Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

В начале двенадцатого человек наслаждался чашечкой турецкого кофе, отужинав в излюбленном кафе. Перед ним стоял маленький стаканчик бренди. Человек приходил сюда всякий раз, когда бывал в городе, и непременно садился в тихой нише, откуда прекрасно видел двери клуба, выступление танцовщиц – и направление камер наблюдения.
Сегодня здесь царило непривычное оживление: то и дело входили мужчины в хороших костюмах. Человек не знал, что происходит, но это не его дело. Он хорошо заработал на двух контрактах – напряг свои связи в тюрьме и уже получил подтверждение, что оба заключенных мертвы. Два пишем, одна в уме.
Но третий оставшийся контракт сложнее и требует усилий. Сперва нужно установить личность этой Роксаны, затем найти, но не убить, а доставить на гидросамолете в условленное место. Босс желает разобраться с ней сам, и тела потом не найдут. Босс выделял ее среди других, и человек знал почему – он давно сложил два и два. Сейчас он потягивал кофе и размышлял, глядя на экзотических танцовщиц.
Он ждал информации от своих людей в Кельвине и Хансене: они подскажут, под каким именем она приезжала к Белкину и Загорскому.
Официантка – длинные ноги, красивая грудь – принесла газету, которую он просил. Человек хотел посмотреть, написали ли уже о смерти заключенных, все ли чисто или есть подозрения. Майло Белкин ни с кем поговорить не успел – он вообще попытался скрыть, что к нему приезжали. Сёма позвонил только боссу. Теперь они уже ни слова не скажут. Концы подобраны. Он свое дело знает.
Человек развернул газету. На первой полосе оказалась большая статья о ребенке, подброшенном в «ангельскую колыбель» в 1986-м. Выяснилось, что девочка теперь стала сотрудницей полиции на острове Ванкувер. А в подзаголовке уточнялось, что ее ДНК совпала с ДНК детской стопы, найденной на берегу в Цавассене.
Заинтригованный, он начал читать. Между колонок была фотография этой Энджи Паллорино из отдела расследований сексуальных преступлений. Рыжие волосы, шрам на губах. Глаза человека забегали по строчкам.
В статье приводили слова судебного психолога, заключившего контракт на книгу об истории ребенка из «ангельской колыбели». Рейнольд Грабловски утверждал, что Паллорино начала вспоминать свое прошлое и теперь ищет биологических родителей. Человек, внутренне вздрогнув, поднял голову.
Босс не дал ему никакой информации по последнему контракту, но человек слышал сплетню о рыжеволосых близняшках, которых тот пытался продать саудовскому шейху вместе с их мамашей Аной, пользованной им шлюхой. Это было в восемьдесят шестом.
Все здесь, думал человек, в «Ванкувер Сан»: личные данные, фотография – все. Ну, спасибо тебе, психиатр Грабловски! Да вот только… Человек пробежал последний абзац. Дамочка как сквозь землю провалилась.
Он сделал маленький глоток кофе без сахара и насторожился – атмосфера в зале неуловимо изменилась. В клуб вошла молодая женщина, сразу став центром внимания посетителей. Это дано только некоторым женщинам, определенного типа. Таким, кто привлекает любого мужчину с горячей кровью и вызывает интерес у соперниц. Человек пригляделся. Вошедшая стояла к нему спиной. Высокая, но не слишком. Темно-рыжие волосы, длинные, прямые и блестящие, закрывают спину. Черная куртка, черные кожаные джинсы, байкерские сапоги, при этом безусловно элегантна. От нее исходил сексапил, уверенность – и опасность.
Вошедшая повернула голову, оглядывая клуб. Бледная кожа, серые глаза, кроваво-красные губы. Человек замер и медленно поставил чашку. Сердце забилось очень медленно, как у охотника, заметившего добычу. Это она. У нее шрам на губах.
Она действительно похожа на своих биологических родителей. Да еще и умна, раз пришла за информацией по правильному адресу. Прямо к нему в руки.
Человек смотрел, как она подошла к стойке администратора и задала вопрос. Администратор указала на Надю, работавшую в баре.
  
