Превосходство разума (СИ)

За спиной как-то подозрительно громыхнуло и полыхнуло, а после окружающий мрак принялся стремительно сдавать позиции. Нет, темнота явно магического происхождения не исчезла совсем, но ослабла достаточно, чтобы стало видно находящиеся не так уж и далеко громаду здания, чьи двери и оконные проемы светились не то из-за фонарей, не то благодаря магической защите. Рискнув обернуться туда, где последний раз видел дракона, я узрел сразу несколько рассекающих мрак ослепительно ярких струй огня, идущих с разных направлений и пытающихся сомкнуться вокруг…Чего-то. Чего-то большого, висящего на высоте сотен метров, шевелящегося и упорно отказывающего сгорать в пламени драконов, которых на поле боя теперь стало явно больше чем один. Звуков вокруг по-прежнему не было, но мне казалось, что кожа ощущает нечто вроде насыщенного энергией ветерка, дующего сверху. Все четверо наемников были до сих пор живы и пятились, размахивая клинками, чтобы держать на расстоянии наступающих нам на пятки покойников и летучие некроконструкты. Правда, избитый своим же братом риамец выписывал в воздухе мечом такие кренделя, что мог и сам себя зарезать, но по крайней мере он своими ногами шел!
— Пустите нас! — Крикнул я обитателям торгового центра, задраившимся не хуже чем экипаж подводной лодки. Все двери и окна оказались крепко-накрепко закрытыми, вдобавок доступ к ставням преграждали вылезшие из подоконников решетки, а косяки ярко пылали цепочками рун, рассеивающих вокруг себя окружающий мрак. На один из моих массивных наплечников упала похожая на насекомое костяная тварь и попыталась вцепиться в шею. Остановить её я успел, но прежде чем монстрик взорвался изнутри даруя мне свою энергию, его необычайно челюсти успели сомкнуться на моих пальцах, прорезав их до кости и едва не отчекрыжив. — Пустите по-хорошему, а то дверь сломаю! Блин, ну сами виноваты…
Вопреки собственным словам, дверь ломать я не стал. Слишком уж она выглядела прочной: гладкая полированная металлическая поверхность, под которой дерева могло и не оказаться. Опять же с той стороны те, кто спрятался внутри, наверняка нацелили на самый очевидный вход свое оружие. А вот находящиеся на высоте всего-то полутора метров от земли окна, к одному из которых я потянулся, вполне позволяли протиснуться внутрь не просто человеку, а какому-нибудь не слишком крупному бегемоту благодаря ширине в несколько метров. Пусть они были прикрыты решеткой из толстых прутьев, но между соседними полосами металла имелось сантиметров пятнадцать пустого пространства. И даже если стекло было укреплено какой-то магией, для меня это не минус, а скорее даже плюс…В такой преграде вырезать отверстие под свои габариты намного проще будет.
Оконная рама, на которой ярко пылали защитные руны, при приближении к ней человеческого тела всадила в меня заряд чего-то очень освежающего и бодрящего. Не уверен, какую ветвь магии использовали создатели данного бытового артефакта, но я её уже заранее одобряю! Пусть ладонь на миг вспыхнула болью, словно опущенная в кипяток, но зато разошедшаяся по ауре порция энергии весьма приятно распространяла буйную весеннюю свежесть и того, что послевкусие ассимилированной силы стремительно исчезает, было даже немного жаль. Примерно как всего имеющегося запаса волшебства, которое я сконцентрировал у кончиков пальцев прежде чем подпрыгнут и вцепиться в верхнюю часть прутьев. Упираясь ногами в подоконник, задействовав мощный удар, чтобы придать мускулам своих рук дополнительную силу и помогая себе волшебством, я вцепился в два соседних металлических прута, а после силой мысли стал дружно выгибать их вниз и наружу, помогая данному процессу при помощи банальной физики. Совокупное действие естественных и сверхъестественных причин могло бы перетереть такое нежное и уязвимое человеческое тело в кровавую кашу с включениями костяной крошки, и его все-таки хватило, чтобы заставить преграду поддаться. Под противнейший скрежет сминающегося железа об крошащийся камень толстые металлические стержни стали выгибаться на меня как замерзший на холоде пластилин. Сзади кричали от боли и довольно шумно звенели мечами обо что-то металлическое, но я не отвлекался, поскольку был занят. Даже приземлившийся куда-то в район поясницы некроконструкт заметил и уничтожил не сразу, а только после того, как он запустил в лишенного части памяти горе-чародея свои челюсти, добавив новую рану к уже имеющимся. Когда наконец-то стало казаться, что в получившийся прогал сможет пролезть человек, то нырнул в него головой вперед, не слишком-то переживая о возможности расшибить башку о созданное какими-нибудь алхимическими методами особо прочное сапфировое стекло или порезаться осколками.
