Дыши со мной (СИ)
— Омлет номер два? — с любопытством произнесла Слава, оказавшись за спиной в тот момент, когда яичная смесь пенным ручьём сливалась из миски в сковороду. — Выглядит божественно.
— Так и знал, что оценишь, — усмехнулся Юрий и, выставив среднюю интенсивность конфорки, закрыл своё произведение кулинарного искусства крышкой. — Чувствуешь себя человеком?
Он повернулся и с удовольствием отметил, что Слава воспользовалась его банным халатом, который был ей сильно велик, а потому волочился подолом по полу.
— О, да. Это волшебство, — блаженная улыбка растеклась по губам девушки.
— Надо плечо гелем намазать. Погоди, помогу, — мужчина вымыл руки и достал из ящика стола тюбик.
— Я и сама могу.
— Не сомневаюсь, но сиделка пока ещё я. Поэтому поворачивайся спиной ко мне и показывай плечико. Давай-давай, не тяни. Пока кожа распарена, самое то.
Вздохнув, Слава исполнила просьбу-приказ и повернулась к Юре спиной. Оголив плечо, она чуть не замурлыкала, как соседская кошка. Мягкие руки нежно наносили гель на кожу, втирали, ласкали.
— Доктор, ты волшебник, — растягивая губы в блаженной улыбке, произнесла девушка. Плечо согревалось, а тепло расползалось по телу невидимой паутинкой. — Начинаю завидовать твоим подружкам.
— Это эксклюзивное предложение, — шепнул он ей в ухо и услышал тихий смех. — Я готовлю завтрак и оказываю услуги сиделки в исключительных случаях.
— Только замужним женщинам, которые именуются любовницами?
— Именно, — ответил он и натянул ей халат на плечо. Сказка кончилась. — Садись завтракать.
— Спасибо, доктор. Прости, — Слава повернулась к нему лицом. — Я не нарочно.
— Я знаю. Садись. Нам скоро выходить.
Юрий снова стал холодным, недоступным, чем приводил девушку в замешательство. Она сердцем чуяла, он что-то скрывает, избегая её взгляда. Завтрак пролетел в молчании. Перед самым выходом Слава неожиданно привалилась к двери, всем своим видом заставляя обратить на себя внимание.
— Мы опоздаем, — предупредил Юрий, смирившись с неизбежностью. Он посмотрел в её янтарные глаза и уловил в них вопрос. — Что?
— О чём ты молчишь?
— Какая разница?
— Большая. С некоторых пор меня пугают скрытные мужчины, — прямо ответила Слава.
— Я молчу о тебе. Достаточно? Молчу о том, чего хочу. Молчу о том, что ненавижу твоего мужа. Молчу о том, что каждую минуту желаю тебя, — с какой-то злостью произнёс мужчина сквозь зубы и обхватил ладонями её лицо, убрав с него непослушные прядки волос. — Я превращаюсь в маньяка, одержимого женщиной.
— Это не секрет. Ты молчишь ещё о чём-то. Лучше скажи сейчас.
— Нет. Ты не захочешь это услышать. Во всяком случае, не от меня.
— Ты дозвонился Жилину, и он узнал мой секрет? — сделала ещё одну попытку вытянуть из Юрия правду Слава.
— Горячо. Очень горячо, — прошептал он, склоняя голову. Их лбы соприкоснулись. — Ты не представляешь, как горячо.
Жаркое дыхание коснулось губ, и Слава растаяла. Мысли покинули голову. Тело предательски вспыхнуло огнём и вмиг ослабело, позволяя мужчине прижать к двери. Слава чувствовала его мощь и желание. Он превратился в монолит, а губы ласкали мягче пёрышка, покрывая лицо и шею поцелуями.
— Останови меня, — чуть хрипло попросил Юрий.
— М-мы опаздываем, — плохо соображая, ответила Слава. К своему удивлению, она вдруг осознала, что обнимает его за талию, гладит ладонью напрягшуюся спину и не собирается никуда отпускать.
— Да, пора, — выдохнул он ей в губы, оставляя последний чувственный поцелуй.
Сейчас мужчина отдал бы всё на свете, лишь бы оказаться со Славой на необитаемом острове, где нет ни работы, ни обязательств, ни чужих мужей, по которым жёны сходят с ума, даже по мёртвым.