Глава 53
 
Ближе к полуночи Энджи вошла в «Оранж-Би», оценив элегантность обстановки: белоснежные льняные скатерти и салфетки, приглушенное освещение. Ресторанная певица в облегающем синем платье за роялем что-то мягко напевала в старомодного вида микрофон. Гибкие девушки топлес лениво-чувственно извивались у шестов. Энджи подошла к бару, где, по словам администратора, работала Надя, и заказала мартини еще довольно красивой блондинке лет пятидесяти, в которой, однако, мало что напоминало бывшую стриптизершу. И ходила она, слегка прихрамывая, – видимо, давала о себе знать старая травма ноги, сломанной ударом бейсбольной биты Белкина.
 
– Я ищу Надю, – сказала Энджи, когда женщина принесла мартини.
Блондинка вскинула глаза:
– А вы кто?
– Меня интересует Майло Белкин.
Женщина побелела и поставила бутылку, покосившись на камеру видеонаблюдения. Энджи насторожилась.
– Ну, я Надя, – тихо сказала она.
– Почему вы сняли обвинения с Белкина?
– Слушайте, не знаю, кто вы, но…
– Я та, кто хочет, чтобы Майло заплатил за все, что он когда-то сделал с моей семьей. Он и мне сломал жизнь, Надя. Вам я не угроза, мне лишь нужны имена друзей Белкина и Загорского.
«А конкретно двух подельников, которые скрылись, бросив цветочный фургон с героином».
Новый нервный взгляд на камеру. Кто-то из комнаты охраны пристально следит за баром.
– Я ошиблась, – еле слышно промычала Надя, чересчур старательно вытирая стойку вокруг бокала Энджи – наверняка для камеры. – Это был не он, на меня напал не Майло.
– Вы уверены?
Женщина невольно поглядела вверх.
– Надя, я же могу вам помочь…
– Мне помощь не нужна, это все в прошлом.
Сзади к Наде подоспел какой-то смуглый тип в рубашке поло.
– Все в порядке? – уточнил он, зыркнув на Энджи.
– Да, да, остынь.
Смуглый рассматривал Энджи несколько секунд, а потом сказал Наде:
– Сразу говори, если что.
Когда он ушел, Надя отошла к клиентам на другой конец стойки. Энджи допила свой бокал и показала барменше долить. Надя, явно расстроенная, подошла, вытирая руки о фартук.
– Чего вам налить?
– Можно воды с газом? – попросила Энджи.
Надя вернулась с водой, и Энджи, принимая бокал, спросила:
– А как насчет Семена Загорского? Вы его знали?
Лоб Нади пошел морщинами. Она испуганно оглянулась.
– Сёма приходил с Майло, – шепотом ответила она. – Потом женился, остепенился и больше сюда не ходил.
– А с кем Сёма дружил? Кого из близких друзей вы знаете?
– Мне не нужны неприятности.
– Я вас очень прошу…
– Майло и Сёма дружили с Ивански и Сашей.
– А фамилии? – быстро спросила Энджи, следя за Надиным боссом в рубашке поло.
– Ивански Ползим и Саша Макеев.
Во рту у Энджи пересохло от волнения – наконец-то что-то конкретное!
– Где мне найти Сашу и Ивански?
– Если повезет, можете здесь застать…
– Они по-прежнему бывают в клубе?!
Снова подошел менеджер:
– Надя, все хорошо?
– Да, все отлично.
Он снова подчеркнуто долго смотрел на Энджи, потом развернулся и ушел. Едва он скрылся из виду, Энджи попросила счет. Мистер Рубашка-Поло сейчас подошлет охранников, нужно оставить Наде контактный телефон.
Получив счет, Энджи написала на нем номер своего одноразового сотового, вложила между купюрами и пододвинула по стойке:
– Пожалуйста, позвоните, если надумаете поговорить или вспомните что-нибудь еще.
Надя взяла деньги, незаметно опустив записку в карман фартука, и отошла к другим клиентам. Энджи повернулась на стуле к залу, допивая воду. Парочки и компании с удовольствием ужинали, лакомились десертами или просто пили и закусывали. Внимание Паллорино привлек человек, сидевший в темной нише: он вглядывался в нее странно пристально. Ужинал он один и в руке держал газету.
Перехватив взгляд Энджи, он опустил глаза на страницу.
Паллорино понимала, что здесь она больше ничего из Нади не вытянет, но у нее появилась ценная информация – два имени. Ивански Ползим и Саша Макеев.