Мне больно от твоей любви (СИ)

- Бери. Не знал, что ты куришь. – И бросаю ему зажигалку, и он на лету ее ловит.
- Я и не курю. – Затягивается Марк. - Так иногда могу побаловаться, когда нервишки шалят.
-  Ты как вообще оказался в гостях у ее бабушки? Понимаю, если бы была матерью твоей мачехи, но она же вроде по отцовской линии.  С чего вдруг ты примчался к Юльке?
У Марка вырывается фыркающий смешок.
- Выруби ревность, Грачевский. Тебя не касаются наши семейные дела. Как и наши отношения со сводной сестрой. – Марк втягивает в себя дым.
Сверлю его злым взглядом. Внутри зарождается что-то темное, сжимаю кулаки, чтобы удержать в себе гнев. Марк следит за мной с противненькой улыбочкой на лице. Словно я его персональный шут.
 - Да расслабься, Грач! Меня Юлькин старший братишка попросил за ней приехать. Хотя какого хрена я вообще перед тобой отчитываюсь! – Подскакивает на ноги, делает навстречу пару шагов, бодаясь со мной взглядами. -  Я ее брат! А ты ей кто? Парень? – Нет! Разве ты имеешь на какие-то права на Юлю? Чтобы закатывать мне здесь сцены ревности. Ты всего лишь тот, кто сначала поцеловал мою сестренку, а потом передал по наследству своему младшему братишке? Тот, кто ей прохода в школе не давал и регулярно доводил до слез! Что ты на меня так смотришь, друг? Да Юлька все мне рассказала. И что ты теперь бычишься и сжимаешь кулаки? Это я тебе в морду должен был дать за нее. И поверь, я бы это сделал, если бы узнал все раньше! – Подходит к бару и берет оттуда бутылочку вискаря и разливает по стаканам.   Протягивает мне один. – Ответь мне честно, Грач. Ты реально любишь?
Опустошаю свой стакан, одним глотком.
- Люблю.
- Тогда хочу, чтобы ты знал. Будь моя воля, я бы и в радиусе километра тебя бы к ней не подпустил. Но решать не мне.   И если так получится, то я не против того, чтобы вы встречались.
Из меня вылетает нервный смешок.
- И чего это вдруг ты поменял свое мнение?
- С того, что это Юлина личная жизнь.  И я не в праве туда вмешиваться! И нравится тебе это или нет, я все равно всегда буду с ней рядом. Как друг или как старший брат. В конце концов, мы живем под одной крышей. Давай договоримся лучше сразу - больше ты мне сцен ревности не устраиваешь, а уж ей тем более. Я не стану лезть в ваши отношения, меня они не касаются. Но если ты ее обидишь …
- Что, в морду дашь?
- Дам, и не раз.
- Обещаю, даже не сопротивляется.  – Ухмыляюсь я, и Кит тоже приподнимает уголок губ.
- Ладно, вали спать. - Марк заваливается на кровать.
«Не понял»
- 215
- Что, 215?
- Не тупи, Грач. Номер наш, 215.
«Неожиданно»
- Но предупреждаю, если ты будешь к ней приставать. То оторву яйца.
- Тогда зачем ты меня к ней пускаешь?
- Я думаю вам давно уже пора поговорить. А там вам никто не помешает.
Не могу сдержать улыбку.
- Можешь спать спокойно, друг. – Я выделяю последнее слово. - Потому как яйца мне еще пригодятся.  – Он швыряет в меня подушку, но я ловко укорачиваюсь, позволяя ей оказаться на полу.
Аккуратно открываю дверь номера, стараясь не разбудить Юлю. Осматриваюсь по сторонам и когда вижу на диване мятую подушку и плед, облегчённо выдыхаю. Должно быть Кит спал там.
Подхожу к кровати и потихонечку опускаюсь рядом со своей девочкой. Грудь переполняет необъяснимая нежность. Любуюсь ей, и мое лицо вот-вот кажется, треснет от улыбки.  Спустя минут пять не выдерживаю и нежно касаюсь ее щеки. Юля вздрагивает, открывает глаза и подскакивает, опираясь на локоть. Смотрит на меня ошарашенно, даже трясет головой, пытаясь пробудиться от сна.
- Глеб? – Не уверенно произносит она, хлопая ресницами.
- С добрым утром, моя ведьмочка.
Она соскальзывает с кровати и в миг оказывается на ногах, пятясь спиной в сторону окна. Пристально смотрит на меня. В ее глазах то ли паника, то ли страх, то ли злость.
«Но, с чего вдруг?»
- А ты как здесь вообще?
- Исполняю роль супермена. Раз уж вы попали в беду.
- Ты один? А где Марк? – Она оглядывается по сторонам. Бросая взгляд в сторону дивана.
