Спорим, ты меня любишь? (СИ)

— Ты уверена, что начальство одобрит замену?
— Да, мне необходимо лишь твоё согласие. — Луиза так интенсивно закивала головой, что на мгновение я забеспокоилась, что та сейчас оторвётся. — Папа всё уладил. Даже записи изъял. Но, сама понимаешь, я не могу там остаться, а без астрозоолога группу не выпустят в рейд.
И казалось бы, я должна всеми руками и ногами ухватиться за эту потрясающую возможность не ждать год… Но я медлила, чуть ли не впервые в жизни вдумчиво взвешивая не такое уж и большое число всех «за» и «против».
— Как зовут спорщиков, Луиза?
— Старпом Оливер Холт, пилот Джейкоб Войс… — девушка судорожно вздохнула и на одном дыхании выпалила: — И их командор — Кайред Холт.
На мгновение моё сердце остановилось, затем сделало кульбит и замерло где-то в горле.
— И кому мне отомстить особенно жестко? — максимально ровно спросила я секунды через три, когда сумела совладать с чувствами.
Даже если эта мелкая мерзавка решила сыграть меня втёмную, это уже неважно.
Кайред… Как долго я ждала этого дня!
— Джейкобу, — закусила губу Луиза, вновь глядя на меня покрасневшими влажными глазами. — Он мне серенады пел, представляешь? Стихи посвящал. В вольерах помогал. Ноги целовал! А утром ржал громче всех и чуть ли пальцем в меня не тыкал. Тварь…
— Я сделаю это, — пообещала ей так спокойно, словно соглашалась на чашечку вечернего чая. — Каждый из этих троих влюбится в меня по уши и познает на себе, каково это — чувствовать себя ничтожеством.
И даже глупое сердце, почувствовавшее невероятное облегчение от того, что главным мерзавцем в этой некрасивой истории оказался именно Джейкоб, не помешало мне дать положительный ответ.
— Я отомщу им всем.
 Глава 1 
Луиза не обманула — не прошло и суток с момента повторной подачи рапорта, как он был одобрен, а утром следующего дня я уже летела на орбитальную станцию, где дожидался своего нового астрозоолога экипаж военно-исследовательского фрегата «Стремительный».
Всё это время (за исключением часа на сборы личных вещей) я посвятила тому, что изучала личные дела экипажа. Шестнадцать гуманоидов, бортовой ИскИн МаруСя, киборг-кок Луиджи и талисман корабля — шушарь Зигмунд Арчибальд Снежный Третий, или попросту — Зюзя.
Как ни странно, я узнала четверых, а с Зюзей имела ещё и плотный физический контакт, но это было больше двадцати лет назад, так что вряд ли кто-то из них опознает в докторе Александре Коулман-Лиамэ прыщавую двенадцатилетнюю соседку-толстушку Санни в очках и с брекетами на зубах.
С тех пор я не только повзрослела и поумнела, обзавелась жизненным опытом и умеренно-циничным взглядом на жизнь, но и существенно постройнела — в нашей семье все без исключения подростки были гадкими утятами, но всё кардинально менялось, стоило только гормонам расставить всё по своим местам. Всё-таки кровь предков играла большую роль…
Впрочем, очки я носила и сейчас, но отнюдь не по причине плохого зрения, а ради дополнительного функционала: новейшая разработка сотрудников Центра позволяла видеть в инфракрасном и ультрафиолетовом спектре, считывала элементарные жизненные показатели существа и помогала определиться со множеством других немаловажных факторов: вид, подвид, пол, возраст и прочая.
Для первой встречи с экипажем, который наверняка отнесется к очередной женщине-астрозоологу предвзято, я оделась так, как ежедневно одевалась на работу: ни грамма косметики, никаких платьев или каблуков. На голове строгая шишка из волос. На теле спортивное бельё, не стесняющее движений, свободная футболка нейтрально-серого цвета и удобный джинсовый комбинезон со множеством карманов, где можно было найти все: от лейкопластыря и антигестаминного спрея до минипарализатора и солёных сухариков. Ноги защищали новенькие черные берцы — единственное из выданного обмундирования, что я надела сразу.
