Мне больно от твоей любви (СИ)

- Что случилось, Юлька? – Он испуганно смотрит на меня. - Я тебе сделал больно? Я обидел тебя? – Вопросы один за другим сыплется на меня, а ком в горле не дает ответить ни на один из них. Кир так напуган моим состоянием, что во всем винит себя. – Это я виноват. Прости. Я не должен был делать этого. Не должен был заходить так далеко.  «Боже Кир, да причем здесь ты? Это я дрянь! Дрянь, которая только что использовала тебя, чтобы забыть о твоем брате! А ты самый лучший человек на этой земле» - хочется мне кричать ему, но я не произношу ни слова. Я словно онемела. Мне становиться жаль этого парня, который пятится от меня в растерянности, и я отрицательно мотаю головой, ни в силах произнести ни слова.
- Ты здесь не причем… – пытаюсь сказать я, но получается сделать это даже тише шёпота. Я прочищаю свое горло. Кхм-кх. Наконец обретая голос. – Кирилл, ты не в чем невиноват. Это я! Я не должна была тебя целовать. Ты меня потом возненавидишь, а я не хочу… Кир осторожно подходит ко мне, беря ладони мое лицо, вытирая своими большими пальцами слезы, которые скатываются с уголков моих глаз.  Кир немного отклоняет мою голову назад, поднимая мой взгляд навстречу своему. Смотрит несколько секунд и начинает улыбаться так ярко, как это умеет делать только он.
- Глупая… За что я должен тебя возненавидеть? За то, что несколькими минутами ранее чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Поверь, Юлька, даже если этого никогда больше не повториться, и даже если нам не суждено быть вместе, это мгновение навсегда останется как самое счастливое воспоминание за мою жизнь. Потому что первый поцелуй, как и первую любовь, невозможно забыть. И ты навсегда останешься в моей жизни и тем и другим. – Он улыбается, а мне хочется рыдать с еще большей силой, потому что он прав. «Первый поцелуй забыть нельзя! Как и первую любовь, наверное» И я стала первым поцелуем и первой любовью Кирилла. А в моей жизни таким человеком стал его старший брат, которому на меня плевать. «И разве это справедливо? Ирония судьбы, никак иначе! Судьба, за что ты так с нами играешь? Тебе скучно?». Чувство вины давит на меня.
- Потому что ты меня любишь, а я… «Тебя использовала» - Мысленно проговариваю эту фразу до конца, но не могу произнести ее в слух. Я не хочу сделать ему больно, но все равно делаю. Кирилл договаривает за меня, и его ответ тоже верный, пусть не такой жестокий как первый вариант, наверное. Хотя не знаю.
- А ты не можешь ответить мне взаимностью. – Мне не нужно что-то отвечать, потому что это не вопрос, а утверждение. С его лица сходит улыбка, а в его глазах я вижу боль.
- Кир, прости. Прости меня, пожалуйста. Я не хочу делать тебе больно. – Я всхлипываю. - Но все равно это делаю, пусть и не намеренно.
- Скажи мне, Юль, это ведь все из-за него, да? – Кирилл не произносит имя, но мы оба знаем о ком он говорит. – Не могу произнести ответ в слух или хотя бы кивнуть, потому что мое лицо удерживают его ладони, поэтому я просто закрываю глаза.
 Кир отшатывается от меня так резко, словно его ударило током. Зарывается руками в своих длинных волнистых волосах, которые были сейчас распущены, я стянула с них резинку во время нашего безумия. Он тянет за них, намеренно причиняя себе боль, сжимая руки в кулаки. Из его груди вырывается звук, напоминающий негромкий рык. Кирилл оставляет в покое свои волосы и смотрит на меня.
