Тоскуя по ней (ЛП)

Рычание отразилось от окружающих бетонных стен. Хотя звук был знакомым, он был поразительно первобытным, и прорезал густой туман в сознании Уиллоу.
Незнакомец захрипел. Его голова откинулась назад, а затем его оторвало от нее, ногти царапнули ее кожу, когда его хватка ослабла. Она пошатнулась вперед, ее глаза расширились, когда мужчина врезался в стену противоположного здания.
  
Весь переулок содрогнулся, и за спиной затрещали кирпичи. Высокая фигура в черном стояла там, его рука сжимала горло мужчины, а пряди белых волос свисали на одно плечо.
Киан?
На голову Уиллоу словно вылили ведро ледяной воды, обдав холодом. Она резко выдохнула, и учащенный, гулкий пульс пронзил все ее существо. Тело дрожало от одинакового количества вожделения, ужаса и опаски.
Что она натворила?
Темноволосый незнакомец схватил Киана за руку, его губы растянулись в оскале. Глаза, раньше серо-стальные, теперь вспыхнули малиновым.
— Что такое, Бледный?
Сердце Уиллоу пропустило удар, когда волна чего-то мощного захлестнула ее. Скрутила все внутри нее, сковала конечности и усилила внутренний холод. Она отшатнулась назад, пока не уперлась в стену.
Он не человек. Он… О Боже, он как Киан!
— Ты прикоснулся к тому, что было моим! — Киан зарычал и ударил незнакомца кулаком в лицо. Голова мужчины дернулась в сторону, но тут же снова повернулась к Киану, и эта мощь, эта давящая сила усилилась.
Колени Уиллоу почти подогнулись. Она уперлась руками в стену, в поисках опоры, но ничего не нашла.
— Отпусти меня, — процедил незнакомец сквозь зубы. Его голос отдавался в переулке неестественным эхом, казалось, нарастая сам по себе.
Сверкая бело-голубыми глазами, Киан издал еще одно рычание. Его кулак был сжат так сильно, что костяшки пальцев совершенно побелели, а по руке пробежала дрожь, явно результат огромного напряжения. После секундного колебания он обрушил на незнакомца шквал диких ударов. Темноволосый мужчина изо всех сил пытался защититься. Движения были слишком быстрыми, чтобы Уиллоу могла уследить за ними — это был вихрь дикости, царапанья, ударов и борьбы, но у Киана, казалось, было преимущество.
Она могла только надеяться, что проблески крови, которые она уловила среди хаоса, были не его.
— Довольно! — взревел незнакомец.
Еще один взрыв силы обрушился на Уиллоу, сильнее прижимая ее к стене. Ее ногти царапнули шероховатую поверхность.
Киан отпрыгнул от мужчины, остановившись прямо перед Уиллоу с расправленными плечами, спутанными волосами и поднятыми руками, готовый нанести удар.
Незнакомец уставился на Киана, подняв руку, чтобы вытереть кровь с разбитой губы. Из других порезов сочилась кровь на щеках и челюсти. Пряди волос падали ему на лицо, рукав пиджака был порван, а на обнаженной груди виднелось еще несколько царапин.
Он выпрямился и резким жестом откинул волосы назад, прежде чем поправить свою растрепанную одежду.
— Объяснись, Киан.
Киан сохранял напряженную позу.
— Я не отчитываюсь перед тобой, Лахлан.
— Возможно, и нет. Но мы все придерживаемся соглашения, — Лахлан посмотрел мимо Киана, устремив взгляд на Уиллоу. — Ты вмешался в мое кормление. Ты знаешь правила.
Эта давящая сила исчезла, и желание снова всколыхнулось в глубине души Уиллоу. Она резко вздохнула, сжала бедра вместе и покачала головой.
— Нет. Нет, прекрати!
— Оставь ее в покое, — прорычал Киан, меняя положение тела так, чтобы заслонить Уиллоу.
Нежеланное, чуждое желание уменьшилось, но никуда не делось. Уиллоу прижала кулак к животу. Она изо всех сил пыталась выровнять дыхание, замедлить сердцебиение, вернуть контроль, но все еще чувствовала влияние Лахлана внутри себя. Все еще чувствовала пятно, оставленное его магией.
Лахлан усмехнулся.
— Эта полна желания. Я почувствовал издалека, и это привлекло меня прямо к ней. Если ты так сильно хотел попробовать, тебе следовало попросить. Я бы поделился с тобой.
— Она моя, — твердо сказал Киан.
— На ней нет твоей метки.
— И все равно она принадлежит мне.