Просто нельзя было не влюбиться в эту потрясающе удобную обувь военного образца на магнитной шнуровке, сделанную из натуральной кожи бруйволков. Крепкие, в меру тяжелые, не промокаемые, с толстой рельефной подошвой и встроенным антигравом — они были моей мечтой чуть ли не с пеленок, когда отец приезжал в редкие увольнительные и первым делом обнимал маму и меня. Прямо у порога, в форме.
 
Высокий, плечистый, с выразительными медово-карими глазами и белоснежной открытой улыбкой, в черном кителе воздушно-космических сил — он был моим первым кумиром. И до сих пор остаётся им.
Именно благодаря ему я выбрала профессию, которая однажды помогла бы мне выйти в космос. Не имея больших способностей к программированию и пилотированию, обладая достойными, но не превосходными физическими данными, я бы никогда не выслужилась старше сержанта на побегушках, пойди во флот, но уже в двадцать один защитила кандидатскую по астрозоологии, в двадцать три докторскую, а в двадцать пять стала ведущим специалистом Центра. Оставалось дело за малым — дождаться, когда одобрят мой рапорт на перевод в один из передовых исследовательских отрядов, специалисты моего профиля в которых менялись регулярно по причине огромной психологической нагрузки.
И вот сегодня… Сейчас…
Моя мечта исполнится!
И даже не одна.
Я прикрыла глаза и за закрытыми веками как наяву увидела картинку двадцатилетней давности. Мне двенадцать, а им уже по девятнадцать. Кадеты. Краса и гордость поселка. Первый увольнительный. Черные кители и серебряные нашивки. Белозубые улыбки, сияющие глаза, дружный заливистый смех и незнакомые девушки в таких коротких платьях, что видно нижнее бельё.
Мы переехали в этот район всего несколько месяцев назад, но я уже имела полезный опыт знакомства с соседями, ну а ягодный пирог мне удавался всегда, даже мама позволяла мне стряпать его самостоятельно уже второй год.
Как сейчас помню: уже стемнело, когда я закончила готовить и на слегка подрагивающих ногах пошла к соседям. Мне открыл Кай. Кайред Холт. Непослушная каштановая челка, лихо спадающая налево, пронзительно-синие глаза, твёрдая линия подбородка, выразительные губы, кривящиеся в лёгкой ироничной полуулыбке, длинные крепкие ноги, внушительный бицепс, стальной пресс, тонкая дорожка тёмных волос, спускающаяся от пупка за линию брюк — парень вышел ко мне без футболки. Мне хватило секунды, чтобы понять — однажды этот мужчина обязательно станет моим, но…
Увы, не в тот злополучный день.
— Эй, Кай! Кто там?
Мы недолго стояли одни, очень быстро в прихожую высыпали все: и его дружки, и их девушки, но я видела только Кая.
Увы, это видела не одна я.
— Это мне? — В отличие от своих пьяных дружков, Кай хотя бы пытался вести себя дружелюбно и взял пирог, когда я заворожено кивнула. — Как звать тебя, красавица?
За его спиной неприлично заржали, но тогда я не поняла причины и, краснея и запинаясь, промямлила:
— Санни.
— А что, Санни? Понравился тебе Кай? — бесцеремонно вмешался в наш диалог долговязый парень с мутно-карими глазами и соломенного цвета волосами. Обнял мою мечту за плечи и нагло взъерошил Холту волосы. Тот поморщился, но не отстранился, глядя на меня со странной усмешкой. — Он у нас красавчик, правда?
Кивнула, ведь глупо отрицать очевидное. Тогда я ещё не знала, что не стоит говорить всю правду, не обдумав последствия, но мне было всего двенадцать. Что я тогда могла знать о взрослой жизни и подлости?
— А хочешь, он тебя поцелует? — заговорщицки подмигнул мне всё тот же кривляка.
Зачем я кивнула? Ума не приложу. Нет, я уже знала, откуда берутся дети, ведь увлекалась зоологией чуть ли не с ясельного возраста, да и мама никогда не пыталась скрыть от меня эту сторону жизни, но эти синие глаза… Тогда я даже подумать не могла, что их обладатель может поступить подло.
— Тогда закрой глаза и досчитай до десяти!
Я не замечала, как перемигиваются его дружки. Не хотела замечать. Мне было капельку стыдно и ужасно волнительно, ведь это будет мой первый поцелуй, тем более не с ровесником, а почти с мужчиной… Так что я послушно закрыла глаза, а девушки и парни, сдавленно хохоча, начали считать.