Превосходство разума (СИ)
— Всего одной, той, которая на него первая и натолкнулаааасссссььь. — Обходящий меня кругом дабы зайти с более удобной стороны художник заметил манипуляции, которые я проводил с обвивающим правую ногу ремнем и в первый раз изволил проявить хоть какие-то признаки эмоций. Он прекратил петь и недовольно скривил губы. Развернувшись в сторону своих товарищей, прислужник ужасающих монстров открыл рот, чтобы что-то сказать. Без сомнения сей маэстро кисти был намерен исправить обнаруженный недостаток, а может даже и призвать к ответственности раздолбая, плохо зафиксировавшего жертву на алтаре. А значит, у меня осталось лишь несколько секунд на то, чтобы использовать минимум оставшейся свободы, и я решил использовать их по полной. Рванул ногой со всей дури, разорвав надрезанный ремень первым движением, а вторым постарался лягнуть стоящего рядом человека куда достал. К сожалению, тот успел отшатнуться от проявившей неожиданную строптивость жертвы, а потому кровоточащая пятка смогла наподдать лишь ведерку с краской, плеснувшей своим содержимым куда-то в сторону. И мир вокруг меня внезапно стал резко замедляться, пока время совсем не остановилось.
Угасли звуки. Застыл со злой гримасой на лице художник, ставший жертвой моего отчаянного нападения. Остановились в воздухе капли крови вороненка, которые прямо на пол стряхивал со своего ножа старейший из обладателей тюрбанов, по какой-то причине не ставший вытирать лезвие. Стоял подобно статуе недодракон в белом хитоне, чуть расправив свои крылья и вывернув их наизнанку. Откуда-то я знал, что эта поза по своему смыслу аналогична даже не стыдливому взгляду в пол с молчаливым признанием сделанных ошибок, а попытке повалиться в ноги и целовать ботинок того, перед кем провинился. Ведь в подобном положении натянутые на не такие уж и толстые кости кожаные перепонки становятся особенно уязвимыми и хватит даже слабенького удара, чтобы их повредить или вообще искалечить.
— Полагающихся воззваний со стороны самого страждущего озвучено так и не было, но думаю я сегодня в достаточно милостивом настроении, чтобы ответить на молитву, которую сразу столько покрывших себя славой воинов поют, принеся дары всему пантеону. — Разрушил наступившую тишину заставляющий вибрировать поджилки шипящий голос, в котором отчетливо слышались насмешливые интонации. И звучал он прямо у меня в голове. — Вот только подношения в виде жалкой пары капель твоей крови, упавших на мой алтарь вместе с полулитром краски из лепестков алых орхидей, как-то маловато будет. За возвращение былой мощи надо бы доплатить.
— А нафига? — Произнес я и только потом понял, что кляпа больше нет. Но вот когда, как и куда он делся — загадка. Ладно, раз так, то поговорим. Тем более, кто бы не остановил время, но сдается мне, он куда более расположен к диалогу, чем недодраконы или их прислужники. Доказательством служит отсутствующая во рту тряпка. А также сия персона обладает немалым могуществом. Как минимум — от алтаря отвязать может. — Простите мою грубость, но какой в этом смысл? Помереть на алтаре парой минут или часов позже я прекрасно могу и в чуть побитом состоянии. Чего-то сомневаюсь, что хорошее здоровье и отличный жизненный тонус помогут слезть с этой подозрительной каменюки и покинуть сию теплую компанию, по дружелюбности сопоставимую разве только с племенем голодных каннибалов.
— Из любой ситуации при желании можно найти выход, — окружающий мир потихоньку начал приходить в норму. В него стали возвращаться звуки, пусть даже сильно искаженные, а капли крови вороненка медленно-медленно поплыли к полу. — К примеру, если ты поклянешься служить мне в обмен на спасение и обретение прежних сил, то обретешь желаемое…А после сразу же получишь работу далеко-далеко от того алтаря, на котором лежишь, и я тебя даже до нужного места подкину.
