Флегморий - Красная (СИ)
Одним движением Охотник опрокинул содержимое ёмкости в глотку. На мгновенье его губы дрогнули, и Александр уловил тень разочарования, пульсирующую в уголках рта.
— Никакой новой информации, — Алексей провёл языком по зубам, словно пытаясь выцедить хоть каплю сведений. — По крайней мере, силы восполнил… Самое время для того, чтобы добраться до финала этой… — Он покосился на трупы, валявшиеся в неестественных позах. — Слишком сложной, в понимании заказчика, истории.
Стуков деактивировал и спрятал изобретение, а затем потряс компасом — стрелка подёргалась немного, резко рванула в сторону и зафиксировалась.
— Я иду с тобой, — уверенно произнёс детектив. — Я должен помочь ей.
— Ты мне не нужен, — Охотник ловким ударом прорубил шею сводницы, подобрал обе отсечённые башки — наркомана и бабки — а после направился к выходу.
— СТОЙ! — заорал Волков, сделал глубокий вдох и продолжил, но уже в спокойном темпе. — Выслушай меня.
Алексей замер — плащ, тяжёлый и неподвижный, будто отлитый из непроглядного мрака, даже не дрогнул.
— Ты ведь не знаешь… С чем столкнёшься… Верно? Собираешь информацию, задаёшь вопросы… Ошибаешься! — Александр ткнул пальцем в воздух, словно вонзая его прямо в затылок Стукова. — Ты сам сказал, что не определил факт родства! Сам сказал о том, что хочешь сведений!
Охотник демонстративно вздохнул, перевёл взор на детектива и заметил движение руки собеседника. Волков рывком выхватил из кармана чип памяти наркомана, заполненный данными и мерцающий тусклым блеском в слабом свете блока.
— У меня есть ЭТО! И есть знакомый, который сможет вытащить отсюда нужные сведения! — подметив отсутствие реакции Алексея, Александр крепко сжал зубы и процедил. — Блять… — голос его заколебался, но не из-за бессилия, а скорее от ярости, кипящей где-то внутри. — Если ты поможешь Кате… И если нужно! Я могу засунуть эту дрянь в доп-разъём хоть сейчас! Если это поможет получить нечто важное и облегчит твою работу! Только помоги моей девочке!
Он уже поднёс чип к левому виску, но вставить не успел — голос Стукова моментально рассёк воздух:
— Стоять!
Слово врезалось в сознание, как команда, от которой немеют мышцы. Детектив застыл, глядя на собеседника в ожидании.
— Алексей, дорогой, — защебетала Морок. — А ведь это правда. Ты действительно не знаешь, насколько коварной окажется эта часть Тленника… И долго ли девочка сможет держаться… Если вообще сможет.
Охотник не шелохнулся, но Волков увидел — едва заметное напряжение в его челюсти.
— Вот! — Александр шагнул вперёд. — Тебе нужна моя помощь, а мне твоя!
Ледяной взор Алексея встретился с горящими глазами детектива. Через пару мгновений первый громко цокнул:
— Как бы тебе объяснить… Понимаешь ли ты, что вся загвоздка заключается именно в ней? — Он поджал губы и отрицательно взмахнул головой. — Заражённые… Трупы или живые… Не суть. Они подчиняются ей. Или тому, что в ней сидит. — Стуков сдавил рукоять меча, и клинок испустил слепящий блеск. — Между ними прямая связь. Уничтожишь источник ментального сигнала и зараза исчезнет… Если судить по этим трупам и по добытой информации… Тем более… Ты же слышишь тишину? Ни одного постороннего звука после смерти этой гадости. — Охотник кивнул на обезглавленное тело сводницы. — А сколько бы подохло ещё, если бы эта погань вырвалась наружу? И кто именно управляет всем процессом? Сложно сказать… А ты хочешь идти слишком опасным путём.
Волков не отвёл пылающего взгляда. Даже не моргнул.
— Ты… об изгнании? — прошипела Морок, и её голос эхом скользнул по стенам.
— О чём речь? — удивился Александр.
— Не важно, — отмахнулся Алексей, подумал немного, будто погрузившись в прошлое, и резко повернулся. Его профиль на миг слился с тенями, и детективу показалось, что перед ним не человек, а нечто иное — хищник, затаившийся на стыке миров.
