ее, его любовь охватила ее. Каждый ее нерв трепетал от осознания его присутствия. Уиллоу была полностью, всей душой потеряна в своей паре.
Осознание мира вернулось к ней, все чувства постепенно восстанавливались. Уиллоу почувствовала, как воздух несется мимо них, почувствовала, как платье хлопает по ее коже. Она чувствовала его жар и пульсирующий член, который все еще был тверд внутри нее. Она слышала их дыхание, несмотря на рев ветра, и остро ощущала каждый крошечный контакт между ними.
Каким-то образом Уиллоу убедила себя открыть глаза.
Она подняла взгляд…
Или, скорее, она посмотрела вниз.
Ее мышцы напряглись, а лоно сжалось совсем по другой причине.
— Киан, — сказала она высоким от тревоги голосом.
Он прижал ее крепче и застонал, растянув губы в мечтательной улыбке.
Тем не менее, земля продолжала приближаться, и намного быстрее, чем Уиллоу ожидала.
— Киан!
— Черт возьми, мне нравится, когда ты выкрикиваешь мое имя, — он схватил ее за волосы, прижался к ее губам и проглотил ее страх поцелуем. Его крылья расправились, сверкая в лунном свете.
Сила тяжести разорвала Уиллоу, когда его крылья поймали поток воздуха, противодействуя их свободному падению. Киан закружил ее, целуя, пока, наконец, они не повернулись вертикально и не зависли в воздухе.
Когда он поднял голову, все слова, которые Уиллоу могла бы сказать, застряли у нее в горле.
Его полуприкрытые глаза были прикованы к ней. Хотя страсть и голод, которые всегда были в них, все еще присутствовали, что-то другое определяло их сияние сейчас, что-то, что заставляло ее почти физически ощущать его взгляд, как ласку и благоговение.
Как это было возможно, что один взгляд заставил ее почувствовать так много? Чтобы один взгляд выразил непостижимую глубину его любви к ней, заставил ее почувствовать себя самой красивой, самой желанной, самой драгоценной среди всего сущего?
Не нужно было произносить никаких слов.
Уиллоу коснулась его губ в нежном поцелуе и опустила голову к его шее. Он прижался щекой к ее волосам, лениво массируя пальцами кожу головы, и притянул к себе крепче. Соединив свои тела и души, они парили под морем звезд.
Тридцать один 
Лунный свет струился через окно и падал на кровать. Хотя Киан мог достаточно хорошо видеть в темноте, он оценил это серебристое свечение. Оно делало бледную кожу и фиолетовые волосы Уиллоу сияющими неземным светом на фоне черно-малинового постельного белья. И с ее чертами, расслабленными в безмятежности сна…
Она была похожа на богиню Луны. Его богиню Луны.
Он улыбнулся. Он так много улыбался сегодня вечером, что у него болели щеки, но это был самый приятный дискомфорт.
Киан сидел на своей кровати, прислонившись спиной к изголовью и вытянув ноги. Уиллоу лежала рядом с ним, положив голову на его пресс, а руку на живот. Она свернулась калачиком рядом с ним, закинув одну ногу на обе его, и все, кроме головы и одной руки, уютно устроилось под одеялом.
  
Он провел рукой по ее влажным волосам, нежно поймав прядь и намотав ее на палец. Ее мягкое дыхание струилось по его коже, согревая теплом сердце.
— Моя сладкая пара, — прошептал он. — Вся моя.
Осознание ее присутствия было сильнее, чем он мог себе представить. Ее эмоции — ее удовлетворение и любовь — беспрепятственно вливались в него, соединяясь с его чувствами, становясь шире, глубже и невероятно могущественнее. Он чувствовал ровное биение ее сердца так же ясно, как и свое собственное. Они с Уиллоу были почти одним целым.