"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Послушай, — я нервно потеребила край одеяла, — я не знаю, насколько сейчас для тебя весомы мои слова, но прошу — не предъявляй никаких обвинений к остальным. «Вороны» и грабежи были моей идеей, и отряд подчинявшихся Лэнгстону солдат убили по моему приказу. Мои друзья лишь выполняли то, что говорила я. И Нарцисса приютила нас лишь из желания помочь брату. Ответственность за все случившееся лежит только на мне. Даже Арлион… никаких идей не предлагал и делал то, что говорила я.
Он хмыкнул, вроде и не ожидал от меня ничего другого, но сразу же стал очень серьезен.
— Прошу, выслушай меня. — Он сделал некое движение, словно хотел взять меня за руку, но в последний момент остановился, вспомнив, как я отреагировала на такой же жест несколько минут назад. Но я и так поняла, что сейчас речь пойдет не об общих вещах, а именно о нас двоих. — Я виноват перед тобой. Знаю, слов недостаточно, чтобы попросить прощения за ту несправедливость, из-за которой ты прошла ад в эти четыре месяца, но… В свое оправдание я могу сказать, что в тот вечер перед твоим отъездом, — я болезненно поморщилась, вспомнив нашу ссору, — твои слова не остались неуслышанными. Я начал присматриваться к Лэнгстону. И спустя почти месяц был уже уверен, что бывший советник не так чист, как нам всегда представлялось. Когда в середине осени произошло «покушение» на него якобы от твоего имени, я уже не сомневался, что он ведет двойную игру и все его действия были направлены именно против тебя.
— Не сомневался? — недоверчиво переспросила я, вспомнив, с каким испуганным лицом Оттилия предупреждала о моем готовящемся аресте. — Тогда какого демона…
— Лэнгстон все спланировал и подготовил очень грамотно, и я не знал, насколько обширен его заговор! — Адриан перебил меня, заговорив с усилием, почти гневом, и я удивленно посмотрела на него, не ожидая такой вспышки эмоциональности, а он продолжал, глядя куда-то перед собой. — Арестовав его без видимых на то причин, я рисковал упустить его сообщников или пропустить что-то, и для того, чтобы вывести его на чистую воду, стоило подыграть ему! Сделать вид, будто поверил в это покушение, а на самом деле… провести небольшую инсценировку.
— Что?.. — изумленно прошептала я, разом лишившись голоса и задавшись вопросом, не ослышалась ли я. — Инсценировку?..
Он повернулся ко мне и посмотрел в глаза. Лицо у него было какое-то измученное, и сейчас, вблизи, мне еще заметнее бросился в глаза его нездоровый вид — архивампир, судя по всему, давно не спал нормально. Примерно так же полгода назад выглядела леди Алина, когда похитили Надю. Неужели это все из-за тревоги обо мне?..
— Я приказал Генри фон Некеру забрать тебя из академии, чтобы Лэнгстон поверил, будто ты под арестом и обвиняешься в государственной измене. Это побудило бы его дальше приводить свой план в исполнение, пока ты была бы в безопасности рядом со мной. У меня и в мыслях не было арестовывать тебя по-настоящему! И Генри фон Некер после твоего побега клялся, что он пытался предупредить тебя, но ты не стала слушать.
Да, кажется, что-то такое было… Но мне бы и в голову не пришло тогда ему поверить!
— Только я сильно просчитался, — он слабо улыбнулся своим мыслям. — Недооценил как преданность тебе Оттилии фон Некер, так и твою жажду справедливости, а также тот факт, что твоего родственника нельзя было сбрасывать со счетов. Вы очень ловко скрылись, замели следы, и никому не пришло в голову соотносить тебя с появившейся шайкой разбойников. Я сам понял только вчера, когда увидел тебя на балконе…
Я обессиленно молчала. Да и что тут скажешь? Нет здесь правых и виноватых. Каждый поступил так, как считал нужным, и радует, что удалось обойтись сравнительно малой кровью. Да, похоже, последние месяцы прошли тяжело для нас обоих, но… По крайней мере, из близких мне людей все живы…
— Корделия, — позвал он меня, и я не без труда вернулась в реальность, — ты вернешься со мной в Бэллимор?
