Флегморий - Красная (СИ)

Стрелка «компаса» Охотника резко зафиксировалась, словно указывая точное направление.
— Так вы поможете нам?
— Я уже здесь, так как ранее принял условия контракта. Разумеется, я сделаю всё необходимое.
— Отлично. Сумму в три тысячи Единой Космической Валюты вы получите после окончания дела…
За окном грянул гром, и на мгновение комната осветилась синевой. Вспышка выхватила из теней лицо гостя — бледное, с тёмными прожилками у глаз.
  
— Три тысячи пятьсот единиц ЕКВ, — уверенно произнёс Охотник.
— Но в контракте Галактической Сети Поручений мы указали именно три тысячи…
— И не указали, что у вас стрёмный труп в морге. Хотите, чтобы он вырвался и принялся жрать местное население? Не рассматривали такой вариант?
Администратор активно заёрзал на стуле, нервно подёргивая пальцами:
- Я… Я согласен на добавку в пять сотен.
— Неофициальную добавку. Три тысячи по контракту и пятьсот после избавления от жуткого трупа в морге. Ах, да. Мне понадобятся адреса мест, в которых произошли убийства.
— Дайте подумать… Точные адреса…
— Не думайте. Предоставьте мне карту города с опознавательными знаками и маршрутами. Загрузите всю информацию о странных инцидентах в накопитель данных, а я пока займусь подготовкой. Вернусь за носителем через двадцать минут, — гость резво встал и направился к выходу.
Дверь захлопнулась.
Блеклые, еле заметные пылинки витали над полом — тот же самый след, что вечно тянулся за Охотником. Чиновник его не увидел. Он гневно орал в устройство связи на помощника, раздавая указания и повторяя ругательства о зажравшихся наёмниках.
* * *
Где-то в Нижнем Городе Красная прижалась к стене, чувствуя, как её татуировки пульсируют в такт чужого сердцебиения.
— Он уже близко… — непроизвольно прошептала она, удивилась сказанному и скрылась в тёмном проулке.
  