— Хм, — шаги Лахлана эхом отдавались по переулку, но тело Киана закрывало вид на темноволосого фэйри. Наконец, Лахлан остановился и снова усмехнулся. — Ты молод, Бледный, но молодость не дает тебе права заявлять о незнании наших обычаев. Я должен знать. Ведь я сам учил тебя, не так ли? Если эта смертная твоя, пометь ее. Но пока на ней нет метки, она — честная добыча.
— Я заявил о правах на нее, Лахлан. Уходи.
— О? Неужели теперь все так просто? Тогда кто скажет, что я уже не заявил о своих правах на нее? — он рассмеялся. — В конце концов, на ней действительно есть моя метка… своего рода.
Глаза Уиллоу расширились, она прижала руку к тому месту на шее, где он оставил засос. По коже побежали мурашки под ее ладонью. Она сглотнула желчь, поднимающуюся из ее живота, впиваясь ногтями в свою плоть, как будто могла отодрать эту заразу.
Киан снова зарычал и сжал кулаки. Капля крови скатилась с его руки, ненадолго повисла на когте большого пальца, прежде чем упасть на землю.
— Прикоснись к ней еще раз, и я…
— Что ты сделаешь, Киан? Пожалуйста, скажи мне точно, что ты собираешься делать. Я с нетерпением жду развлечения, — шаги Лахлана приблизились, и он понизил голос. — По соглашению, ты здесь преступник. Ты причинил мне зло. И я в праве требовать эту смертную в качестве компенсации.
— Уходи, — процедил Киан сквозь зубы. — Пока я не разорвал твою гребаную глотку.
Переулок погрузился в тишину, и из-за удушающего напряжения, повисшего в воздухе, казалось, прошла целая вечность, прежде чем Лахлан заговорил снова.
— Этот спор можно было бы легко разрешить. На самом деле, если бы не твое упрямство, мы могли бы полностью избежать его. Разве я не продемонстрировал тебе свою способность к милосердию и прощению? К великодушию? Все эти годы, все эти обиды, которые ты мне причинил… Ты истощил мое терпение, Бледный. Но со временем ты научишься уважению.
Кулаки Киана задрожали.
— Мы можем пережить космос, Лахлан, и ты все равно не заслужишь моего уважения.
— Еще один вызов. Как и всегда с тобой, — Лахлан вздохнул. — Если я снова столкнусь с этой смертной и она останется непомеченной, я заберу ее. Она будет моей во всех отношениях. И я буду использовать ее до тех пор, пока ей нечего будет отдать.
— Только взгляни на нее еще раз, Принц Пустоты, и я точно продемонстрирую, как мало твое гребаное соглашение может защитить тебя.
Смешок Лахлана звучал беззаботно.
— Береги себя, смертная. Уверен, мы скоро снова увидимся.
Затем он удалился в небрежном темпе. Уиллоу затаила дыхание, слушая, как его шаги постепенно затихают, пока ее гулкое сердцебиение не стало громче.
Киан опустил руки, хотя и держал кулаки сжатыми, и тяжело выдохнул. От него все еще исходило напряжение, и его движения были нехарактерно скованными, когда он посмотрел на нее через плечо.
— С тобой все в порядке, Фиалочка?
В этот момент что-то внутри нее сломалось. Все эмоции, которые сдерживались страхом и адреналином, вырвались наружу. Ее лицо исказилось, из горла вырвался всхлип, а по щекам потекли слезы.
— Прости. Мне так жаль. Я не хотела этого. Я не могла… О Боже, я не могла остановиться. Прости.
— Ах, Уиллоу, — Киан повернулся к ней, и, когда он обнял ее, Уиллоу прильнула к нему, уткнувшись лицом в его грудь. Он нежно поцеловал ее волосы. — Не извиняйся. Это была не твоя вина.
— Это было неправильно. Я не могла бороться с ним. И я почти… Если бы ты не пришел… — озноб пробежал по ее телу, и она не смогла унять охватившую ее дрожь, когда повернула лицо и прижалась щекой к его груди. — Я все еще чувствую его внутри себя, Киан.
  
Киан обхватил ладонями ее затылок, гладя по волосам.
— Теперь его нет. Ты все контролируешь. Только ты.
Уиллоу оттолкнула его.
— Но я не контролировала! Я знала, что это неправильно, все в этом казалось неправильным, но я не могла остановиться. Я все равно позволила ему. Я даже была… — она покачала головой, когда пролилось еще больше слез. От следующих слов ей стало плохо. — Ты делаешь то же самое?