Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Мокрый снег по-прежнему падал, иногда сменяясь ледяным дождем. Вода капала с защитных касок и тяжелых мокрых ветвей. Скорее всего, такая погода продержится до вечера, и видимость будет паршивой. Келли была благодарна хотя бы за то, что им не придется искать выживших. Жертвы катастроф не могут долго протянуть на таком холоде – от силы день-другой. Иногда не более четырех часов, в зависимости от психики. Она стала специалистом по поиску пропавших людей, предсказывая, кто из них и почему мог направиться в ту или иную сторону и каковы их шансы на выживание в любой конкретной ситуации. Ей так хорошо это удавалось, что ее стали часто приглашать помогать другим группам SAR во время особенно трудных поисков в Британской Колумбии.
– Кто такой Бен? – спросил Мэйсон.
Келли обернулась и посмотрела на него. Он перестал жевать и замер, держа в руке кусочек сдобной булки Келли, завернутой в несколько бумажных салфеток. Она указала на булку.
– Что, совсем скверная?
Он скорчил гримасу.
– Вообще ужасная.
Она фыркнула.
– Вот что я слышу, когда пытаюсь кормить здоровой едой полицейских, которые любят пончики.
– Кто сказал, что я люблю пончики?
– Но вы же полицейский, не так ли?
Он улыбнулся. На его худых щеках появились ямочки, и это, как ни странно, успокоило ее. Она отмахнулась от этого ощущения, но оно показалось ей совершенно необычным.
– Бен – это мой сын, – сказала она. – Восемнадцатого числа ему исполнилось восемь лет, и он очень расстроен тем, что ему придется пропустить вечеринку на Хэллоуин.
Улыбка Мэйсона померкла.
– Восемь лет?
– Ну да, совсем недавно.
Мэйсон быстро взглянул на ее руку, потом перевел взгляд на автомобиль, где темный силуэт головы Бена, так и не снявшего парик, был виден как тень за мглистым окном.
– Это прекрасный возраст, – тихо сказал он, не сводя глаз с автомобиля. – Наслаждайтесь моментами, не давайте им ускользать от вас.
Келли нахмурилась.
– У вас есть дети?
– Нет, – ответ прозвучал резко; его лицо стало бесстрастным, как будто он облачился в броню и выставил щит. Профессиональный полицейский. Это заинтриговало ее.
Оскар вернулся под навес, держа в руках готовый список.
– Ладно, все здесь, – произнес он звучным голосом с певучим норвежским акцентом. – Давайте составим план нашего представления.
Оказавшись в штабном автомобиле, Келли расстелила на столе топографическую карту. Извилистые контурные линии обозначали сложный рельеф местности с высокими утесами и глубокими ущельями, через которые протекала река Таксис.
Келли указала пальцем на точку на карте.
– Последний раз я видела «Хэвиленд» здесь, в теснине Таксиса. Мертвый пилот, – вероятно, женщина, – был пристегнут в кабине. На первом этапе операции наша цель состоит в поисках тела и остатков самолета.
– А мы уверены, что она была мертва, когда ее увидели? – поинтересовался Оскар.
– Я уверен, – сказал Мэйсон.
Оскар потер квадратный подбородок, изучая карту.
– И там не было других пассажиров?
– Я никого не заметил, но у меня была плохая позиция для наблюдения, – ответил Мэйсон.
– «Хэвиленд» Beaver Mk1 может вместить от шести до восьми пассажиров, в зависимости от внутренней конфигурации, – сказал Оскар. – Здесь такие самолеты обычно используются для наблюдения за ледниками и для обзорных экскурсий. Но до сих пор никто не сообщил о пропавшем самолете или об опоздавшем пилоте.
– Мы проинструктируем членов группы искать признаки наличия пассажиров, – сказала Келли. – Гидроплан уплыл на стремнину вот здесь, – она сдвинула палец к извилистой линии реки. – С учетом высокого уровня воды и силы течения, особенно после дождей и необычно теплой погоды, я полагаю, что фюзеляж могло перенести через первый водопад в многоступенчатом каскаде, и мы с наибольшей вероятностью, – ВО примерно 60 %, – найдем его вот здесь, – она постучала по карте. – В большом бассейне под первым водопадом.
