Мне больно от твоей любви (СИ)
- Смелее, я не кусаюсь.
- А вдруг? - Она лукаво улыбается и все-таки влаживает свою руку в мою ладонь.
Мы идем молча, чувствуя некую неловкость и не кто не решается начать разговор. Но я должен признаться, что мне нравиться идти с ней вот так вдоль набережной, ощущать свежесть от холодной реки и держать в своей руке ее тонкие и изящные пальчики.
На улице уже вечер. Солнце почти скрылось за горизонт. Темнеет довольно быстро, потому что в небе скопились грозовые тучи, и воздухе уже даже пахнет озоном. Только бы успеть добраться до «Серебренной башни» до того, как начнется дождь. Может, все-таки стоило вызвать такси?
- Ну и как тебе наш город? - Я первым нарушаю наше неловкое молчание.
- Если честно, то мне очень нравиться. Здесь очень красиво. Особенно на набережной. Я почти каждый день здесь гуляю, с тех пор, как переехала сюда.
- Я тоже очень люблю это место. А еще безумно красиво на «Собке Влюбленных», особенно ночью. Там есть отличная смотровая площадка с видом на город. Ты уже была там?
- Нет. - Она качает головой - А почему называется «Собка Влюблённых»?
- Я точно не знаю, почему так называется то место. Возможно потому что во время свадеб там принято вещать замочки, а ключи от них бросать в низ с той самой собки. Но это лишь мое предположение. А вообще, если захочешь, то как-нибудь, я могу отвести тебя туда и ты своими глазами все увидишь. – Она улыбается, и я не могу не ответить улыбкой ей в ответ.
Мне безумно не хочется расставаться с этой зеленоглазой девчонкой. Поэтому я иду на хитрость и, ссылаясь на боль в ноге, предлагаю немного передохнуть. Она вовсе не против. Мы сидим с ней на скамейке больше часа и просто общаемся. Я ей рассказываю немного о себе, о том, как стал заниматься кикбоксингом, о том, как отец привел меня в музыкальную школу. Одна мне рассказывает о городе, в котором раньше жила, (название которого я не слышал до сегодняшнего дня), о том, что ее родной отец погиб и что ее мама долгое время жила за границей, и только сейчас они вновь стали жить вместе. О том, что в музыке предпочитает тяжелый рок, хотя сама учиться в музыкальной школе по классу фортепиано, и что из фильмов предпочитает ужасы и триллеры. Но при всем при этом она любит читать романы авторов Шарлотты Бронте или Джейн Остен.
- Значит, ты предпочитаешь классические романы?
- В основном да. Но я так же читаю и романы современных авторов. А еще иногда не откажусь от фэнтазии. Все-таки моя любимая книга с детства — это Гарри Поттер.
- А о чем ты мечтаешь?
- Наверное, сделать себе татуировку, – улыбается она - ну или поцеловаться под дождем. Как-то раз вычитала в одной книге, и мне показалось это дико романтичным. И тогда я загадала, что обязательно, когда ни будь, это сделаю. – Она смеяться, пряча за смехом свое смущение и не поднимая на меня своего взгляда. - Наверняка жалеет, что сболтнула лишнего. - А что значит твое тату Глеб?
- Моя фамилия Грачевский. Меня с детства называют Грач, а грач – эта птица из представителей вороновых. Поэтому я и выбрал для своего тату именно ворона. А еще именно этот рисунок был логотипом группы, в которой играл мой отец – «Черный ворон» может, слышала?
- Твой отец и правда играл в этой группе?
- Он не просто играл, он был ее фронтменом.
- Круто! Мой брат поклонник этой группы. Только жаль, что они распались. А у тебя есть еще татуировки или это единственный рисунок?
- Пока больше нет. Но это пока.
- А пирсинг больно делать? Давно они у тебя?
-Делать нет, не больно. Проколы я сделал чуть больше года назад на спор, а потом как-то жалко стало их убирать. Мой друг Тёмыч тогда встречался с девчонкой. Она мастер по пирсингу и тату. У нее даже есть свой салон. Как-то раз мы продули ей в карты, поэтому у меня появились пирсы, а у Серого тату. Кстати, мое тату тоже била она, но уже чуть позже.
- А как же ты выступаешь на соревнованиях? Разве это не опасно, учитывая, каким видом спорта ты занимаешься.
