Преломляя свет (ЛП)

— Четыре дня, а вам было всего девять! Это же полное пренебрежение, это недопустимо, Тео!
— Я знаю. Но мы-то тогда считали, что это было… грандиозно, — протянул он и мягко улыбнулся Гермионе.
— А оказавшись в школе вы по-прежнему были близки?
— Да. Моей единственной целью было попасть на тот же факультет, что и она. Помнишь, я сказал, что у нас с Шляпой состоялся диалог?
— Да. И она хотела определить тебя… Куда?
— В Гриффиндор.
Он вскинул брови, взглянув на Гермиону, но она решительно покачала головой.
— Я не удивлена.
— Что ж, а вот я в тот момент был. И сразу сказал ей: «Ни в коем случае». Я хотел быть с Даф в Слизерине. В конце концов, Шляпа сдалась, сославшись на то, что мои упрямство и верность друзьям были в большей степени присущи именно слизеринским качествам.
— Не вставила палки в колеса и твоя безупречно чистая кровь, — Гермиона бросила на Тео взгляд.
Она знала — сколько бы ни было в ней упрямства или верности, Шляпа бы никогда не определила ее на Слизерин.
Тео сменил позу.
— Конечно. Это тоже сыграло роль.
— Значит, тебя распределили, и все было хорошо?
— Да, первые пару лет. Мы оставались единым целым, как и прежде, но все равно начали отдаляться, оба. Дафна сблизилась с Пэнси, а я вполне себе успешно поддерживал дружеские отношения со всеми остальными.
— Но с Драко вы не были особо близки?
— Да. У него всегда был Блейз. А у меня всегда была Дафна. И, не знаю, заметила ли ты, но мы чуть-чуть разные.
— Мягко сказано.
Нотт ухмылялся ей, но, когда Гермиона снова заговорила, его ухмылка стерлась.
— Так что же случилось, Тео?
Он посмотрел в окно, в даль, и его взгляд стал отстраненным.
— Полагаю, мы выросли. Словно в один день я вдруг посмотрел на нее, а она уже не была просто той Даф. Она стала для меня тем самым прекрасным, притягивающим созданием, от общения с которым мне хотелось больше. Намного больше.
— Мне знакомо это чувство, — тихо произнесла Гермиона, мысленно вернувшись к тому времени, когда Рон в ее глазах изменился. Тео посмотрел на нее, кивнул, и Гермиона снова заговорила. — Она знала?
— Да. Она знала, потому что я ей сказал.
Нотт посмеялся, но звук этого смеха был сухим.
— Вот это да. Когда?
— Летом между четвертым и пятым курсом.
— И?
— Она испугалась. Ничего не хотела предпринимать. Сказала, что так я разрушу нашу дружбу.
Гермиона посмотрела в сторону. Она боялась подобной реакции от Рона. Годами боялась.
— Так и случилось? Ты разрушил?
— Нет, но только потому, что догадался отъебаться. Я приложил все усилия, только чтобы вернуть все обратно, привести в норму.
— Но чувства не прошли? — спросила Гермиона, поднимая бокал вина, а когда сделала глоток, в сознании мелькнули воспоминания о том, как же быстро Тео переменил свое поведение в середине лета.
— Да. Они никогда не уходили.
Голос Тео был хриплым. Грейнджер повернулась, чтобы посмотреть на него, но он оглядывал вид перед собой. Солнце уже пряталось за крышами зданий напротив.
— Но когда-то она же ответила на них? — спросила Гермиона с осторожностью. Тео кивнул. — И как все прошло?
С минуту он молчал. Гермиона не выдержала и выставила руку вперед.
— Тео, скажи, если я слишком наседаю…
Нотт повернулся к ней.
— Нет. Нет, все нормально. Это хорошо. Правда, это так… приятно. Просто говорить об этом. — Он коротко улыбнулся Гермионе прежде, чем начать. — Все прошло максимально тупо. — Тео потер лоб, затем пересел на край кресла, опустив локти на колени и уперев взгляд в пол. — Самый обычный день в библиотеке. Начало пятого курса. Мы учимся. Я говорю что-то тупое, она смеется, и вот мы целуемся… — прервавшись, он снова погрузился в молчание, очевидно, затерявшись в воспоминаниях.
— И что дальше? — мягко спросила Гермиона, ее голос едва ли походил на шепот.
— Мы были вместе, официально. Я был так блядски счастлив, — Тео тяжело выдохнул, — пока все не испортил. Кажется, мы оба знали, что именно так я и поступлю.
Гермиона снова выставила руку, касаясь спинки его кресла.
 
— Если захочешь, мы можем поговорить и об этом.
