Спорим, ты меня любишь? (СИ)

Несмотря на то, что ворожить мы закончили задолго до утра, в поселок вернулись только в районе семи. Пока обсудили планы на ближайшие несколько недель, пока добрались — вот уже и Маруся радостно оповещает о замеченном на орбите «Буревестнике».
Военно-исследовательский фрегат под командованием капитана Бастиана О’Коннели, чистокровного человека, рыжеволосого гиганта и просто хорошего друга Кайреда, порадовал нас не только оборудованием, но и специалистами. Всё, как заказывали, и даже больше!
Два пышущих желанием начать работать прямо сейчас инженера, два биолога-лаборанта, спокойная, как удав пожилая дама-геолог, два луча ортанеанцев — старые приятели Фабиша, и полный трюм добра. Радуясь наравне со всеми и счастливо прижимая к груди коробочки с многофункциональными очками из Центра, я не могла не налюбоваться на обручальное колечко с россыпью сине-зеленых камней, которое Кай заказал сразу, как только я сказала своё первое «да».
Несмотря на всепоглощающий приступ любви и просто нежности к своему котику, мне всё же пришлось вынырнуть из радужных планов на самое ближайшее время, потому что моего внимания уже снова жаждали.
Кайред, лично подведя ко мне невысокого щуплого старичка неопределенного, но очень пожилого возраста, слепо щурящего узкие выцветшие глаза из-под очков с толстыми линзами, вежливо представил нас друг другу:
— Моя супруга и ведущий астрозоолог экспедиции, доктор Александра Холт-Лиамэ. Именно она обнаружила на планете разумные формы жизни. Профессор Сиан Мин, специалист по кремнидам.
— Очень приятно, — вежливо поклонился мне профессор, пока я хватала воздух ртом, не веря, что вижу перед собой легендарного профессора-астрозоолога, труды которого в своё время зачитала до дыр.
Да они у меня в подростковом возрасте под подушкой вместо любовных романов лежали!
— А мне-то как! — выпалила в конце концов, кое-как беря себя в руки и склоняясь в ответном почтительном поклоне, в котором сумела выразить едва ли сотую часть охватившего меня трепетного волнения. — Профессор, я… Вам же уже нельзя летать!
— Так я больше и не планирую, — хитро блеснул на меня щелками глаз старец, давным-давно справивший свой сотый день рождения. — Проведете мне экскурсию, коллега?
— С радостью!
Из-за знакомства с, не побоюсь этого слова, легендарным профессором, я так плотно погрузилась в общение на профессиональные темы, что пропустила и прибытие линкора, и приземление челноков с шеррианцами. Из-за немалых габаритов и вреда, которого могло причинить природе судно этого класса, линкор остался на орбите, но командование предусмотрело абсолютно всё.
Почти всё.
Ещё утром мама лично предупредила Кайреда, что Сьюзен посетило видение о грядущих смертельных неприятностях для неинициированных оборотней, поэтому, как только первая группа военных прибыла в поселок (челноки приземлялись ближе к горам) командор первым делом собрал девчонок и выцепил меня.
Разрываясь между желанием и долгом, я так разволновалась, что даже не могла скрыть свои переживания от окружающих. Но профессор, с которым мы весь последний час вместе сидели прямо на кремниде, знакомясь с представителем иной формы жизни буквально лицом к лицу (точнее попами и ладонями), положил мне на руку свои сухонькие пальцы и, хитро сверкнув глазами из-под очков, твёрдо произнёс:
— Санни-сама, идите. У нас с вами впереди ещё не один день, чтобы познать и обсудить этот удивительный мир. Обещаю не умирать как минимум ближайший год.
— Да, сэнсей! — Расчувствовавшись ещё сильнее, но уже и от того, что меня назвали «сама», что означало высшую степень уважения у народа профессора, я пожала его руку в ответ и поторопилась в поселок.
А военные всё прибывали…
 Глава 25 
Как главнокомандующий Ивэн Холт и обещал, всего на Никао прибыло чуть больше сотни шеррианцев. Точнее сто одиннадцать: три роты по тридцать пять профессиональных военных, три командира и три врача-универсала.
