Полусвет (СИ)

— Хорошо, — я закашлялась от появившегося откуда-то дыма, — да, давай так.
Все произошло слишком быстро. Дернув меня за талию, Вагнер перевесил меня через плечо и побежал к выходу. Ослепленная болью я не смогла вымолвить и слова.
Он спасал меня.
Снова.
Как и тысячу раз до.
Вцепившись руками в его куртку, я прижалась щекой спине Вагнера, пытаясь посчитать шаги.
На нас валились камни, а между ними мелькали красные языки пламени, но мне внезапно стало очень спокойно.
Он пришел, потому что не мог не прийти. Я постаралась как можно сильнее обнять его надеясь, что он почувствует.
Сейчас было совсем не до разговоров.
Деревянные опоры, покрытые угольной пылью, загорелись, грозясь похоронить все тайны Самсона в шахте вместе с Томом.
Сколько еще должно погибнуть из-за Самсона, прежде, чем разворошат весь его рой?
Мне было не жаль Тома.
Мне было жаль всех тех, кого из-за его глупости не удасться спасти. Сегодня. И каждый раз после.
Организация, что укрывалась от глаз вампиров и людей сотнями лет не была так близко, как сегодня, никогда.
Организация, чье уничтожение вело к долгожданному Миру.
Я чувствовала, что Вагнер это понимал. Поэтому несмотря на боль, он бежал как можно быстрее. И, я не могла быть уверенной, но его руки дрожали.
Когда меня, наконец, поставили на землю, я пошатнулась, пытаясь удержать сознание на поверхности. От пережитого шока я даже не могла улавливать все проиходящее — лишь вырывала какие-то картинки. Мне бы поесть, но истощенный разум предпочел уйти в перезагрузку.
Словно листая ленту социальных сетей, я вырывала моменты.
Вот Вагнер посмотрел мне в глаза и его холодные губы прикоснулись к моему лбу.
Вот ко мне подошли два вампира и, не особо церемонясь, повесили кандалы на мои руки.
Вот кто-то пробормотал:
— Это ради безопасности.
Перед глазами все плыло. Я разглядела четверых сопровождающих нас, но больше никого не видела. Вагнер подошел ко мне, тяжело дыша. 
Вот трупный запах коснулся моих ноздрей.
Вагнеру стало хуже. То ли от перегруза, то ли от длительного напряжения — ему срочно требовалась хорошая порция крови. И, вероятно, хорошая вип палата. Нужно было выяснить до конца, как его лечить.
Вагнер откинул крест в сторону и вытер покрывшийся испариной лоб.
— Уходим, — сказал Вагнер, подтолкнув меня в спину, — быстрее.
Вот достаточно крепкий вампир ухватился за цепь, что тянулась от моих кандалов и быстрым шагом направился к выходу. Я засеменила следом.
Мы были около самого выхода на поверхность, когда за спиной рвануло.
Жуткий грохот обжег слух. Все мы рванули вперед от обгоняющих нас языков пламени.
Взрыв сделал именно то, что мы предполагали.
Превратил шахту в горящую могилу.
А вот Вагнер остановился и посмотрел назад.
И мое сердце, внезапно, решило имитировать инфаркт. Иначе почему еще внутри так все обожгло, объяснения у меня не было.
— Идите вперед, к остальным, — Вагнер закашлялся, — я догоню.
И я замерла, недоуменно глядя на Вагнера.
Кровь с трудом перекатывалась по венам, медленно донося до моего сознания его слова. Смысл сказанного дошел на меня в момент, когда Вагнер решительно шагнул обратно.
Туда, где за грудой сыплющихся с потолка камней, алело пламя.
— Стой!
Я не поняла, почему перешла на крик. Сквозь языки пламени не просматривалось почти ничего. Вампир, держащий меня, дернул за цепь. Я упала на колени. Он явно был не доволен, что я остановилась на полпути.
Или он не хотел на это смотреть.
И тем не менее тяжелые кандалы сейчас беспокоили меня меньше всего.
Вагнер стоял ровно и смотрел на огонь, пожирающий все то, что пряталось в подземелье.
— Да остановите его кто-нибудь! — заверещала я, пытаясь подобрать что-нибудь с земли, — Вагнер!
Он не обернулся. Я поняла, что он слышит лишь по напряженным мышцам спины. Он нашёл решение. Логичное. Единственно правильное.
Он всегда хотел того же, чего и я.
Мира. Жизни для всех.
Крохотный шанс, что видел он.
Сейчас он не мог поступить иначе.
 
