Полусвет (СИ)

Ну теперь мы точно поговорим.
Почему стало так тихо?
Пока я тут копалась, Мари спокойно могла или свернуть мне шею, или вытащить на улицу и доставить, куда там у них полагается. Понятия не имела, как выглядит вампирская тюрьма и где она находится. Хотя какая к черту тюрьма? У них же за любую провинность — солнечные лучи. Но где-то же до приговора они содержали преступников? Есть же там судебная система какая-нибудь?
Зачем Леопольд изучал законодательство вампиров?
От промелькнувшей мысли вновь стало жарко.
Что я в принципе знала о человеке, который лечил меня на протяжении всего этого времени? А Самсон знал, где я и что со мной... 
В бьющемся от напряжения разуме сложно разобрать, где логичные выводы, а где параноидальные мысли, поэтому я переключилась на реальность, медленно скользя к кухне в полной тишине и замерла с широко открытым ртом.
Мари стояла, вытянув руки по швам, а ее взгляд не выражал… ничего. Она не отреагировала даже тогда, когда я прошла внутрь, уперевшись дулом пистолета в ее грудь. Пустые, мертвые блестящие блюдца глаз. На долю секунды стало противно жутко. Словно робот, которого выключили. Почему-то на ум пришла только такая ассоциация, хотя роботов я еще не видела.
За исключение робота-пылесоса, конечно.
Пощелкав пальцами у Мари перед глазами, я нервно оглянулась на лежащего на полу Вагнера. Ничего не изменилось, кроме разве поблескивания нарождающихся белков глаз внутри черных глазниц. Желудок сделал троекратное сальто, но на этот раз не из-за увиденного.
Осознание того, что произошло, дрожью ужаса пробило все тело.
— Ты ей внушил, — я не спрашивала, я утверждала, глядя Вагнеру прямо в глаза, — сейчас, в таком состоянии, ты подчинил себе разум другого вампира.
Мне не нужно было подтверждение, но все равно, когда его палец приподнялся вверх и через секунду коснулся пола, мне захотелось закричать во все горло. Чтобы сдержаться, я закрыла рот ладонью, с силой сжимая губы, ощущая, как сильно раздуваются мои ноздри при каждом вздохе.
— То есть и я сейчас под твоим влиянием, — едва двигала губами я.
Ладонь лежала, на полу, не совершая движения. Ни да, ни нет. Вагнер сделал так же, как и всегда. Не подтверждал и не опровергал. Это очень удобная тактика. Всегда можно говорить “я такого не говорил”, но при этом пользоваться преимуществом того, что сам себе надумал человек.
Мысль о том, что я знала, как проверить это наверняка, покалывала приятным теплом на ладони с ПМом. Тряхнув головой, я снова посмотрела на Мари.
Не нужно. Это того не стоило. Под внушением я или нет, но Вагнер должен выжить — это абсолютно точно разумно.
— Пусть уходит и думает, что сюда у нее нет приглашения, — выдавила я, глядя на то, как взгляд Мари вновь зажегся, — и никогда не было. Она пришла сюда, дверь ей открыл ты и вышел к ней в подъезд. Ты был тяжело ранен, но полностью цел. В итоге поручил ей связаться со своим заместителем, так как пока идет расследование, ты должен прятаться. И так же ты ей сказал, что у тебя есть подозреваемый, поэтому все должны считать, что ты покинул страну на, — быстро окинув взглядом тело вампира, я прищурилась, прикидывая время, — на пару месяцев. Какие-то международные дела, не важно. Ну а там дальше...
— Всемилостивый государь, я так рада, что с вами все в порядке, — расплылась в улыбке Мари, а я дернулась, делая шаг назад от низко склонившейся вампирши, — я все устрою. Благодарю за проявленное доверие, — Мари снова поклонилась, продолжая заискивающе рассматривать воздух над своей головой.
Кукла. Летящая сюда, готовая меня разорвать, несмотря на то, что существительное “жизнь” в принципе не применимо к вампирам, Мари была более живой, чем сейчас. Передо мной стояло только тело, в чье сознание ворвался умелый кукловод, лишая Мари разума и способности мыслить. Стала бы она меня слушать, будь разумна? Вряд ли.
Но ведь Вагнер мог не парализовывать ее, а просто ей все объяснить. Да, тоже через внушение, но оставляя выбор самой принимать решение. Но нет. Он не мог так рисковать… Моей жизнью.
