Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Коул мгновенно метнулся к нему и успел поймать пузырек, не дав свалиться на пол. Он протянул лекарство отцу и попробовал помочь ему сесть.
– Убери от меня свои руки. – Тот оттолкнул сына и снова постарался сесть. – Прибыл проверить свое наследство? Успел по дороге поговорить о продаже с Форбсом?
Узловатыми пальцами он пытался открыть пузырек. Его глаза, когда-то пронзительные, светло-серые, слезились и были налиты кровью.
– Я не…
– Кто это сделал? Кто тебе позвонил? Холлидей?
– Оливия.
– Проклятье. – Майрон отвернулся, потом еще раз попытался открыть пузырек и снова выругался.
– Помочь тебе? – Коул кивком указал на пузырек с таблетками.
– Пошел к чертям. Не нужна мне никакая помощь.
Сердце Коула громко стучало, внутри нарастало напряжение. Он продолжал стоять и смотреть, как отец борется с пузырьком.
– Чего ты здесь стоишь? Что тебе нужно? – спросил Майрон. – Что такого сказала тебе Оливия, что заставило тебя уехать с Кубы?
– Из Флориды. Я был во Флорида-Кис. Она сказала мне, что ты умираешь.
Старик свирепо посмотрел на него. Повисло молчание. Потом он дотянулся до кнопки на стене рядом с его кроватью и ударил по ней кулаком.
– Каррик! Черт подери, где ты, женщина? Поднимись наверх. Немедленно.
Ему удалось снять крышку с пузырька. Он вытряс две таблетки и сунул их в рот. Дрожащими руками потянулся к стакану с водой, стоявшему на тумбочке.
Коул протянул ему стакан. Отец застыл, когда их глаза встретились. Сын помог ему выпить воды. Старик закрыл глаза и глубоко дышал, как будто ожидая, что лекарство подействует. Коул прочел этикетку. Сильное обезболивающее.
На лбу Майрона выступил пот. Не открывая глаз, он спросил:
– Джейн тоже здесь? Вы двое договорились продать это место еще до того, как я остыну в своей чертовой могиле?
Коул с силой выдохнул, чувствуя вину.
– Может, на минуту прекратишь этот разговор? Мне ранчо не нужно. Мне все равно, как ты с ним поступишь.
Глаза Майрона распахнулись. Он опять принялся колотить кулаком по кнопке рядом с кроватью: снова и снова, сердито, с досадой и болью.
– Пришли сюда миссис Каррик! – рявкнул он. – И скажи Оливии, что я хочу ее видеть. Немедленно. Где она?
– Я видел, как она уходила по тропинке среди деревьев.
Отец поморщился, потом глубоко, медленно вздохнул.
В комнату вошла Адель Каррик.
– Слава богу, женщина, – пробормотал отец. – Передай мне мою одежду, пожалуйста. И выведи из спальни моего сына. Оставьте мне немного достоинства и пространства.
Экономка замялась, посмотрела на Коула и засуетилась, собирая по комнате одежду.
– Значит, мы будем одеваться к ужину, мистер Макдона?
– Я не голоден. Просто выведи его.
– Приготовить для Коула одну из спален в доме?
– Он может занять пустующий домик персонала. Дай ему ключи. – Майрон посмотрел на сына. – Уверен, ты предпочтешь уединение.
Коул вышел из комнаты, в крови бушевал адреналин. Из коридора Коул услышал, как отец пробормотал:
– Тринадцать проклятых лет, и вот он стоит у моей постели, когда я сплю. Блудный сын вернулся. Не предупредил, ничего…
Коул пошел по коридору к лестнице.
Какого черта он здесь делает? Это было ошибкой. Во многих отношениях.
Из спальни отца вышла Адель, бесшумно закрыв за собой дверь. Она нагнала его.
– Простите, мистер Макдона.
– Пожалуйста, называйте меня Коул. Вы как будто называете меня именем отца. Все в порядке, я ничего другого и не ожидал.
– У него сильные боли. Он не может мыслить ясно. Ваш отец просил узнать, сможете ли вы встретиться с ним завтра в библиотеке в одиннадцать часов утра.
– Ну да, конечно, – фыркнул Коул. – Официальная встреча.
– Идемте, я дам вам ключи от коттеджа. Они внизу, в кабинете.
