Тоскуя по ней (ЛП)

Она усмехнулась и повернула к нему лицо.
— Не знаю, смогу ли я когда-нибудь снова ходить, но чувствую я себя потрясающе.
Улыбка приподняла уголок его рта.
— Не волнуйся, смертная. Я понесу тебя, куда бы тебе ни понадобилось, — он слез с кровати, подобрал мочалку, которую вчера бросил на пол, и завернул в нее игрушку, отложив в сторону, чтобы помыть позже. Его крылья взмахнули и расслабились у него за спиной.
  
Когда он вернулся к кровати, его пара приподнялась на бедре. Ее волосы в беспорядке были перекинуты через плечо, и она посмотрела на него полуприкрытыми глазами, которые были такими доверчивыми, такими безмятежными, такими… нежными. И снова его сердце сжалось.
— А прямо сейчас, — он просунул руки под Уиллоу и поднял ее с кровати, прижимая к своей груди, — мы идем в душ.
Она обвила руками его шею и улыбнулась.
— Так странно, как легко ты можешь поднять меня.
Он понес ее в ванную.
— Почему странно?
Уиллоу бросила на него насмешливый взгляд.
— Я не совсем маленькая, Киан. Неважно, сколько раз ты называл меня маленькой смертной.
— Все зависит от перспективы, Уиллоу, — повернувшись боком, он шагнул в дверной проем. — Ты для меня легкая, как перышко. И это восхитительное тело так идеально прижимается к моему.
Он захватил ее рот своим, когда остановился. Его язык проследил полноту ее губ, пока она не открылась ему, и тогда он углубил поцелуй, делая его медленным и нежным.
Киан не прерывал поцелуя, пока не поставил Уиллоу на ноги. Ее руки оставались на его шее, и она не отпускала его, когда он попытался отстраниться, встав на цыпочки и требуя большего.
Усмехнувшись, он запечатлел еще один поцелуй на ее губах, высвободился из ее объятий и отступил назад. Он не мог оторвать от нее взгляда.
— Ты становишься красивее с каждым разом, когда я смотрю на тебя, Фиалочка.
Она покраснела, но ее улыбка была широкой.
— Я чувствую себя красивой, когда ты смотришь на меня.
Он коснулся пальцем ее подбородка.
— Ты должна чувствовать это все время. Твое сияние не имеет ко мне никакого отношения.
Прежде чем поддаться желанию поцеловать ее снова, он подошел к душу и включил его. Как только вода нагрелась, он затащил Уиллоу внутрь и закрыл раздвижную стеклянную дверь. Горячая вода каскадом полилась на них.
Киан откинул волосы за плечо, взял с полки гель для душа и выдавил на ладонь. Поставив бутылку назад, он помог Уиллоу повернуться к нему спиной.
Начав с ее шеи, он провел руками, массируя ее плоть, пока мыл ее. Ее мышцы расслабились под его прикосновениями, и она покачивалась в безмолвном удовлетворении, которое было таким же сладким на вкус, как и ее самое сильное наслаждение.
Его член пульсировал. Сам факт прикосновения к ней, того, что ей было приятно, почти сводил его с ума от желания.
Нет. Я ухаживаю за своей парой. Ей нужно время, чтобы восстановиться. Время отдохнуть.
Он помыл ее плечи, руки, спину, а затем скользнул ладонями по бокам. Она вздрогнула, когда его пальцы коснулись ребер. Затем его пальцы добрались до нижней части ее грудей. Издав тихий, прерывистый вдох, он обхватил эту мягкую, пышную плоть, приподнимая и сжимая. Ее соски затвердели под его ладонями, пока он мял ее груди.
Уиллоу замурлыкала, запрокинув голову. Она прижалась к нему, и головка члена ткнулась ей в спину.
Это мгновение контакта послало Киану волну удовольствия. Он зашипел сквозь зубы, отодвигая бедра назад.
Она взглянула на него через плечо, на ее соблазнительных губах появилась знойная усмешка.
— Кажется, ты меня ткнул.
Позаботиться о ней. Ухаживать за ней.
Но, боги, эта потребность была такой всепроникающей, такой настойчивой.
— Просто не обращай на него внимания, Уиллоу, — сказал он.
— Его довольно трудно игнорировать.
Яйца Киана напряглись, а член дернулся, как будто искал ее сам по себе. Он прикусил нижнюю губу клыком, но боль не уменьшила его желания.
