Флегморий - Красная (СИ)

Детектив лежал парализованный, не в силах отвести взгляд. Его дыхание стало прерывистым, а в груди застыл ледяной ком — не страх. Скорее первобытное отвращение. Он видел, как с каждым глотком тонкие кривоватые линии на лице Стукова теряли яркость, замедлялись и, наконец, растворялись под кожей, не оставляя следов.
Когда последняя капля исчезла в глотке, физиономия Охотника преобразилась в… обычную. Просто человек. Немного уставший и с жесткими чертами — не гадкий монстр или дикий ужас. Ничего лишнего.
  
Алексей вставил пустую ёмкость обратно в пиявку, нажал на скрытый механизм, и та сжалась, свернувшись в небольшой металлический шар. Один миг — и устройство оказалось в потайном кармане плаща.
Потом чужестранец вновь опустился рядом с Волковым на корточки.
— Теперь я в курсе… — тихо произнёс Стуков. — Твоё заражение произошло в тот самый момент, когда коротнул чип памяти сводницы… Да… В твоём доп-разъёме для обмена данными, но знаешь… Катя… Я чувствую, что она противилась этому, но поделать ничего не смогла. Затем дальнейшие попытки обезопасить тебя, напугать и сбить след с помощью контролируемых галлюцинаций… Хм… Выглядит нелепо. Вероятно, из-за непреодолимого волнения… А причина подобного отношения? Ведь ты единственный, кто при первой встрече не завёл речь о том, чтобы трахнуть её поскорее. Такая мелочь… Мелочь, определившая твою судьбу. Удивительно… — Охотник замолчал ненадолго, концентрируясь на обрывках новой информации, и уловил нужную нить. — Детектив, ищущий особенную девочку… Знал ли ты… Точно. Вижу, что узнал из данных с чипа сводницы… У твоей Красной чистейшая ДНК, несмотря на атмосферу вашей дрянной планетки. И именно это является её уникальностью… К слову, она ещё сопротивляется. Лишь две жертвы. Старая карга и наркоман. Ага… Они находятся в состоянии диапаузы. Твой поганый город можно спасти, Волков. Что до тебя? Чувствуешь нечто особое к Кате? Не обольщайся. Это не из-за того, что уставший работяга внезапно наткнулся на важного для жизни человека. Взаимосвязи, создаваемые Воплощениями Грехов, въедаются в нутро и очень часто остаются там навсегда. Естественно, теперь это неотъемлемая часть тебя… Смиренно прими данный факт… А сейчас, — сказал он глухо. — Не шевелись.
Ладонь коснулась лба Александра, и тогда глаза чужестранца помутнели — не просто затуманились, а стали пустыми. Будто полностью утратили человеческое начало. Ему на смену явился бесконечный поток времени, текущий вспять.
Детектив ощутил тепло, распространяющееся по телу с немыслимой скоростью. Боль от «укуса» пиявки исчезла. Ссадины, синяки и прочие мелкие повреждения пропали, словно никогда и не появлялись вовсе. Но самое странное — Волков помнил мучения. Отчётливые, настоящие. Они были, а теперь их не стало.
Ущерб от стычки не прошёл — отменился.
— Что… — голос Александра сорвался в хрип.
Охотник убрал руку. Его глаза приняли прежний вид — зелёные и холодные, без той нечеловеческой пустоты.
— Это не исцеление, — прошептал он. — Это откат.
Детектив поднялся на локти, сжимая кулаки. Тело было целым, но внутри… оставалась бездонная пропасть. Будто нечто вырвали. Раз и навсегда.
— Я не понимаю… — произнёс Волков, медленно осматривая себя.
Алексей встал, отряхивая плащ:
— Разумеется. Хотя тебе и не надо. Достаточно лишь принять.
За спиной у Стукова раздался щелчок. Жужжащее устройство на замке вдруг замолчало. Доступ в здание морга, наконец, появился.
— Ну, а теперь? — бросил чужестранец через плечо, уже отворачиваясь. — Вали прочь, если не хочешь тут подохнуть. Ведь я не самая жуткая мерзость, которую ты мог бы встретить сегодня на пути.
Прежде чем Александр успел что-то сказать, Охотник снял изобретение для «взлома», открыл дверь, шагнул в чёрный проем, исторгающий едкое марево, и мгновенно растворился во тьме.
Детектив покрутил головой, быстро поднялся и подобрал пистолет. После — скривил губы, глядя в сторону выхода из длинного проулка, и перевёл взор обратно на служебный вход.
- Свалить прочь? — Волков нахмурился и смачно плюнул. — Да хер ты угадал…
Он сделал глубокий вдох, крепко сжал оружие и направился следом за Алексеем.
  