 
С другой стороны я и сама не имела право на этот риск. Сейчас слишком многое стояло на карте и вполне возможно, что Вагнер абсолютно прав, поступив так. Никто не должен знать, что с ним. А вампиры не менее болтливы, чем люди. Даже если предположить, что Мари поверила бы и приняла нашу сторону — ее саму нельзя исключать из списка подозреваемых… Ну до этого момента нельзя было исключать.
— Schatz, — выражение лица Мари резко изменилось на ожесточенно-спокойное, а в глазах отразилась боль, когда девушка сделала шаг вперед, — мне срочно нужна кровь.
Я моргнула, упираясь спиной в стену, недоуменно переводя взгляд с Вагнера на Мари. Вампирша тоже посмотрела на тело и едва заметно вздрогнула. Устало потерев глаза, Мари засунула руки в карманы джинс, которые похоже когда-то были моими. Жесткая улыбка разрезала ее лицо, заставляя поежится.
— Выгляжу паршиво, — хрипло сказала Мари, растирая горло.
— Не делай так, — зажмурившись, шепчу я, — пожалуйста.
Мари недоуменно нахмурилась, а я растерла руки, стараясь на нее не смотреть. На него. Черт. Ладони мгновенно вспотели, когда Мари сделала еще шаг, протягивая ко мне руку. Вернее Вагнер. Не Мари.
— Это выглядит отвратительнее, чем твое тело, — хрипло ответила я.
— Так гораздо удобнее, чем пытаться что-то донести до тебя оттуда, — Вагнер кивнул на свое тело, снова усмехаясь, — а чем не мысль? Почему мне не остаться в сознании Мари, пока я восстанавливаюсь? Так от меня будет гораздо больше пользы, — пожал плечами Вагнер, а я отрицательно замахала головой, — да что не так снова?
Это очень сложно. Пропасть снова возникла прямо у нас под ногами, расширяясь с каждым его шагом на встречу.
Медленно выдохнув, я собралась с мыслями и подняла взгляд, уставившись прямо в глаза Вагнера.
— Ты совсем как Самсон, — спокойно сказала я, глядя на то, как нахмурился Вагнер, — тебе без разницы, кто пострадает от того, что ты движешься к своей цели, Вагнер. Поэтому я прошу тебя, если ты все еще хочешь, чтобы я помогала тебе, оставить Мари в покое.
— Она же вампир, — пожал плечами Вагнер, наклоняясь ниже ко мне, — тебе же плевать на таких, как я?
— Это не правильно, кем бы она не была, — так же спокойно сказала я, выдерживая взгляд Вагнера, — Мари разумное существо. То, что ты делаешь, называется насилием. И вполне возможно сейчас ты лежишь на этом полу именно поэтому, — Вагнер выпрямляется и, замер на секунду, тут же вновь кинул на меня недоуменный взгляд, — из-за насилия, Вагнер. Из-за того, что ты становишься таким же, как он.
— Я могу использовать это тело, чтобы ускорить свое восстановление, — продолжил Вагнер, а я кивнула, отворачиваясь в сторону, — почему я не должен этого делать, не понимаю?
— Ты можешь делать абсолютно все, что угодно, Вагнер, вряд ли есть кто-то сильнее тебя. Только чем тогда ты лучше Самсона?
Тишина настораживала, а я не могла заставить себя посмотреть в глаза Вагнеру. В груди разрастался ледяной ком прежде, чем я услышала разрушающее:
— А я когда-то говорил, что хочу быть лучше него?
— Нет, — отрезаю я, потирая переносицу, — не говорил.
— А ты не столько глупа, чтобы приписывать мне то, его я не произносил вслух, — спокойно говорит Вагнер, усаживаясь на корточки у своего тела, — поэтому сейчас мне очень интересно, а с чего бы наша Сима, вампироненавистница, вдруг не воспользовалось ситуацией и не убила меня, м?
— Может быть потому, что твоя смерть тут же потащит за собой мою и истребит человеческий род? — шиплю я, резко вскидывая голова и складывая руки на груди, — Давно принимал солнечные ванны?
— О, и ты не найдешь выход? — смеется Вагнер, а желание выдавить его мерзкие глаза зудит на кончиках пальцев, — Знаешь, по такой логике и Самсона было опасно убивать, но ты же это сделала… хотя нет! — Вагнер вскинул палец вверх, а я поморщилась, — Подожди, я кажется напутал. Это Самсон чуть не убил тебя, если бы один мерзкий отвратительный вампир, которого ты ненавидишь даже больше, чем самого Самсона, не появился так вовремя, да?