Спорим, ты меня любишь? (СИ)

— Командор в этом не участвовал, — пристыженно промямлила Маруся, на глазах облачаясь в средневековый наряд монашки и утыкаясь взглядом в чётки. — Джейкоб обещал мне поставить редкий софт, если я сделаю голозапись определенного отрезка времени, а затем включу её по его команде. Я пообещала… Но я не знала, какую именно запись он попросит! Честно!
— И тем не менее, сделала это.
— Джейкоб убедил меня, что так будет лучше для всех, — окончательно убито прошептала голограмма. — Являясь офицером командного состава, он имеет право отдавать приказы, не противоречащие безопасности и работоспособности корабля.
— Мужчины! — презрительно цыкнула Инга, качая головой и переводя взгляд на стол с забытой игрой. — Давайте уже оставим эту неприятную тему. Александра, уверена, в тот момент мало кто из нас думал об этической стороне вопроса, эта Луиза уже у всех в печенках сидела. Уж на что я противник рукоприкладства, и то руки чесались. А зверюшек-то как жаль было… — на секунду отведя взгляд, Инга прерывисто вдохнула и покаянно выпалила: — Я ж перед вылетом половину образцов обратно на волю выпустила. Как надоумил кто!
— Ментальное внушение? — заинтересовалась я не на шутку.
На текущий момент было известно о более сотни условно разумных видах, которые могли так или иначе воздействовать на окружающих, подманивая или отпугивая другие виды особыми электро-магнитными, звуковыми и иными колебаниями.
— Интуиция, — безрадостно хохотнула инженер и снова приуныла. — Не хотела видеть, как загибаются и они. Те, кого отловили в самый первый день, уже погибли от бессистемного ухода, так что и остальных могла ждать та же участь. Не знаю, что я делала не так. Вроде не первый год работаю, кое в чём разбираюсь по вашему профилю, но ничего не помогло: три-пять дней — и дохли даже черви. Улла свидетель.
— Спасибо, что рассказали, — произнесла я благодарно и очень серьёзно. — Буду иметь в виду. А теперь давайте уже поиграем. Кто мне расскажет, что это и какие у него правила?
 Глава 4 
— Кай, да что на тебя нашло?! Убьёшь же! — завопил Джейкоб, оторопело мотая головой, после того, как отлетел к дальней стене тренировочного зала, где мужчины разминались последний час.
Отлучившись буквально на десять минут, когда ему что-то восторженно нашептала Маруська, Кай вернулся сам не свой и начал яростно и молча мордовать грушу. Доведя тренажер до состояния «на выброс», командор развернулся к ним и двумя скупыми словами потребовал спарринг на троих. Первым выбыл Оливер, он всегда плохо держал удар слева, а вот Каю он удавался особенно хорошо. Джейкобу не повезло минутой позже, когда друг подловил его на сложном приёме, когда не уклониться — только попытаться минимизировать урон.
— Ох… — простонал из противоположного угла старпом, даже не пытаясь встать. — Кай, какая космическая муха тебя укусила? Хочешь биться в полную силу — становись против Фабиша, как раз твой уровень!
— Моя не хотеть, — торопливо отказался от сомнительной чести старшина ортанеан, двухметровый бугай со шрамами на левой половине лица. Будучи гораздо массивнее шеррианцев, воины луча предпочитали заниматься со штангой и прочими тренажерами на выносливость, крайне плохо контролируя силу удара. То, что могло лишь выбить дух из ортанеанца, гарантированно убивало остальных. — Моя уважать командор в его скорби и сдаваться.
— Эй, ты кого тут скорбным назвал, булыжник? — беззлобно возмутился Джейкоб.
Несмотря на все высокие технологии и программы-переводчики, ортанеанцы предпочитали действовать по старинке — изучать язык союзников с нуля, потому что приборы у этих суровых мужчин вечно то терялись, то ломались, то просто не работали без причины.
К оружию это, естественно, не относилось.
— Сестра зверя сердить воина, — как маленькому важно объяснил Фабиш Джейкобу, при этом с пониманием и сочувствием глядя на командора, отчего Каю становилось только гаже на душе. Это он ещё не знал, что Фабиш застал конец их разговора, как раз проходя мимо (слух у серокожих воинов был на зависть многим), чему ортанеанец и сам был не рад. — Её правда быть истина и задеть душу.
