Преломляя свет (ЛП)

Он приник к ее губам и не стал терять времени, забравшись рукой под блузку, чтобы обхватить грудь.
— Драко!
— Что? — лениво отозвался он, прикусывая ее нижнюю губу и незаметно поднимая ткань выше. Если бы он только мог еще хоть раз взглянуть на ее прекрасную…
— Прекрати! — она дернула блузку вниз и отстранилась. — Мне нужно на работу!
— Знаешь, ведь это ты пришла сюда и пристала ко мне, — парировал он, шлепнув Грейнджер по заднице, когда она начала слезать с кровати, и теперь, выходя из спальни, она лишь качала головой, смеясь.
Драко услышал, как закрылась дверь в ванную и полилась вода, поэтому встал с постели, чтобы отыскать спортивки, затем футболку. Он натягивал ее, идя по коридору и ощущая, как по лицу расплывается улыбка от любимых отрывков воспоминаний со вчерашнего вечера: книжном магазине, стремянке и последовавших за всем этим событий, произошедших, когда они аппарировали в квартиру. Не говоря уже об утренних… И к моменту, как он вошел на кухню, улыбка стала шире.
— Хорошо провел ночь? — голос Тео, донесшийся с другой стороны комнаты, выдернул Драко из мечтаний.
— Черт, не знал, что ты здесь, — бросил Малфой и остановился на полпути, пытаясь вспомнить, наложил ли ночью заглушающие чары.
Что-то ему подсказывало, что нет.
— Не волнуйся, — ухмыльнулся Нотт, его взгляд дернулся в сторону коридора, откуда, очевидно, доносился шум воды. — Я только что пришел, был у Франчески. Хочешь сок?
Он увидел, что Тео достал старую соковыжималку, рядом с которой на кухонной стойке лежал пакет апельсинов и разрезанный грейпфрут.
— Да, спасибо, — кивнул Драко, подойдя к холодильнику и заглянув внутрь. — Хочется яичницы, — произнес он, достав прохладную картонную упаковку. — Будешь?
— Еще спрашиваешь, — Нотт мимолетно улыбнулся, а затем вернул свое внимание соковыжималке. — Гермиона будет? — спросил он, указав зажатым в руке апельсином на коридор за спиной.
— Не думаю, — Малфой поморщился. — Она немного торопится.
— А, вот что.
Тео продолжил нарезать и прижимать фрукты, а Драко, тем временем, включил плиту. Вокруг них царило молчание, пребывающее где-то между спокойствием и неловкостью, пока из коридора не донеслись громкие звуки приближающихся шагов.
— Так, Драко, я пошла. Освобожусь в шесть и… Тео! — Гермиона остановилась в дверном проеме, ее взгляд ринулся к Драко, щеки вспыхнули. — Не знала, что ты был…
— Он не был, — ответил Малфой, едва заметно мотнув головой.
— Я не был, — четко подметил Тео, не особо скрывая смех в голосе. — У тебя найдется время? — спросил он, подняв стакан.
— На это? Еще бы. — Гермиона прошла вперед и взяла сок, с облегчением бросив на Драко взгляд. Тео повернулся обратно к стойке, и Грейнджер сделала глоток. — М-м-м, очень вкусно.
С ее губ сорвался точь-в-точь тот же легкий стон, что и когда Малфой сделал сок. Он ухмыльнулся, а она скорчила ему рожицу, прежде чем осушить стакан и поставить его в раковину.
— Спасибо, Тео. Все, я побежала. Пока! — Гермиона подошла к Драко, оставив на его щеке поцелуй, и он встал, чтобы проводить ее до двери, но она отмахнулась. — Нет времени, увидимся вечером?
— Конечно, — произнес он, одарив ее долгим взглядом.
На мгновение Грейнджер замялась, но все же покачала головой, сморгнув наваждение, и двинулась вниз по коридору.
— Сок вышел отличный, Тео, спасибо! — донесся ее голос.
— Всегда пожалуйста! — ответил Нотт, покрутив нож, и дверь закрылась.
Драко переключил внимание на приготовление яиц и тарелки тостов, Тео же занялся апельсинами, пока не сделал два полных стакана сока.
— Кофе тоже будешь? — спросил он, достав кофейник.
Малфой ответил согласием, и вскоре они уже сидели за накрытым кухонным столом, разделяя завтрак.
