Цветочный детектив

– Да, серьезное видение, Эльвира Леонардовна.
Дама нервно пожала плечами:
– Как хотите, можете считать меня сумасшедшей. Только позавчера Кирюши Расторгуева не стало.
Незнакомец кивнул:
– Документы оставьте себе. Они никогда не будут преданы огласке. Что касается меня, то я даю вам слово. За других не скажу.
– Благодарю, – ответила Эльвира. – Но с какой легкостью вы выслушали мою фантастическую историю и даже в лице не переменились! Будто поверили каждому слову.
  
Он усмехнулся:
– Иногда самое невероятное объяснение – самое убедительное. У меня будет к вам последняя просьба. Это не дело вот так запросто вступать в диалог с другим миром. Я сейчас предельно искренен с вами. Поэтому попытайтесь узнать, когда ваша подруга вновь захочет посетить музей купцов Караваевых. Если она вам дорога, конечно. И позвоните вот по этому телефону. – Он вытащил из кармана визитку и протянул ее даме.
– Но тут один лишь телефон и никакого имени? – удивилась она.
Спортивный мужчина поднялся с кресла.
– Все верно. Вы просто назовете день и час. Мы попытаемся спасти вашу подругу. Пожалуйста, сделайте так, как я вас прошу.
– Хорошо, – пообещала Эльвира Графф. – А если этого не случится?
– Что‐то мне подсказывает: случится и уже очень скоро. Возможно, счет идет на часы.
– А скажите еще, загадочный незнакомец…
– Да?
– Если переступить порог того мира, есть возможность не вернуться назад?
– И очень большая.
– Вы меня специально пугаете?
– Ни в коем случае. Но вы же не собираетесь переступать его?
– О господи, нет, конечно! Просто интересно.
– Вот и хорошо. Поэтому ничего не бойтесь. И доброго дня, – сказал незнакомец и направился к дверям цирюльни.
– Доброго, – пробормотала она.
Взыграли мелодично колокольчики над входной дверью, и когда Эльвира Леонардовна оглянулась, то увидела только исчезающий за большим окном силуэт.
 