Как я не могла бросить других.
Так и он не мог отказаться от шанса на будущее для нас всех.
Он рванул вперед и в следующее мгновение исчез в языках пламени.
— Неееет! — закричала я ощущая поток свежего воздуха и шелест листьев над моей головой. 
И в этот момент раздался второй взрыв. Шахта дрогнула последний раз и обвалилась, хороня заживо всех тех, кто оставался в ней. 
Я моргнула не веря в то, что видела. Натяг цепи пропал — больше не было смысла волочь меня вперед. Вампиры выполнили свой приказ.
Не могли не выполнить. Слишком строгое ждало наказание.
Да и они прекрасно понимали, почему он так сделал.
Он не мог отправить на верную смерть никого из них.
И он не мог упустить шанс спасти их всех от гнета Самсона навсегда.
Вампиры действовали так, как похоже, было обговорено заранее. Но я видела другое.
Их взгляды, полные надежды Они царапали ими друг друга, периодически очень больно врезаясь в меня.
Слабые вечерние солнечные лучи едва касались моей кожи. Не в силах больше стоять, я упала на землю, закрывая лицо руками. Смысл всего произошедшего доходил до меня постепенно, но неминуемо. Я содрогнулась и, засунув в рот кулак, заорала, ощущая как горячие слезы стекали по моим щекам. Я смотрела туда, где еще минуту назад была шахта и на языки пламени к которым, суетясь, уже пребывала первая помощь.
Заверещала сирена, а я все сидела на земле, глядя на завалы.
Этот слишком долгий день подошел к концу.
  
Глава 38
 
Если тебе показалось, что все закончилось, знай — это начало.
На троне Константин ощущал себя вполне уютно. На цокольном этаже совсем низкого, но недавно построенного центра правительства царства вампиров. Что-то вроде администрации. Я как-то видела это здание в новостях, но не придавала этому значения. Не рассчитывала оказаться внутри.
Раскопки на месте шахты шли активно, но исполняющий обязанности Вагнера уже активно нагревал свое место. Это было с одной стороны и неплохо — Вагнер предусмотрел вариант того, что его может не стать.
От этой мысли стало как-то особенно пусто внутри. Я поежилась, пытаясь найти более удобное положение. Без него стало пусто и холодно. Я была в этом зале который день. Физически.
Но моя душа осталась там, у горящих завалов. Я запомнила все,
Номера машин служб спасения, приметы МЧСников. Я отсканировала каждое лицо, что было там. Я законспектировала их приметы у себя в голове и закатала в бетон.
Потому что если они его не найдут — его найду я.
Константин мельком глянул на дальний вход в залу. Он тоже ждал.
Потому что его положение вряд ли можно было назвать завидным. Прошло пять дней, но противники Вагнера уже полезли из всех щелей. Пока сторонники питали последние надежды (а кто-то откровенно оплакивал царя), они восстали.
Нападения на людей. Бунты во всех уголках страны.
В царстве вампиров наступали смутные времена.
— Попей водички, — шепнул мне Роман Леонидович и улыбнулся почти побелевшими от усталости губами, — они нас еще помурыжат. Он протянул бутылку через прутья решетки.
Его голос дрогнул. И я знала почему.
Мировое вампирское и человеческое сообщество волновала угроза, которую никто был не в силах контролировать. Тома так и не нашли, а Лео находился в коме.
Реальные следы Детей Самсона растворились вместе с ними двумя.
Длительные переговоры правительства с народом завершились на одной не очень приятной для меня новости.
На консенсусе, с которым были готовы согласиться и те, кто стоял на стороне Вагнера. Ради сохранения порядка.
Ради мира.
Ради того, за что погиб Вагнер.
Я посмотрела в зал, где среди сотни сидящих лиц была лишь одна пара родных для меня глаз. Баба Клава сидела, до хруста выпрямив спину. Ее цветастый платок был повязан на плечи, а фиолетовые волосы уложены в строгую прическу. Сейчас ее нельзя было даже представить на лавочке, лузгающей семечки. Она ловила каждое слово, которое раздавалось в этом зале.