- Один. Твой братец дрыхнет в соседнем номере.
 
- Ясно.  Она переминается с ноги на ногу. Словно не зная куда себя деть.
Я перекатываюсь по кровати, рывком подскакиваю на ноги и оказываюсь рядом с ней.
- Иди ко мне. Я соскучился. – Притягиваю к себе и впиваюсь в губы. Юля упирается ладонями в мою грудь, пытаясь оттолкнуть. И это мне совсем не нравится. Стоит ее отпустить, как мою щеку обжигает ее ладонь.
«Да что я сделал не так? Матвеева что-то ей наплела? Или то, что произошло в новогоднюю ночь, было всего лишь спонтанным порывом?»
- Могу я хотя бы узнать? За что?
- Ты еще спрашиваешь, Грачевский? – С вызовом смотрит она.
- И все-таки? Может, объяснишь, чтобы понял.
- Это за то, что вы с Кириллом делили меня, словно куклу. Да как вообще посмели все решать за меня? Вы просто два эгоистичных козла! Запомните, я не ваша игрушка. Я живой человек! И это вам я никогда не прощу.  Кто вам вообще дал право играть со мной в ваши дурацкие игры?
- Всё сказала?
Моя ведьмочка в бешенстве. Еще никогда не видел Юлю в таком состоянии. Вся раскраснелась, пыхтит от злости, того и гляди пар из ушей пойдет. И все же меня забавляет ее ярость. Закусываю губу, чтобы не рассмеяться, но вот глаза, похоже, меня выдают.
- Ты чего радуешься, Грачевский? Тебе смешно? – Она разворачивается в попытке уйти, но я ловлю девчонку и крепко обнимаю со спины, скрещивая свои руки на ее груди.
- Пусти! – Она брыкается, пытаясь освободится.
- Неа.
- Отпусти меня, Грачевский.
- Нет. Запомни, Юлька, раз и навсегда: я больше никогда тебя не отпущу.
Зарываюсь носом в волосах и втягиваю в себя ее аромат. Одуреть можно, как она пахнет. Ни одни духи мира не сравнятся с запахом Юли. Наклоняюсь и влажно целую ее в шею. Я не могу поверить в то, что ведьмочка рядом со мной, в то, что могу к ней прикасаться.  Ее дыхание становится прерывистым. Юля больше не сопротивляется.
- Отпусти меня, Глеб. – Ее голос низкий. И я дурею от этого. Как же сильно я ее хочу, так что в брюках становится нереально тесно.
- Я же сказал, что нет.
- Ты пьян?
- Только если от тебя, моя ведьмочка. Ты и есть мой дурман.
- Знаешь, это неприятно - чувствовать себя безвольной вещью. «Да, мля…» –  Разжимаю руки, высвобождая ее из своих объятий. Юля отходит на пару шагов, но не оборачивается. - Вы с Кириллом решили все за меня. – Ее голос срывается, и она всхлипывает. – И ни один из вас даже ни спросил, чего хочу я.
Внутри меня все вскипает.
«Можно, подумать, я силой заставил ее встречаться с моим братом! Да, возможно, я подтолкнул ее к Кириллу. Но уж точно не принуждал. Это был ее выбор»
Юля опускается на кровать, а отворачиваюсь к окну. Пытаясь взять свои эмоции под контроль. Чтобы не наговорить ничего лишнего и окончательно не оттолкнуть ее.
- Хорошо, Юль. Я сейчас тебя спрашиваю. Точнее, я задам этот вопрос всего лишь один раз. И прежде чем ответить хорошо подумай, потому что больше мы к этому разговору уже не вернемся. Никогда. Поэтому ответь честно. И мне и себе. Ты хочешь быть со мной?
Она отодвигается на другой край кровати, опускает глаза в пол и молчит. Я терпеливо жду пару минут, но ответа так и нет. Огибаю кровать, становясь перед ней на колени, и заглядываю в зеленые глаза, в которых вижу застывшие слезы.
- Ну? Ты же хотела, чтобы я спросил. Так я задал вопрос и теперь жду твоего ответа.
- Не знаю. – Машет она головой, а по щеке скатывается слеза.
- Нет, Юль, так не пойдет. Либо да, либо нет.
- Не дави на меня, Глеб! После того, что было, как я могу тебе доверять?
Беру ее руки в свои и прижимаюсь губами к холодным пальчикам.
- Я знаю, моя хорошая, что виноват перед тобой. Знаю, что не раз делал тебе больно. Что вел себя как редкостная скотина. Прости меня. Юлечка, девочка моя. Понимаю, что не заслужил. Но прошу, дай мне шанс. Обещаю, что больше никогда тебя не обижу. И я действительно хочу, чтобы ты стала моей девушкой.