– ВО? – с вопросительной интонацией произнес Мэйсон.
Келли встретилась с ним взглядом и снова ощутила странную дрожь. Она кашлянула.
 
– Это вероятность обнаружения. Мы работаем с неопределенными величинами и прилагаем максимальные усилия там, где вероятность кажется наиболее высокой. Если мы ничего не находим, то расширяем зону поиска.
– Сейчас слишком сильный ветер и плохая видимость, чтобы запустить дрон, – почти про себя заметил Оскар, продолжавший рассматривать карту.
– Его инфракрасная камера не поможет найти мертвое тело, – добавила Келли.
– Да, но при хороших условиях камера может показать силуэты под водой, – он указал на бассейн под первым водопадом. – Джулия может работать с Зиппером по этому берегу. Сейчас преобладает северо-западный ветер, так что этот участок расположен с подветренной стороны к бассейну, это лучшее место, где собака сможет учуять любой запах, исходящий от воды.
– Значит, собака найдет самолет в реке под водой? – спросил Мэйсон.
Оба спасателя выразительно посмотрели на сержанта. Возможно, он был первоклассным детективом в большом городе, но, несомненно, это была его первая поисково-спасательная операция, и ему просто не хватало опыта.
– Запах идет от тела в разбитом самолете, – сказала Келли. – Джулия Смит последние два года работала с Зиппером, чтобы он мог получить сертификат на определение трупного запаха даже в ничтожных количествах. Она донимала местного зубного врача и выпрашивала у него удаленные зубы, чтобы натаскать собаку на запах человека. Эти собаки могут работать и на плавсредствах, но инструктор должен понимать движение запахов, которые поднимаются с пузырьками воды или другими способами, чтобы правильно интерпретировать реакцию собаки.
– Если Джулия и Зиппер хорошо сработались, это сэкономит массу времени и ресурсов в будущем, – сказал Оскар.
– Хорошо. Значит, команда K9 будет работать у большого бассейна. Вторая команда выдвинется на вездеходе ниже по течению, вдоль этой старой лесной вырубки, – Келли указала место. – Мы направим третью команду к верхнему уровню водопада на тот случай, если фюзеляж застрял на порогах и не свалился в первый водопад. Будем регулярно сверяться, менять дислокацию или собираться вместе в зависимости от результатов поиска, но остановимся до наступления темноты, – она подняла голову. – Эта операция не считается критической по времени. Маловероятно, что остались выжившие, и моя задача состоит главным образом в том, чтобы не подвергать лишней опасности наших людей.
Последнюю фразу она произнесла ради Мэйсона.
– Что касается нас, – добавил Мэйсон, – навигационная служба не получила сообщений о пропавших самолетах или незавершенных рейсах ни в одном из информационных центров. Не было принято никаких сигналов с аварийных транспондеров. А управление воздушного транспорта сообщает, что в канадском реестре гражданской авиации нет гидроплана с регистрационной аббревиатурой C-FABC.
– Вы уверены, что это точная аббревиатура? – спросил Оскар.
– Я все правильно запомнил, – холодно ответил Мэйсон.
Келли и Оскар обменялись взглядами. Оскар приподнял бровь.
– Однако в архивном реестре имеется «Хэвиленд» с такой аббревиатурой, – продолжал Мэйсон. – Но он был удален из действующего реестра десять лет назад.
– Что это значит? – спросил Оскар.
– Согласно правилам управления гражданской авиации, из реестра удаляются воздушные суда, которые были разрушены, уничтожены, навсегда списаны с летного учета или считаются пропавшими без вести после окончания поисков, – пояснил Мэйсон. – Или если самолет пропадает без вести более шестидесяти суток.
– Значит, этот гидроплан был списан со службы? – спросила Келли. – То есть у него не было полетной лицензии?
– Иногда допускается повторное использование регистрационных знаков для другого воздушного судна, если старый самолет был окончательно списан, но в данном случае нет никаких указаний, что это было сделано.
– Faen, – тихо выругался Оскар на своем родном языке и провел рукой по коротко стриженным волосам. – Выходит, мы ищем нелегальный самолет?