5
 
– Я сойду с ума, если не вспомню это лицо! Где я видел его? Где? Понимаете, сойду с ума! – ярился Антон Антонович, торопливо расхаживая по саду недалеко от накрытого стола, где они только что обедали, чтобы в порыве не налететь на кого‐нибудь.
Час назад Андрей и Кассандра приехали к нему домой. Крымов должен был как можно скорее рассказать своему куратору о встрече в цирюльне с Эльвирой Графф. Познакомить с реальной драматической историей из жизни власть предержащих и ее фантастическим продолжением. Рыжеволосая Кассандра, все услышавшая по дороге, уже ни о чем другом и думать не могла.
– Невероятно, Андрей! И как интересно! – твердила она, сидя рядом с ним в автомобиле. – Значит, это зеркало – портал в потусторонний мир? Давай сегодня ночью прокрадемся в музей, а? Андрюша! – Она даже схватила его за руку. – Давай!
– С ума сошла? – холодно рыкнул он. – Руку убери. Хочешь аварию устроить?
– Прости, прости!
Дожидаясь коллег и друзей, Антон Антонович отварил пельменей, порезал вареной колбаски, порубил зелень, порезал хлеб. Они устроят знатную трапезу! Но едва Андрей и Кассандра приехали, Долгополов отказался от роли гостеприимного хозяина и вцепился в своего помощника, как клещ:
– Рассказывайте, Андрей Петрович!
В тарелке Крымова остывали пельмени, а он все говорил и говорил. Не с набитым же ртом пересказывать такие увлекательные подробности, тут и подавиться недолго.
Рассказ детектива так взволновал Долгополова, что Андрей и Кассандра даже стали переживать за старика. Тот мрачнел на глазах, рычал, ерзал в своем плетеном кресле, повторял:
– Манжеты, черные кружевные манжеты, золотые запонки! – потом вскочил и стал ходить.
– Отойдите на два шага, вы нас собьете, – предупредил его Крымов.
– Не дерзите, – огрызнулся Долгополов. Но на два шага отошел и, расхаживая стареньким хромым тигром по клетке, повторял: – И платиновый перстень в форме розы с алмазом на безымянном пальце правой руки! Да где же я все это видел и совсем недавно?! Где?
– Стоп! – воскликнула Кассандра. Она вытащила из кармашка джинсовой куртки телефон, нашла фотографию и показала ее мужчинам:
– Вот где вы ее видели, Антон Антонович.
Это была одна из фотографий, тайком сделанных репортером Колосковым на площади. Она запечатлела товарища Маузера, смотревшего на строившийся Цветочный дворец и сложившего руки на груди. На безымянном пальце его правой руки горел платиновый перстень в форме розы с роскошным бриллиантом.
Крымов усмехнулся:
– Говорили же мы, что твой глаз – алмаз. Так и есть, Касси. Даже звонить в Небесную канцелярию не пришлось – ты все увидела сама.
Антон Антонович долго смотрел на фото, тяжело сопел, но потом уверенно сказал:
– Нет, не здесь.
– Нет? – воскликнула Кассандра.
– Представьте себе, нет. Но где, где?
– Да, – кивал самому себе Крымов. – Теперь уже почти ясно…
– Что ясно? – спросила девушка. – Что тебя ясно, Андрей? От такого «ясно» можно и умом двинуться.
– Пожалуй, пожалуй, – потирая твердый подбородок, бормотал Андрей.
Даже тон его изменился. Теперь он буквально настораживал.
– Да скажи уже! – взорвалась Кассандра.
Но ответить Крымов не успел.
– Знаю! – возопил Антон Антонович так, как кричат только одно слово: «Пожар!» – Знаю, где видел его!
Он сорвался и кривенько, но очень живо побежал по тропинке в сторону дома. Крымов и Кассандра притихли – сейчас должно что‐то случиться. Очень важное! И может быть, очень страшное.
Долгополова не было пять минут, десять…
– Нашего чудесного Антона Антоновича там удар не хватит? – спросила Кассандра.
– Вряд ли, он бессмертен, – заметил Андрей.
– Шутишь?
– Нет, правду говорю. Последние лет пятьсот он точно не менялся.
– Значит, шутишь. Ладно, припомню.
Стукнула-хлопнула дверь – из дома выскочил как ошпаренный Антон Антонович и побежал к своим коллегам. В руках он сжимал альбом.
– Видишь, я же говорил: живой, – кивнул на старика Крымов.
– Вижу, вы издеваетесь надо мной самым бессовестным образом, – заметила девушка. – Один про Небесную канцелярию, другой про бессмертие. Ладно-ладно.
Хозяин дома бросил:
– Нашел! Вон посуду! – и плюхнулся в свое кресло.
Крымов и Кассандра немедленно переставили все на один край стола, освободив место.
Долгополов аккуратно положил альбом и, глядя на обложку, сказал:
– «Преступления в зените славы. Загадочные истории аристократических семейств Европы XVIII века». Где он тут у нас? – листая альбом, ласково бормотал Антон Антонович, как будто и не было только что бешеного взрыва эмоций и беготни по саду. – Смотрите, вот он, голубчик, герцог Август Леонид Ганноверский, вот он, убивец, а ведь известный интеллектуал своего века. – Старик так и тыкал кривым пальцем в мундир царственной особы. – Посмотрите на эту физиономию, а? Вот и кафтан, и кружевной черный манжет с золотой запонкой, и платиновый перстень в форме розы с прозрачным белым бриллиантом. Каково?
– Господи, одно лицо, – пробормотала Кассандра.
– Если бы я не знал, что их с благотворителем Маузером разделяет почти триста лет, – вторил ей Крымов, – сказал бы, что это один и тот же человек.
– А знаете, в чем его тайна? – лукаво и заговорщицки спросил Долгополов. – Это же он пригласил собственного дядю в гости на обед, а затем, когда вышел сам, осыпал дядю, его жену и трех их детей, мальчика и двух девочек, розами. И все они умерли от удушья. А герцог занял свой трон. Но ненадолго, вот в чем все дело. Слух об отравлении дошел до императора, и за герцогом пожаловали, чтобы взять его под стражу. Но он все понял и предусмотрительно исчез. Тогда поползли слухи, что герцог Август сдружился с нечистой силой. Да-да! Некий демон, злой дух пообещал герцогу трон, устранить его дядю, нужно было только соединиться в одном теле. Один из слуг рассказал, что видел, как герцог Август проходил через зеркало и возвращался назад как ни в чем не бывало. Ему не поверили, но предположили, что злой дух вошел в герцога и стал действовать на свое усмотрение.