— Щедрое предложение, но тут подумать надо, — Нервно хмыкнул я, пытаясь свободной ногой освободить вторую…Вот только не получалось. Да и до пут на руках в любом случае дотянуться ступнями шансов не было, тут справился бы разве только цирковой атлет. — Все-таки раньше душу продать мне никто не предлагал. А она ведь есть, если верить этим переругивающимся недодраконам. И моя заметно выделяется на фоне других, ведь в прошлой жизни я был Убившим Небо…Не уверен, правда, чего тогда в действительности натворил, но кличка внушает.
— Что ж, думай, минуты две у тебя есть, ведь через сто двадцать три секунды субъективного времени молитва, читаемая нараспев слугами дракидов, наконец-то подойдет к тому месту, куда обычно вставляют имя божественной сущности, которую собственно и молят о помощи. И будь уверен, там будет не мое. — Последовал ответ неведомой сущности в то время когда мир все больше и больше продолжал ускоряться, возвращаясь в нормальное состояние. И, кажется, самый главный нелюдь уже понял, что происходит чего-то не то. Во всяком случае, он уже уставился в мою сторону и раззявил свою зубастую пасть. — А остальным хозяевам этого храма кто-то вроде тебя нужен не настолько сильно, чтобы ссориться с ящерами и портить свою репутацию. И, кстати, именно продавать душу мне не обязательно. Давай, ты просто сдашь её в аренду?
Глава 15
— Дракиды, — покатал я на языке название старших братьев дрейков, вызывающее в памяти какие-то смутные ассоциации. Казалось, будто раньше откуда-то знал это слово, но потом забыл. Впрочем, если верить своему сну, то понятно, откуда. Из прошлой жизни, когда меня называли Убивший Небо. Видимо, заслужено, раз завел себе таких врагов, которые смоги отыскать обидчика даже после перерождения. И некоторых из них я даже сейчас не люблю, очень-очень сильно не люблю. Жаль только не могу сказать, чем конкретно отличался монстр, сжимавший в лапе кинжал с тремя лезвиями, от своего ученика, выследившего меня и захватившего в плен. Ну не в размерах же дело! — Недодраконы…Неполноценные драконы…
— Да, кажется именно так это слово и должно расшифровываться, вернее переводиться с древнего языка властителей неба. — В полуметре от меня обнаружилась крылатая представительница расы разумных ящеров, полирующая свои когти при помощи куска какой-то ветоши. Даже чешуйчатые женщины остаются женщинами, и никакая война этого не изменит. — Судя по твоему бормотанию и малость перекошенному лицу, насланная мною целительная спячка тебе все же помогла?
— Частично, — я со вздохом поднялся с кровати, сделанной из обугленного тряпья. В пустом животе заурчало и наполнить его могло оказаться проблемой, ведь захваченный у бандитов провиант закончился еще вчера, а к побережью и полевым кухням ящеров попробуй еще пробейся. Вдобавок, там для меня может оказаться столь же опасно, как и на верхних этажах Башни. Пусть Жиддо не узнала в своем случайном знакомом Убившего Небо, но определенно существуют её сородичи, которые способны на данный подвиг. Остается всего один вопрос: «В прошлой жизни проклял всего лишь нацию лидером которой является Владыка Огня или все же несколько рас: дрейков, дракидов и драконов?». — Я кое-чего вспомнил, однако и дыр в событиях последних лет осталось более чем достаточно. Если ты не против, повторим сеанс лечебной терапии ближе к вечеру?
— Можно, — качнула правым крылом женщина-дрейк в жесте, который свидетельствовал о её нежелании заниматься предложенным делом, но готовности идти на уступки. Недостаточную мимику лиц ящеры компенсировали многочисленными жестами, которые теперь мне было интерпретировать в разы легче, чем раньше. Подспудно даже ожидал появления системного сообщения с извещением о том, что мне подтверждают понимание невербальных способов коммуникации данной расы, но видимо сей рукотворный закон мироздания не пожелал работать по столь незначительному поводу. — Но боюсь, в этом не будет особого смысла. То, что целительной спячке не удалось исправить или привести к почти абсолютной норме, требует других методов лечения. А я скорее полевой медик, чем целительница душ. Свежую рану залатать могу, удержать умирающего тоже, ну и в лоб зарядить вражескому солдату…