 
— Пошел прочь! — Поприветствовали меня громким визгливым женским голосом внутри сразу же после приземления прямо на кровоточащее брюхо. А сразу же после этого рядом с головой ударила короткая и толстая арбалетная стрела, выбившая весьма заметную выемку в покрытом каменными плитками поле, а после отлетевшая прочь.
— Кто еще раз выстрелит, тому его арбалет в жопу засуну! — Грозно пообещал я, вставая на четвереньки…И плюхаясь обратно мордой в пол, поскольку прямо на спину мне приземлилось чье-то тело. Кажется, оно принадлежало Пину, ведь мазнувшая меня по лицу ладонь точно недосчитывала нескольких пальцев, но зато несла на себе вонючие бинты, пропитанные какой-то мазью. Вокруг было заметно светлее, но горящие где-то по углам фонари все же не могли до конца рассеять колдовской мрак, пробивающийся внутрь помещения. Да и приглушенные звуки хоть и достигали ушей, но совсем не радовали: крики, визг, звон железа и чье-то громкое злобное рычание. С трудом выкатившись из под искалеченного юноши, который в свою очередь через пару секунд стал местом приземления для кого-то из наемников-риамцев, я столкнулся лицом к лицу с чьей-то очень недружелюбной харей и быстро пришел к выводу, что стреляли-то скорее всего не в меня, да и оскорбление тоже предназначалось несколько другой цели. Мало того, что обнаруженная на расстоянии вытянутой руки от себя морда оказалась весьма клыкастой и щеголяла натуральными бивнями как у кабана, так она еще и несла на себе отчетливые следы экстренной мумификации. И, конечно же, как и положено всякой уважающей себя нежити жаждала чужих мозгов…Ну или просто сырого мяса. Спрашивать сие существо о его кулинарных пристрастиях было как-то некогда, поскольку все силы уходили на то, чтобы недопустить этот жадно щелкающий челюстями ходячий труп до моей шеи, чем-то очень приглянувшейся данной твари.
Нежить, судя по цвету кожи и клыкам при жизни являвшейся то ли орком то ли еще каким старшим родичем гоблинов, была до безобразия цепкой, немного сильнее меня и плевать хотела на попытки стукнуть её башкой об пол или локоть, заехавший в глазницу. Если бы не последствия от недавнего использования усиливающего навыка, может и получилось бы победить в нашем противостоянии, но к сожалению в данный момент мои мышцы страдали от недавнего перенапряжения, и потому рукам с трудом удавалось держать жадно клацающую зубами башку беловолосого немертвого орка на расстоянии считанных миллиметров от нежно любимой шеи. Дотянуться же до лежащих в карманах батареек было просто нереально, скорее всего андед мне бы через считанные секунды сонную артерию перегрыз и то, что его получится уничтожить в последние секунды жизни стало бы слабой компенсацией…Впитать энергию через ткань тоже не получалось. Но когда я уже чувствовал, что скоро узнаю из первых рук всю информацию о принадлежности своей души, кто-то из местных обитателей как следует тюкнул его по затылку топором на длинной рукояти, и наконец-то переставший шевелиться труп все-таки оказался отпихнут в сторону.
— Спасибо, — кое-как прохрипел я стоящей надо мной женщине, одновременно пытаясь засунуть трясущиеся от перенапряжения руки в карманы и подняться на ноги. Со стороны, наверное, это выглядело как весьма подозрительные на вид конвульсии, поскольку сия валькирия отступила на шаг и приподняла топор для удара, но к счастью от добивания непрошенного гостя все-таки воздержалась, вместо этого развернувшись в другую сторону и зарядив своим оружием по хребту еще одного излишне бодрого покойника. А последних в округе обнаружилось неожиданно много. Впрочем, как и живых, что не без успеха крушили как восставшие из мертвых трупы, так и костяных насекомых, бесстрашно кидающихся от одной жертвы на другую.