* * *Юджин почувствовал слабое изменение в погоде. Он ощущал на языке надвигающийся снег. Тик-так, часы природы. Юджин негромко напевал – припев из «Фиделио» Бетховена, – пока наматывал переливающуюся фиолетовую нить на крючок, который был закреплен в тисках, привинченных к столику в кемпинге. Его мать любила Бетховена, Баха, Моцарта, Генделя. И кое-что из Вагнера. Она слушала оперы на виниловых пластинках, включая старенький проигрыватель, работавший на энергии солнца и воды из ручья. Они сами всем себя обеспечивали.
Он нанизал одну из красных бусин и закрепил ее на тельце, которое создавал вокруг крючка. Потом добавил еще две бусины. Как только бусины были надежно закреплены, он капнул на них прозрачным лаком для ногтей, который нашел в ящике рядом с матрасом. Юджин перешел на мелодию из «Дона Джованни» Моцарта, отрывая кусочки геодезической ленты цвета лайма.
Саре понравится этот подарок.
Глава 7
Ванкувер. Утро субботы.
Два дня до Дня благодарения.
День был в серых тонах, в воздухе висела дождевая пыль. Из окна своей спальни на верхнем этаже Тори наблюдала за отцом. Тот возился на подъездной дорожке, поднимая домкратом дом на колесах, чтобы подогнать под него свой «Додж». Он не выглядел больным. Тори задумалась: что с ним не так? На нее нахлынули воспоминания. Его крепкие медвежьи объятия. Смех над мамиными шутками. Странное чувство стеснило ей грудь, она испытала к нему сострадание. Он тосковал по своей жене. Накануне Тори видела в его глазах настоящую боль. И теперь этим темным сырым утром папа выглядел таким одиноким. Он был таким же одиноким, как и она. Тори крепко сжала пальцами подоконник.
Отец сказал, чтобы она собрала свои вещи, и теперь готовые сумки лежали на кровати. Тори решила, что он провозится, по крайней мере, еще минут двадцать, прицепляя дом на колесах и надежно закрепляя его на раме грузовика.
Она взяла электронную книгу и USB-провод, прошла в кабинет матери и быстро включила ее ноутбук.
На экране появилось диалоговое окно, требующее ввести пароль. Тори выругалась, судорожно пытаясь найти выход. По наитию девочка набрала собственное имя. Виктория.
Подошло.
Тори смотрела на экран.
Ее имя открыло доступ в сокровенный мир материнского компьютера. От эмоций защипало глаза. Любовь, словно огромная, причиняющая боль рана, горела в груди. Тори услышала, как ожил и заворчал дизельный мотор отцовского грузовика. Сердце девочки гулко стучало. Времени у нее было в обрез. Она торопливо ввела в строчку поиска название последней рукописи матери: «Залог».
Отец запер напечатанную копию, но в ноутбуке должна была сохраниться электронная версия.
Точно, вот она.
У Тори слегка дрожали руки, когда она подключила USB-провод и соединила электронную книгу с ноутбуком. Тори нажала на клавиши, чтобы скопировать текст. Двигатель грузовика внезапно смолк. Она напряглась.
Файл был скопирован. С участившимся пульсом Тори отсоединила электронное устройство.
Внизу хлопнула входная дверь.
– Тори! Ты готова?
Она закрыла ноутбук, схватила электронную книгу, на цыпочках выскочила из комнаты и пробежала по коридору. Перегнувшись через перила, она крикнула:
– Спущусь через минуту, папа.
– Я прицепил трейлер, мы можем ехать.
С пересохшим ртом и повлажневшими ладонями девочка торопливо вернулась в свою комнату, закрыла дверь и проверила ридер. Роман был там. Последний роман, над которым работала ее мать, был надежно спрятан в электронной книге. Тори намеревалась взять с собой хотя бы что-то принадлежавшее матери. Она собиралась прочесть ее последние слова. Тори закрыла глаза и крепко прижала ридер к груди. И одними губами произнесла «спасибо».
* * *Коул проснулся еще до восхода солнца. Накануне вечером он принял душ, побрился, рухнул в кровать и уснул как убитый. Он проснулся новым человеком: за последние полгода впервые без похмелья, что было странным даже для него самого. Он приготовил кофе в маленькой кухне, окно которой выходило на озеро. Домик для персонала был крошечным, но в нем топилась печка, и Адель позаботилась о том, чтобы в холодильнике и в шкафах нашлось все необходимое. Газовая колонка нагревала воду для ванной и для кухонной раковины, но электричества не было. Доступ в Интернет был, вероятно, возможен через спутниковую тарелку на крыше большого дома. Там Коул сможет зарядить свой ноутбук и поработать. Если придет вдохновение.