Выстроившись перед нами навытяжку и являя собой красу и цвет космического флота, шеррианцы нет-нет, да и косили взглядом на стоящих рядом со мной девчат и ри-рру, мелькающих в отдалении. Невозмутимость лиц они ещё могли контролировать, но уследить за глазами было выше их сил.
 
— Отряд «Пересвет» в ваше распоряжение прибыл, командор Холт, — взял под козырек командир первого отряда, капитан Ирж Васиковски, мощный пепельный блондин с льдистым взглядом.
Сложно было так сходу сказать, кто его зверь, но что из кошачьих — сто процентов.
— Отряд «Дельта» в ваше распоряжение прибыл, командор Холт, — отрапортовал капитан второй роты жгучий коренастый брюнет Джон Смайс, в котором я без труда признала оборотня-волка, слишком уж типично он двигался и смотрел.
— Отряд «Вятич» в ваше распоряжение прибыл, командор Холт, — произнёс капитан Льюис Келлман, в чьих коротко стриженых каштановых волосах заблудилось солнце. — Каковы будут дальнейшие указания?
— Осмотр.
Представив командирам меня и девочек, а заодно объяснив ни капли не смутившимся бойцам, что именно им всем сейчас предстоит, Кайред отошел в сторону и следующие несколько часов мы изучали пополнение. Происходило это примерно так:
— Старший сержант Янко Шульц из рода северных лис.
— Я!
— Выйти из строя!
— Сью?
Ясновидящая с малохольной улыбкой касалась мужчины, смотрела на него с минуту своими блеклыми глазами, в которых безостановочно мелькали тени видений, и выносила вердикт:
— Под наблюдение, группа «С».
Или…
— Первая волна, группа «А».
Или…
— Справится сам, группа «Б».
Были ещё…
— Всё сложно, группа «Д».
Но самое неприятное…
— Не жилец, группа «Ф».
Всего в группе «Ф» оказалось пятеро смертников: два кота, два волка и один пустынный лис, но все пятеро тут же на месте подписали отказ от претензий, категорически отвергнув даже саму мысль покинуть планету.
— Вылечим, — криво ухмыльнулась некромантка Рита, показательно разминая длинные пальцы. — У меня ещё никто не умирал.
Повезло, что и командиры, и врачи попали в первые две группы, для которых обретение зверя должно будет пройти относительно безболезненно, а в группе «Д» оказалось всего дюжина бойцов, так что первым делом шеррианцы взялись за возведение жилых бараков. В любом случае время у нас ещё было, Сью прогнозировала первые срывы не раньше, чем через неделю.
На следующий день я проводила маму. Пообещав ей, что буду отзваниваться даже по малейшему поводу, я, тем не менее, радостно выдохнула, когда её яхта взмыла в небо. Я очень люблю маму. Но иногда её слишком много.
Следующие несколько дней поселок активно разрастался.
Возводились жилые и административные помещения, активно обустраивался многопрофильный фельдшерский пункт, вызывая обильное слюноотделение у Глафиры, которую на первой же совместной планерке назначили Главным врачом, расчищалось место под полигон и всё реже мы с Кайредом виделись вне дома, встречаясь преимущественно в кровати.
И частенько только для сна.
Хлоя, сутками не показывая носа из своей мастерской, через несколько дней явила на наш суд прибор, который выглядел, как плод противоестественной связи павлина, ежа и кальмара, собранный из деревянных плашек, проволоки, пучков ярких перьев и полудрагоценных камней. Всё это крепилось на длинную ручку, а поверх была прикручена голопанель для вывода данных. По заверениям нашего юного гения (ей даже восемнадцати ещё не было!) данный прибор должен был показывать готовность зверя к обороту.
Естественно, на его презентацию собрались все, кто не был занят. Десяток добровольцев-шеррианцев из всех групп, ведьмы, медики и, конечно же, инженеры, которые не верили в успех неказистого прибора.
— Не во внешности суть, мальчики, — фыркнула Хлоя и навела прибор на ближайшего оборотня.
Аппарат под рабочим названием «Внутряшка» пискнул, щелкнул, заискрился и над панелью появилась еле-еле различимая голограмма тощего гепарда.