— И ты говоришь это мне? Я должен жить с этим ублюдком.
Уиллоу рассмеялась и повернулась к Киану, положив ладони ему на грудь. Она посмотрела на него сквозь влажные ресницы.
— Думаю, мне тоже придется с ним жить.
Киана впечатляло ее умение сопротивляться своим желаниям, но когда Уиллоу отпускала контроль, когда она полностью им отдавалась, в мире не было ничего сексуальнее.
— Блядь, — прохрипел он. — Уиллоу… Я не хочу причинять тебе боль.
— Не причинишь, — она опустила правую руку на член и обхватила его пальцами. — Я не сломаюсь, Киан.
Он застонал, когда она погладила его, и его крылья раскрылись, но были ограничены стенками душевой. Холод этих стен послал дрожь по его спине, что только усилило его удовольствие.
Киан пытался сдерживать себя. Он действительно пытался. Но с огнем в ее глазах, когда она смотрела на него, с тем, как она так смело, так уверенно поглаживала его член, когда она стояла перед ним, такая влажная и желающая, такая чертовски сладкая и соблазнительная…
Как, черт возьми, он должен был сопротивляться ей?
Рычание вырвалось из его груди. Возможно, это было проклятие или первобытный, бессловесный звук — не имело значения. Ему было все равно.
Он подсунул руки под ее задницу и приподнял Уиллоу. Она обвила его руками, вцепившись пальцами в волосы. Прижав ее спиной к стене, он раздвинул ее бедра.
Их глаза снова встретились, их души смотрели друг на друга с ненасытностью, страстью и чем-то бесконечно более глубоким и могущественным. Что-то, что наполнило Киана огнем и яростью, что укрепило его знание единственной космической истины, которая имела значение — Уиллоу принадлежала ему.
Он с рычанием вошел в ее ожидающее влагалище и сдался их обоюдному желанию.
Двадцать пять 
Уиллоу стояла на кухне, склонившись над столешницей острова, а в открытое окно лился поздний утренний солнечный свет. Легкий ветерок ворвался внутрь, принося с собой мелодичные звуки колокольчиков, висящих на патио.
Она рассеянно макнула пакетик чая в свою кружку, изучая один из подсолнухов в вазе перед ней. Она улыбнулась. Цветы, которые купил ей Киан, все еще царили на кухне и в гостиной, многие из них выглядели такими же свежими, как и почти неделю назад. Они наполняли благоуханием ее дом, придавали ему столько красок и жизни. И они были постоянным напоминанием о фэйри, который подарил их ей.
Не то чтобы она когда-нибудь могла забыть о нем, даже на мгновение.
Улыбка Уиллоу превратилась в ухмылку.
Вместе с цветами Киан преподнес ей еще один подарок, удивительный подарок, которым сегодня наконец-то воспользовались.
Она потерла бедра друг о друга. Ее тело все еще было слабым после того, чем они занимались этим утром — слабым, но таким залюбленным. Ее груди и киска были чувствительными, а попка — нежной. На коже виднелись синяки, царапины и даже укус на плече, который был результатом того, что Киан был переполнен удовольствием в душе.
Чего еще она могла ожидать от секса с инкубом? Уиллоу никогда не брали так жестоко, так энергично, так страстно. Хотя, несмотря на то, каким звероподобным мог быть Киан, Уиллоу не пропустила нежное желание в глубине его глаз, когда он смотрел на нее. Когда она была с ним, это был не просто секс. Было что-то большее, что-то мощное, что-то неотразимое.
Это было очевидно по тому, как он держал ее после. По тому, как нежно мыл ее, как промывал каждую царапину и синяк, какими бы крошечными они ни были. Это было видно по тому, как он оживлялся всякий раз, когда она смеялась или улыбалась.
  
Она чувствовала, что о ней заботятся. Она чувствовала, что ее лелеют.
Она чувствовала себя… любимой.
Уиллоу прижала руку к сердцу, как будто могла замедлить его.
Киан ушел около часа назад, чтобы взять у себя дома сменную одежду, так как его была испорчена во время вчерашней драки с Лахланом. Уиллоу уже скучала. Они знали друг друга недолго, но все было так, как сказал Киан. Нечто между ними…