И снова — их окутала некая звенящая тишина. Ничто, помимо звона столовых приборов и стука чашек, не нарушало ее. С тех пор, как с Гермионой все встало на свои места, Драко с Тео впервые оказались наедине. И Малфой пребывал в полной растерянности. Он знал, что еще пару дней назад Нотт довольно досконально разобрался с ней в ситуации, и, пусть Драко и не испытал приятных чувств, когда Гермиона рассказала об этом, он верил, что не станет вести себя как идиот. Однако чего он не знал, так это того, как наладить все с Тео самому.
 
Наконец, Нотт прочистил горло.
— Значит, все хорошо? — спросил он, посмотрев в сторону, куда ушла Гермиона.
— Да, очень, — произнес Драко, не отнимая внимания от тарелки, и, подняв взгляд, заметил, что выражение Тео невозможно прочесть.
— А ведь я говорил тебе не вести себя с ней как мудак, — все же заметил Нотт. — Ты счастливый мерзавец, знаешь, да? — он указал на Драко вилкой, и его выражение заметно расслабилось, вновь приобрело привычные озорные черты. — Счастливый, потому что она не сдалась.
— Я это знаю. Ты был прав, — признал Малфой, сделав глоток апельсинового сока. — Вчера, когда мы были на вилле, Блейз напомнил о девушке в красном платье. Тогда я упомянул ее в нашем с тобой разговоре еще не зная, кто она на самом деле. Ты раскусил меня с самого начала.
Тео усмехнулся.
— Это было довольно очевидно. Особенно когда мы поняли, кто она.
Драко кивнул, ощущая, как тень улыбки пересекает черты.
— Теперь я это признаю.
Нотт посмеялся, вернув внимание яичнице, и пару минут они молча ели. Малфой уже не в первый раз задавался вопросом о чувствах Тео к Гермионе, но вовсе не намеревался выносить его на обсуждение.
Существовало нечто другое, и оно не могло просто выйти из головы.
Он сделал глубокий вдох.
— Могу я попросить тебя об одном?
Тео вскинул голову с немым вопросом, отразившимся на лице.
Драко медленно покрутил стакан, затем стер влажное кольцо, оставшееся от дна на столешнице.
— Пока меня не будет, или если я… буду не в состоянии, — или мертв, подумал он, — ты присмотришь за ней?
Тео замер, и Малфой поспешил продолжить.
— Знаю, она не нуждается в том, чтобы за ней присматривали. Более того, у нее есть Поттер и Уизли, однако, они пройдут через все это с тем же успехом, что и я. И если у меня не выйдет, или, упаси Мерлин, другая сторона победит, ей потребуется поддержка от кого-то из нашего мира. Я обращусь и к Блейзу, но это не отменяет того, что я знаю — ты заботишься о ней так, как никогда не будет он.
Он прервался и выдержал тревожный взгляд Тео, направленный в упор, пока тот не опустил его.
— Я буду честен, — с расстановкой произнес Нотт. — Она мне небезразлична. Меня удивляет, насколько. Я забочусь о ней больше, чем о ком либо… со времен Дафны. Гораздо больше, чем я позволял ей видеть, — он посмотрел на Драко. — Ты уверен, что хочешь попросить об этом именно меня?
— Теперь у меня появилось еще больше оснований, — тихо подтвердил Малфой.
Тео откинулся на спинку стула, тяжело выдыхая, на что Драко вскинул брови.
— Конечно, да, — сказал он, качая головой. — Даже если бы ты не попросил, я бы все равно это сделал. Скажу, отбросив чувства в сторону — она мой друг. Она много значит для меня.
Взгляд Нотта переменился, став более испытывающим, и Малфой почувствовал, как черты лица стали тверже.
— Но это не означает, что тебе есть о чем переживать, — продолжил он, несомненно, прочитав Драко, как открытую книгу. — Если только не проебешься или выкинешь что-то действительно глупое.
— Не планирую, — ровно произнес он.
Напряжение с плеч Тео спало.
— Это главное, — произнес он уже мягче. — Конечно, я сделаю все, что смогу, чтобы поддержать Гермиону, когда или если… Когда я буду рядом, а ты нет. Мы с ней уже договорились пообедать в первый день семестра, — поделился Нотт, адресовав ему слабую улыбку.
Малфой вспомнил, что Тео и понятия не имеет о том, что Гермионы в Хогвартсе не будет.
— Верно, — произнес он, отдаленно ощущая неприятное чувство вины. — Это отлично, — он надкусил тост и, чуть прищурившись, метнул на Тео взгляд. — Последнее напутствие: не будь слишком дружелюбен, пока меня нет.