Глава 4
 
— Мне придётся очень долго размышлять над всем этим бредом… — прошептал Александр и шагнул внутрь, но не стал закрывать дверь. На всякий случай.
Воздух тут был спёртым, пропитанным формалином и чем-то кислым, словно сама смерть здесь застоялась. Тусклый свет морга напрягал — впрочем, как обычно. В процессе работы детектив постоянно посещал подобные места. Тем не менее, именно сюда он попал впервые.
Контрольный пост выгрузки тел оказался пуст. В Нижнем Городе вечно не хватало людей. Охрана если и числилась в штате, то в виде какого-нибудь заспанного дедка, шатающегося между кофе-машиной и туалетом. Патологоанатомы трудились на подземных уровнях. Водители труповозок безвылазно мотались по дорогам, порой оставляя покойных целыми штабелями. Санитары, занимающиеся в основном транспортировкой мертвецов непосредственно по зданию — вот их отсутствие являлось слишком подозрительным. Конечно, не таким странным, как чужестранец, манипулирующий временем и несущий околесицу.
И всё же Волков насторожился.
Пыль, тянущаяся следом за Охотником уже исчезла. Впереди расстилались только многочисленные коридоры, ведущие в различные участки огромного лабиринта.
— Ладно… В принципе, у меня тут и своих дел хватает, — пробормотал Александр и направился к покорёженному терминалу, который периодически мерцал.
Монитор хрипел, выдавая строки данных с задержкой в несколько секунд. Детектив стиснул зубы, ударив по корпусу — экран дёрнулся, наконец сформировав немыслимый список поступлений за последнюю неделю.
Просмотр бесконечных пометок о трупах занял слишком много времени. В какой-то момент Волков готов был лопнуть от злости, но внезапно наткнулся на файл с названием «Биологическая Аномалия». К нему прикрепили некий документ, содержащий сведения о своднице — из-за взаимосвязи с делом в гостинице её тело хранилось в одном помещении с наркоманом.
— Я думал, что придётся тут состариться… — тихонько произнёс Александр, покосился на противопожарную систему и не рискнул закурить.
Терминал выдал точное местонахождение нужного мертвяка:
— Марк Дроздов. Зона 4. Блок 17-Б. Особенность: Нестандартная смерть. Чип памяти не извлечён.
Детектив резко выпрямился.
— Это всё упрощает, — пронеслись размышления. — Если его никто не вытащил, значит, нет нужды в посещении хранилищ с вещами. Возможно, там есть запись последних минут жизни. Может имеется информация, которая хоть немного поможет сдвинуться с мёртвой точки, но сначала надо добраться до трупа.
— Твоё заражение, — вспомнил Волков слова Стукова. — Произошло в тот самый момент, когда коротнул чип памяти сводницы…
— Я… — подумал Александр. — Я до сих пор не могу дать вменяемую оценку бреду в проулке… Какой-то проходимец надрал мне задницу… Использовал невероятные технологии… С другой стороны… Мне действительно стало… Лучше? Чувствую себя стабильнее… Исчезла дикая тяга к сигаретам… Почему-то… Иначе уже выбежал бы покурить, — детектив чуть прикусил губу и покачал головой. — Ладно… Не буду ставить чип наркомана в доп-разъём, а сразу отнесу к Жмакину… И дальше будет видно. С ним и обсудим всё это дерьмище… Может, он скажет что-нибудь вразумительное…
  
Волков довольно быстро нашёл схематическую карту морга и загрузил её в свой микрокомпьютер. В ней содержались старые сведения — с обновлениями полугодовой давности, но этого было вполне достаточно. Затем Александр поднял голову, изучая указатели на стенах. Зелёные светящиеся стрелки. Местами погасшие. Они направляли к разнообразным специализированным помещениям.