— Чтобы я рассказал тебе, каким полнейшим кретином, уродом я был? Не уверен, — он прижался лбом к руке.
— Ты не обязан.
Спустя пару мгновений Тео все же поднял взгляд.
— Нет, это не так. Тебе стоит знать всю историю. Особенно если мы собираемся быть настоящими друзьями. Мало ли после такого ты передумаешь.
Гермиона выдохнула:
— Тео…
Он сделал глубокий вдох.
— Самый идиотский расклад. В этом году, во время рождественских каникул, в Лондоне проходила вечеринка в честь Маркуса Флинта. Драко с Блейзом тоже присутствовали, но сама тусовка, по большей части, была для старших. Даже ебаный Орин Пьюси там был. — Тео покачал головой. — Меня пригласили, но Дафна не хотела, чтобы я шел. Сказала, что все они — куча отморозков, и мне не стоит иметь с ними ничего общего. В школе они нередко болтали, поэтому ни для кого не было секретом, как проходят подобные вечеринки. Однако мне, видимо… польстило оказаться в числе приглашенных. Я всегда ощущал себя белой вороной, поэтому такой жест был… Не знаю. — Тео взял вино и снова сделал глоток. — Мы с Дафной поругались. Она сказала, что я жалок, а я ответил, что она помешана на контроле, — на этих словах его передернуло. — Она заплакала, но я все равно ушел. Я был в ярости, но все же догадывался, что повел себя как урод, поэтому напился. Очень быстро и сильно напился. — Тео откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. — Там были девушки.
Гермиона молча втянула воздух.
— Одной я понравился. Она была очень настойчива, а я был слишком пьян. Поверь, это не оправдание.
— Значит, ты… — начала Грейнджер и взглянула на его профиль, почти не желая слышать ответ.
Бедная Дафна.
— Я не трахал ее, нет.
Гермиона вздрогнула.
— Но с таким же успехом мог бы.
Глаза Тео по-прежнему были закрыты, когда он сделал глубокий вдох и приложил новую сигарету к губам. Затем он выпрямился и, склонив голову, зажег ее, вдыхая дым.
— На следующий день я испытывал просто, блять, неимоверное чувство вины, — произнес он, выдыхая облако. — Проснулся в коридоре, где накануне вырубился. Хуже, чем тогда, голова за всю жизнь не болела. А осознание того, что я облажался, будто придавливало меня к земле, как камень.
— Ты сразу же рассказал все Дафне?
— Да, — Тео кивнул. — К тому же, некоторые парни все видели. Это норма для подобных вечеринок.
У Гермионы все внутри сжалось от мгновенно заполнивших сознание мыслей о Драко, пусть она и знала, что глупо расстраиваться из-за прошлого. Тео заметил выражение ее лица, и кривая ухмылка исказила его.
— Ох, на его счет не переживай. Он ушел задолго до этого. Слишком развратное зрелище для нашего привиредливого Высочества.
Гермиона пронзила Тео взглядом, но тихий вздох облегчения сдержать не удалось.
— Как бы то ни было…
— Да. — Тео откинулся обратно в кресло. — Да, я сразу рассказал ей. Один из худших моментов в моей жизни. Если бы я мог запихнуть в себя хоть какую-то еду, меня бы в тот же момент ею и вырвало. Но, честно говоря, мне показалось, что она уже и так все знала, раз произнесла лишь: «Я не стану это терпеть. Я не собираюсь быть этим человеком». Я начал извиняться, но она моментально оборвала меня. — Его взгляд снова был направлен на пейзаж за окном. — Часть меня вскипела от гнева, я начал обороняться. Выпалил то, за что нет мне прощения — обвинил ее в попытке удержать меня при себе. — Тео перевел взгляд на Гермиону. — Помнишь, что я сказал тебе в оливковой роще?
Грейнджер медленно кивнула, в точности вспомнив его наполненные страданием слова о том, что они всего лишь подростки и слишком молоды для серьезных отношений.
— Видишь, ты умна, раз отвергла меня.
Он осушил бокал, поднимаясь на ноги.
— Тео…
— Что? — спросил он и отвернулся. — Как же я проебался… — Его плечи опустились, и заговорил он так, словно издалека. — Я изо всех сил пытаюсь воспринимать это как первую любовь. Как что-то, к чему со временем стану относиться проще, но у меня есть подозрение, Гермиона, что это было то самое. — Тео повернулся к ней, его лицо было бледным. — С тех пор мне не удалось найти нечто и близко похожее. За исключением… — он покачал головой, обреченно закрывая глаза. — Вероятно, это не самая лучшая тема для обсуждения в такой час, да еще и после бутылки вина.