- Но ты же ему не нужна! Не ужели ты это не понимаешь? Точнее нужна, но, как и любая другая девчонка, до тех пор, пока он не получит свое.  А мне ты нужна! – Вновь подходит ко мне, беря в ладони мое лицо. – Не ужели я такой урод, что тебе ничуточки не нравлюсь? «Нет не урод. Очень даже симпатичный парень»
- Кир, ты с ума сошел? Как ты смеешь так говорить о себе? Ты красивый, умный, добрый. Ты самый лучший человек из тех, кого я знаю. И ты мне нравишься, и если бы мы встретились раньше, то возможно, у нас могло что-то получиться, но…
- Глеба ты встретила раньше, и запала на него. – Я киваю. – То есть, если бы его не было, то у меня бы были все шансы? – Я вновь киваю. – Тогда дай этот шанс мне сейчас. – Я смотрю на него и не совсем понимаю. – Точнее, дай его нам обоим. Дай нам год. Давай попробуем, а? Всего один год. – Он произносит по последние предложение, проговаривая каждое слово. - Мы попробуем повстречаться. Это отличная возможность тебе забыть о Глебе и попробовать полюбить меня. Если за этот год у нас ничего не выйдет и ты меня не полюбишь, то мы просто расстанемся. Обещаю, Юлька, я не буду к тебе приставать, ведь заниматься любовью нужно только с любимым человеком. Правда? Если нас с тобой ничего не выйдет, так хотя бы этому мудаку докажешь, что на нем свет клином не сошелся.  Ну, пожалуйста, соглашайся. – В его глазах столько надежды. «Кирилл прав, ты не чего не потеряешь если у вас ничего не выйдет, вы просто расстанетесь - шепчет мне мой внутренний гуру-  Но ведь я могу потерять самого Кира и его дружбу – вмешивается подсознание. -  Не попробуешь - не узнаешь, к тому же это отличный способ забыть о его брате».
 
- Я согласна. Давай попробуем. – Кир улыбается, быстро целует мои губы и заключает в свои объятья. Такие теплые, такие крепкие и такие исцеляющие. Мне словно становится легче дышать. Он - мое лекарство. Кто знает, может это и есть нужная вакцина, способная выгнать из моей крови вирус под названием Глеб Грачевский.
Мы еще долго не спускаемся к остальным. Я умываюсь в ванной комнате, дверь в которую ведет прямо из спальни, в где мы находимся. Одевшись, мы долго лежим в обнимку на кровати. Моя голова лежит на его плече, и он перебирает мои распущенные волосы, слегка поглаживая по голове. Я так вымотана от скачков разных эмоций, что засыпаю в объятьях теперь уже своего парня.
Я не знаю, сколько мы так спим. Просыпаемся от того, что в дверь стучит Наташка. Которая сообщает нам, что нам выделили спальные места в гостевом домике и что нужно переместиться туда. Уходим мы туда не с пустыми руками, а прихватив с собой пару бутылок красного вина.
  Мы почти до рассвета сидим своей привычной компанией: Крис, Захар, Наташка и мы с Кириллом расположившись прямо на полу, где лежал большой и теплый ковер шириной почти на весь гостевой домик. Сам домик был небольшим и не делился на комнаты. Мебели в нем было минимум две большие кровати, диван, журнальный столик и телевизор, который был закреплен на стене прямо на стене, и на нем мы включили музыкальный канал. Зато в домике имелась своя ванная комната, пускай и с совмещённым санузлом.
 Разуметься, я и Кир объявили своим друзьям о том, что теперь мы пара. Как оказалось, встречаться в этот день стали не мы одни, а еще Наташка с Захаром. Именно поэтому они стащили вино из запасов Сережи, хотели это отметить. А мы им, видите ли испортили сюрприз, опередив новостью.  - В шутку ворчал Трофимов. А Крис заявила, что теперь мы просто обязаны найти парня. Ведь несправедливо что она без пары.
- Зачем тебе парень? у тебя же есть жених! – Смеялась Наташка
- Какой еще жених? – Недоумевала Крис. Мы, переглянувшись и дав друг другу знак, в один голос дружно произнесли.
-   Мартынов! - И так же дружно грохнули от смеха. Потому что это была наша любимая тема для подтрунивания над Крис.
Кристина ворчала на нас, обзывала дураками, хоть и делала это с улыбкой на лице, а мы все дружно продолжали подшучивать над ней.
 В какой-то момент Наташка начала подпевать песню, клип которой крутился на музыкальном канале. После к ней присоединилась и я, а затем и все остальные -  это была песня «Юность» группы Добро.
 Сначала мы пели тихо, потом все громче и громче. В итоге мы и вовсе подскочили на ноги, стали танцевать, обнимая друг друга и крича во все горло, припев песни:
«…- Звук поставим на всю. И соседи не спят
Кто под нами внизу, вы простите меня
А потом о любви говорить до утра
Это юность моя, это юность моя …»!
И все это было так символично. Мы и в правду были тогда совсем еще юные. У каждого из нас были тогда свои подростковые проблемы, свои протесты, своя первая любовь.