 
— Ка-ай? — мало что понял из этого изречения старпом. — Переведи на галакт, а?
— Обойдетесь, — глухо рыкнул командор и малодушно сбежал в душ.
— Маруся, солнышко, — ласково обратился пилот к потолку, прекрасно зная, что искин всё слышит и фиксирует. — Что с командором?
— Совесть, — загробным голосом прошелестела Маруся, вновь облачившись в черную рясу. За её медленным появлением из пола следили все мужчины, и если ортанеанцы с неодобрением (они вообще недолюбливали высокие технологии), то шеррианцы с недоумением.
— Совесть, — тупо повторил Оливер, и офицеры озадаченно переглянулись. — Откуда?
Холт-младший (всего на два месяца!) совсем не имел в виду, что у командора отсутствует эта важная составляющая, он просто никак не мог взять в толк, что же такое произошло, что смогло вывести Кая из себя.
— Александра любезно позаботилась, — уже привычным легкомысленным тоном прощебетала Маруся, многозначительно щурясь и всем своим видом давая понять, что от неё мужчины больше ничего не узнают. — Но для вас… — каждому достался строгий профессорский взгляд, — доктор Коулман-Лиамэ!
После чего отрастила рога и хвост, стукнула огненным трезубцем по полу и, зловеще смеясь, исчезла в облаке голографической серы.
— Та-ак, — недовольно протянул Джейкоб, и мужчины снова переглянулись. — Только не говорите, что и эта дама с прибабахом! Это уже не смешно!
— Но-но! — грозно возмутилась Маруся, на этот раз не удостоив мужчин даже своей голограммы. — Не сметь оскорблять мою подругу!
— Подругу? Когда только успела? — недоверчиво фыркнул пилот и не удержался, уязвлённо буркнул: — Предательница!
— Это называется: женская солидарность, — нравоучительно заявила искин, но так как была из линейки самообучающихся, изящно вернула подачу: — Остолоп!
Шеррианцы окончательно перестали что-либо понимать и переглянулись в очередной раз, на этот раз откровенно напряженно.
— Знаешь, а я, пожалуй, уже хочу познакомиться с ней поближе, — решительно произнёс Оливер, и друзья обменялись понимающими ухмылками. — Чур, без обид.
— И пусть победит сильнейший, — азартно подтвердил своё участие в очередной авантюре Джейкоб, и друзья скрепили договор одновременным отрывистым кивком. — Маруся, запрещаю тебе говорить о нашем пари Александре.
— Да, сэр, — без былой почтительности фыркнула искин.
В отличие от Александры, шеррианцы не догадались запретить искину иные методы передачи информации, и для себя Маруся сразу решила, что сделает это при первой же возможности.
Права Александра, не все приказы достойны исполнения. А некоторые и вовсе вредоносны!
Первую партию маджонга я бессовестно продула, вторую тоже, отчего Кэти поглядывала на меня всё более насмешливо, но я не ставила перед собой цель победить. Гораздо интереснее оказалось подслушать разговор на соседней палубе, где находилась каюта со спортивным оборудованием. Фабиш оказался довольно смышлёным типом, следовало присмотреться к нему повнимательнее, а вот Джейкоб окончательно поселился в моём черном списке на первом месте.
Двадцать лет прошло… а совести у этого кривляки как не было, так и нет.
Ничего-ничего, и не таких по носу щелкали!
— Александра, вы с нами? — проницательно уточнила Улла, наверняка не в первый раз заметив мой расфокусированный взгляд. — Не расстраивайтесь, так сильно, это всего лишь игра.
— Простите, задумалась, — покаялась искренне, окончательно выныривая из анализа полученных данных.
— О чём? — дружелюбно поддержала разговор Глафира.
— Или о ком? — ехидно вставила свои пять кредитов Кэтрин.
Инга мудро промолчала, но тоже глянула на меня с любопытством.
— Не выходит из головы высокая смертность образцов, — призналась почти честно, ведь этот вопрос меня тоже очень сильно волновал. — Как думаете, в чём может быть причина? Состав воздуха? Воды? Особое электромагнитное поле планеты? Или банальное несоблюдение ухода, в частности питания?