Глава 11. Ощущения
Погода испортилась. Как ярко и жарко светило солнце вчера, а сегодня наползли тучи, да такие тяжёлые, что, казалось, вот-вот опустятся на плечи. Кладбище вообще погрузилось во мрак из-за высоких вековых деревьев. Они закрывали небо плотным куполом. Всю дорогу от дома Слава не могла решить, как быть: то ли позвать Юрия с собой, то ли попросить подождать на парковке у церковной ограды. Ошеломительный поцелуй возле двери сбивал с толку. Соскучившаяся по мужской ласке девушка находилась в шоке от того, с какой страстью откликнулась на соблазнительное внимание. Мозг работал исключительно на чувства, заставляя вспоминать мощь мужского тела, его напористость, жар. Даже боль в мёртвой петле уступала по силе ощущениям от страстных прикосновений. Влечение получилось взаимным на физическом уровне. Странная химия человеческих взаимоотношений не поддавалась логике. Поездка на могилу мужа должна была бы охладить пыл, но ничего подобного. Славу как подменили.
«Воздержание меня погубило. Мне нужен Юрий. Пусть не насовсем, насколько повезёт, — признала она, усилием воли заставляя взгляд не отрываться от лобового стекла. Иногда контроль терялся, и девушка со стыдом ловила себя на мысли, что смотрит на руку, лежащую на рычаге передач, и почти реально ощущает, как она ласкает её. Спасала больная шея, не дававшая повернуть голову. — Надо что-то делать. Я еду на могилу Егора, а думаю о другом мужчине».
— Я провожу тебя. Не возражаешь? — спросил Юрий, припарковав машину. Ему тяжело давался ровный голос без эмоций. Маскировать чужую тайну, в то время, когда хочется кричать в полный голос, его не устраивало, но он дал слово. Потому что дело касалось безопасности Славы. Именно поэтому ему требовалось пойти с ней на кладбище и не отпускать от себя ни на шаг.
— Они точно тонированные? — вопросом на вопрос ответила девушка и завела в тупик. Она легонько постучала пальцами по стеклу.
— Да, — растерялся хозяин машины. Конечно, он нарушал нормы, но всё же затянул плёнкой все стёкла, включая лобовое. Пока дело ограничивалось штрафами. Пару раз он снимал её по требованию сотрудника ГИБДД, но потом вновь отправлялся к знакомым мастерам, платил деньги и восстанавливал тонировку.
— Отлично. Помоги мне. Заело замок ремня. Не могу отстегнуть, — быстро выдала Слава. Если бы не окостеневшая шея, она бы сама развернула к себе долго соображающего мужчину.
— Всё нормально же было, — нахмурился Юрий и, освободившись от своего ремня, повернулся к девушке. Это стало фатальной ошибкой, потому что она поймала его правой рукой и притянула к себе. От неожиданности, он едва не упал ей на грудь, но вовремя ухватился за сиденье. — Зря ты это сделала.
— Нет, — ответила она и облизнула пересохшие губы, заставив их заблестеть.
— Да, — ещё более уверенно ответил мужчина и буквально впился поцелуем в её приоткрытый рот. Невозможность отношений усиливала страсть. Его губы не ведали пощады, но её никто и не просил. Слава откликалась с таким же пламенным энтузиазмом, позволяя мужской руке дать волю. — Нет.
— Да, — возразила она, не позволяя ему отодвинуться.
Их взгляды пересеклись, высекая молнии. И если бы в машину не постучали, то не известно, чем закончилось бы дело. Поправив спортивную толстовку на плечах Славы и проведя рукой по своим волосам, Юрий приспустил боковое стекло. В салон заглянул хозяин ритуальной конторы.
— Приветствую. Влада с вами? А, вижу. Дождь собирается. Может, поторопимся? — спросил он, ничуть не удивившись тому, что девушка приехала с сопровождением.
— Здравствуйте. Да, конечно, — кивнул Юрий и открыл дверь.
На улице и впрямь всё дышало дождём, будто он уже шёл, но не долетал до земли. Слава последовала примеру Юрия и тоже вышла из машины. Прохладный воздух остудил разгорячённое лицо, но щёки всё равно полыхали, как маков цвет. В этот раз проводником стал исполнитель работ, парень в строительной робе. Он поджидал всех у ворот, а когда люди подошли, повёл другим путём, уверенно петляя между могил, чем существенно сократил время. Когда он резко остановился, то Слава не поверила своим глазам, решив, что заблудилась. Пятачок за оградой изменился до неузнаваемости. Вместо креста стоял памятник, землю устилала плитка, на надгробии мрачно чернел шлем, а на гладкой поверхности проступала надпись «Быстрее ветра только смерть». Слава смотрела на портрет мужа и чувствовала, что в глазах защипали слёзы.