- Обычно я снимаю их перед соревнованиями или перед спаррингами. – Наш разговор прерывает телефонный звонок. Юля в спешке ищет свой телефон в рюкзаке и отвечает на звонок. Как я понимаю из разговора, звонит ее мама «Да: мамочка, конечно, я уже иду домой. Кто приехал? Да, конечно, скоро буду». - Она сбрасывает вызов.
- Извини, мне пора.
- Что, потеряли дома?
- Ага, обычно мама не запрещает мне гулять в это время. Просто приехали мои сводные братья и намечается семейный ужин. – Она еще не успевает договорить, как на нас с неба посыпались холодные, капли осеннего дождя. Постепенно увеличивая свою скорость. Мы встаем с скамейки, и я замечаю, как ее передергивает от порыва ветра. «Вот я идиот». И как я раньше не заметил, что она в одном тоненьком платье, в то время как сам я в кожаной куртке. Останавливаю Юлю, которая уже развернулась в попытке сделать шаг, ловя ее за запястье, и разворачиваю к себе.
- Постой. – Я снимаю с себя свою кожанку и накидываю на нее, подойдя в плотную, удерживая куртку так, чтобы Юля просунула руки в рукава. И она молча это делает, а затем поднимает на меня свои зеленые глаза, цепляясь за взгляд моих серых глаз. Мы не говорим ни слова, просто смотрим друг на друга. Готов поспорить, что мы оба чувствуем это притяжение между нами. Я слышу ее участившиеся дыхание и сам начинаю с дрожью втягивать воздух в свои легкие. Капли падают на ее красивое лицо, стекая по щекам, по подбородку, по шее, но она не опускает голову и не разрывает наш с ней зрительный контакт. Крупная капля скатывается по ее чувственным губам, и она проводит по ним кончиком своего языка. Такой невинный и в то же время такой до невозможности сексуальный жест, что у меня напрочь сносит крышу. «К черту все». Я притягиваю девчонку к себе за ворот куртки и впиваюсь в губы. Я целую, сначала нежно, наблюдая за ее реакцией, затем, когда она неловко отвечает мне на поцелуй, то увеличиваю свой напор, вкладывая в него все свое желание и страсть, что чувствую к этой девчонке. Одну руку кладу на ее поясницу, прижимая к себе, максимально сокращая расстояние между нами, а вторую перемещаю на затылок, зарываясь в мягких волосах, и поглаживаю пальцами нежную кожу на шее. Еще ни с одной девчонкой при поцелуе я не испытывал того урагана чувств, что бушевали сейчас в моем теле, окутывая меня жаром. Только с ней. Только она способна заставить мое сердце биться о ребра с такой силой, что захватывает дух, словно ты мчишься по самым крутым американским горкам. Только ее ладонь, что с такой неуверенностью легла на мое плечо, способна разогнать по венам мою горячую кровь, обжигая меня изнутри. И даже ледяные капли дождя, что пропитали насквозь мою одежду, неспособны остудить мой внутренний жар.
Юля.
Я не верю, что это все происходит со мной. Я даже не могла себе представить, что мой первый поцелуй будет таким сумасшедшим, страстным и в то же время нежным, напрочь выбивающим почву из-под моих ног. Все происходит даже куда лучше, чем я себе это когда-либо представляла. Потому что мой первый поцелуй дарит тот, кто до безумия мне нравиться.
Мы словно потеряли счет времени, наслаждаясь друг другом. Я не могу точно сказать, сколько проходит времени, может минута, может десять, а может и час, потому что для меня время словно остановилось. Мы прерываем поцелуй практически одновременно, потому что нам обоим нужен хотя бы глоток воздуха, который так несправедливо быстро заканчивается в наших легких. Даже прервав поцелуй, Глеб не позволяет мне отстраниться от него хотя бы на сантиметр, продолжая удерживать меня в своих крепких руках. Мы оба тяжело дышим, жадно хватая воздух. Между тяжелыми и прерывистыми вздохами Глеб целует сначала уголок моих губ, ведет носом по моей щеке, целует мои скулы, и я непроизвольно отклоняю голову, открывая доступ к своей шее от чего Глеб издает тихий и резкий смешок, обжигая горячим дыханием мою кожу, начиная целовать уже ее, постепенно подбираясь к моему уху.
- Ну вот, теперь осталось только набить тату. – Я его не вижу, но кожей чувствую, что он улыбается. И я тоже начинаю это делать. Потому что в этот момент я чувствую себя счастливой. И даже не смотря на дождливую погоду внутри меня разливается тепло.