— Ладно… — продолжил он. — Пусть твой знакомый покопается в данных, а потом подумаем насчёт дальнейших действий.
— Нет, — Волков вскинул голову и подошёл к собеседнику чуть ли не вплотную. — Ты пообещаешь, что поможешь ей!
Могильная тишина породила аномальное давление в воздухе. Стуков очень медленно сжал губы в диком раздражении, а его бездонные глаза впились в Александра:
— Я подумаю над этим.
— Но… — начал детектив.
— Никаких НО! — голос Охотника ударил, подобно молниеносному хлысту. — Или я найду её быстро с наименьшим количеством жертв! Или я найду её позже, ступая через ещё большие горы трупов! Чем больше промедлений и жертв, тем выше вероятность потери репутации! Моей репутации! — Он сделал шаг вперёд, и внезапно расстояние между ними сократилось до катастрофически минимального. — Поэтому… Мы достанем данные и подумаем над наилучшим решением этой проблемы… Если, конечно, оно вообще есть… Никто не знает, в каком состоянии твоя дочь и можно ли вообще ей помочь.
— Я… — Волков напрягся, удерживая неистовый огонь, стремительно расползающийся по телу. — Хорошо… — слово далось ему с трудом, словно пришлось выплюнуть нечто вязкое.
Алексей развернулся и направился к выходу из блока. Его шаги не звучали — он двигался, как призрак, оставляя за собой лишь шорох плаща и блеклые, еле заметные пылинки.
Морок хихикнула:
— Какая сладкая парочка…
— Ты слишком много болтаешь, — пробубнил Стуков. — Самое время отправляться в сумку на хранение.
— Да, да, — простонала сущность из клинка и протяжно зевнула. — Мне, так-то, иногда требуется отдых. Я не против…
Александр пропустил их диалог мимо ушей, спряталчип наркомана, увидел свой пистолет в коридоре, молча поднял его и проверил обойму. Холодный металл в руке — знакомый, почти родной. Детектив обрадовался, что смог получить оружие обратно.
Охотник, тем временем, как раз подошёл к ближайшему повороту зоны морга и бросил короткий взгляд на Волкова, будто подгоняя — тот мигом зашагал следом.
* * *Дверь в клинику Жмакина распахнулась с таким грохотом, что клиент на операционном столе дёрнулся, едва не наделав в штаны от неожиданности.
— Блять! — взревел Глеб, отпрянув от широкого разреза на кисти пациента и чуть не зацепив пинцетом нечто важное. — Ты хоть понимаешь, чем я сейчас занят?!
Волков стоял на пороге, запыхавшийся, с пылью морга на обуви, в одежде, испачканной тёмно-синей жижей, и с ярчайшим огнём в глазах. Его пальцы вжались в дверной косяк, словно удерживая от падения.
— Срочно, — выдохнул Александр.
— НЕТ! Нахер иди! — Дровосек взмахнул пинцетом в сторону детектива и добавил, указывая на ошарашенного мужика с пышной шевелюрой, состоящей на треть из металлических завитушек. — Видишь тут клиента? Кто-то платит бабки за работу, а кто-то постоянно их занимает! Понял толстый намёк? — Жмакин выпятил глаза и спустя долю секунды продолжил. — А разрез видишь? — Глеб затряс головой, чуть ли не пуская пену. — Может соизволишь обратить, блять, внимание на имплант, который я вот-вот вживлю? — после небольшой паузы он вытер пот со лба и скорчил гневную рожу. — Видишь! Поэтому! НЕТ! Это значит НЕТ! Не сейчас!
Пациент заворочался, пытаясь подняться:
— Эй! Что за херня? Может хватит болтать? Я вообще-то заплатил за срочность!
— ЛЕЖАТЬ! — рявкнул Дровосек, придавив его ладонью к столу, и перевёл взгляд на Волкова. — Ты ещё тут стоишь?!
— Нужно срочно вытащить данные из чипа памяти… Там может быть записано что-то, что поможет спасти… — Александр замялся на мгновенье. — Мою дочь.
— Что? — удивился Жмакин. — Какую ещё дочь?
— Та девочка… Та, которую сводница отправила в гостиницу… Я сам ещё пытаюсь всё осмыслить, но это моя дочь, Глеб! Моя дочь!