Глава 2
 
Капли дождя стекали по запотевшему стеклу дешёвого бара, превращая огни Нижнего Города в расплывчатые кляксы.
Волков поднял стакан с чем-то, что местные называли виски, и выпил содержимое — на вкус, как растворитель с нотками тоски.
Бармен, мужик с бионическим глазом и шрамом вместо уха, налил Александру ещё:
— Жмакин постоянно спрашивает про тебя.
Детектив даже не удивился:
— И что?
— Каждый раз говорит мне… Если увидишь этого долбоёба, напомни ему о долге в три сотни ЕКВ.
Мелочь для кого-то, а для Волкова сейчас — целое состояние. Он криво улыбнулся и ответил:
— Был у него час назад и занял тот самый полтинник, из которого десяткой расплатился за выпивку.
Работник бара хмыкнул. В его глазном яблоке мелькнула красная точка — своеобразная пометка в базе данных заведения об обязательной предоплате.
Александр сделал небольшой глоток и услышал громкий сигнал микрокомпьютера. Некто звонил со скрытого номера. Детектив вновь отхлебнул пойло и принял входящий вызов:
— Говорите.
Тишина продлилась недолго — грозовой раскат разорвал её на куски. Затем из устройства донёсся женский шёпот:
— Ты будешь с нами…
— Кто это? — но Волков не получил ответа из-за прерванной связи, нахмурился и добавил. — Надоел уже этот сраный спам…
Бармен покосился на Александра, тяжело вздохнув:
— Допился, да?
Неоновая надпись на стене «Градус» мигала, как аритмичное сердце, отбрасывая фиолетовые блики на лицо детектива. Он прищурился, разглядывая микрокомпьютер — совершенно никаких записей о звонке.
— Ну и хуйня, — прошипел Волков.
И тут сигнал повторился. Входящий вызов оказался реальным — работник бара вздрогнул, отпрянув от стойки, и грязно выругался на фоне неожиданности. На экране приспособления появилось наименование контакта — Жмакин.
Александр поднёс устройство к уху, но рот открыть не успел. В динамике раздался хриплый голос Дровосека:
— Ты должен мне триста пятьдесят ЕКВ.
— Знаю. Ты говорил об этом перед моим уходом.
— Знаешь, да не возвращаешь и продолжаешь занимать.
— Слушай… Сказал же, — детектив допил «виски» и жестом дал понять бармену о желании получить добавку. — Я рассчитываю восстановить репутацию и тогда смогу всё вернуть.
— Рассчитываешь? Пока ты там себе рассчитываешь, я собираю материалы в кучу и наталкиваюсь на повреждённые или зашифрованные файлы, в которых сплошная мерзость, похабщина и почти никакой важной информации.
Волков взбодрился и округлил глаза:
— И? Есть что-нибудь интересное? Может наконец перекинешь мне? А то я смотрю на этот стакан и со скуки начинаю сходить с ума…
— Ты, сукан, в баре что ли?! Ты сказал, что деньги тебе нужны на жрачку и сигареты, а сам сидишь и бухаешь? Детектив… Ну, что ты вот такой…
— Какой?
— В говно рукой!
Александр приподнял брови от удивления, почувствовал лёгкий зуд в височном разъёме и ничего не ответил, а Глеб продолжил:
- Ладно. Проехали, говнюк. Я перешлю тебе все собранные данные и скажу следующее… Мне очень не нравится это дело. Такое ощущение, что оно загонит тебя в какую-нибудь жопу. И если это будут не новые долги, так могила.
— Это волнение, основанное на приятельских отношениях? — усмехнулся Волков.
— Да пошёл ты нахер! Понял?
Связь прервалась, а затем послышался раздражающий писк микрокомпьютера. Прилетело сообщение. Детектив искренне улыбался — до тех пор пока не открыл содержимое и не узнал о том, что покойная бабка отправила на заказ с интеллектуальным извратом именно Красную.
Дело развивалось закономерно — с учётом единственной вменяемой зацепки в виде адреса прелестной девчушки.
* * *
Дождь непрестанно стучал по куполу станции Сектора 38 — будто сотни крошечных кулачков пытались пробиться внутрь. Ржавые вентиляционные решётки хрипели, выплёвывая в воздух густой пар, смешанный с запахом перегара, пота и чего-то кислого — похожего на разлагающуюся органику. Хотя, вполне возможно, Полесье-5 просто напоминало о своём дурном нраве.
Александр стоял у края платформы, зажав в зубах сигарету. Внизу, на железнодорожных путях, тьма словно шевелилась, как нечто живое и плотное.
— Отправила именно Красную…
Мысль вертелась подобно заевшей пластинке и обрастала яркими образами. Сводница, цветок из кожи на подушке, девочка с татуировками, «Тлен».
Справа заскрежетали тормоза. Из туннеля выполз состав — трещащая многоножка с потухшими фарами. Вагоны были исцарапаны до металла. Надпись «Не прислоняться» кто-то дополнил кривым «И не дышать тоже».
Двери с пыхтением разошлись, выплюнув наружу волну спёртого воздуха. Волков избавился от сигареты и вошёл внутрь, бросив мимолётный взгляд на бледного, худого человека, который копошился в мусоре рядом с центральной колонной платформы и жадно жевал что-то подёргивающееся.
Через пару минут состав уже мчался по тёмному тоннелю.
  
Детектив сидел, откинув голову на верхушку потрёпанного пластика сиденья, и сквозь полузакрытые веки наблюдал, как на потолке с трудом прокручивался вентилятор. Где-то неподалёку хрипел старик с кашлем курильщика, чьи лёгкие частично растворились в кислотных испарениях. Напротив, прижав к груди смятый пакет, дрожала девчонка лет шестнадцати: смуглая, с синяками под глазами и голографической татуировкой на шее — «Собственность клуба Малиновый Восход».
— Телепатический секс с глубоким погружением…
Запись, выловленная из бабкиного чипа, периодически вторгалась в сознание — будто сама по себе. Именно на оказание этой услуги сводница отправила Красную, которую, к слову, звали Екатерина Шапошникова.