— Зачем? — глухо спросила я.
Адриан коротко усмехнулся — резко, без малейшего признака веселья.
 
— Зачем… — повторил он, а потом поднялся на ноги, но никуда не ушел, остался стоять возле кровати, глядя мне в лицо. Немного помедлил, подыскивая слова, махнул рукой и заговорил: — Я жить без тебя не могу, вот зачем! Последние месяцы, когда я не знал ни где ты, ни что с тобой происходит, были, наверное, самыми отвратительными в моей жизни! Приближенные стараются не подходить ко мне без лишней нужды, поскольку я, кажется, несколько раз был очень близок к тому, чтобы повторить поступок своего отца и испепелить кого-нибудь на месте без возможности воскрешения. То есть, — он на секунду задумался, — не совсем так. Жить без тебя я, наверное, могу, но жизнь эта совершенно сера, уныла и безрадостна. Без тебя… все, кажется, теряет смысл.
Сера и уныла? Да… Возможно, я понимаю, что он имел в виду. Ведь перед нашей вчерашней встречей во дворце я сама чувствовала себя так, словно наконец-то вышла из спячки…
— А как же леди Мальдано? — быстро спросила я, из последних сил сдерживаясь, чтобы не зажмуриться и не расплакаться. Возьми себя в руки! Все равно наши отношения не будут такими, как раньше, и вообще уже ничто не будет, как прежде! Верить в то, что можно вернуть прошлое, может только окончательно спятивший безумец, это еще сам Адриан так когда-то говорил!
— Далась она тебе! — сердито проворчал он, и я поняла, что мои последние слова Генри фон Некер ему тоже передал. Однако, увидев, что я ожидаю ответа и сдаваться не собираюсь, все же ответил: — Мы с ней сблизились около двух лет назад, когда Раннулф сбежал из Прима и я вернулся в Бэллимор. Тогда у меня из головы не шла новая ученица Грейсона, которая осталась совершенно равнодушна к моему статусу и общалась со мной как с равным. А леди Мальдано внешне напомнила мне тебя. Но год спустя, едва я вернулся из Аркадии, где снова встретил тебя, я порвал с ней. Не думал, что она окажется настолько… настойчивой.
Я слушала его, нахмурив брови, но потом все-таки попыталась представить себе леди Элис. Мы с ней схожи внешне?.. Хм… Ну, роста мы одинакового, к тому же она темноволосая, кудрявая… И тогда можно объяснить ненависть вампирши ко мне — кому приятно, когда тебе оказывают знаки внимания только из-за твоего сходства с другой женщиной… Ну ладно, пожалуй, в это поверить можно.
Да и вообще… Я чувствовала, что верю ему. Наверное, я могла бы продолжать лелеять чувство обиды, но у меня ничего не получалось, да я этого и не хотела. Конечно, просто вернуться к тому, как все было раньше, забыть все случившееся я не смогу, но… расстаться навсегда? Нет! Об этом даже раньше было невыносимо больно думать, не то что сейчас!
— Послушай, — я глубоко вздохнула, постаравшись вложить в голос всю убедительность, на которую была способна, — я согласна вернуться, но… мне нужно время. Я не могу просто притвориться, будто ничего не произошло, и просто снова стать королевой… и твоей женой. Дай мне время привыкнуть.
— Оно у тебя будет. Сколько пожелаешь, — твердо пообещал Адриан, и я увидела, как в его лице снова появляется что-то живое, человеческое.
Я кивнула и ненадолго прикрыла глаза. Теперь надо было коснуться еще одного момента, тоже очень тяжелого, причем не столько для меня, сколько для Адриана.
— Ты слышал наш разговор с Лэнгстоном в подземелье целиком?
Он чуть поморщился и кивнул, сухо добавив:
— За прошедшие четыре месяца у меня было время свыкнуться с мыслью о том, что сказанное тогда тобой было правдой.
— Мне жаль, — тихо сказала я.
— То, что ты сказала Лэнгстону об Арлионе, тоже было правдой? — спросил он, впрочем, и так прекрасно зная ответ.
Но прежде чем я успела ответить, дверь снова распахнулась, и на пороге возник бывший архимаг собственной персоной. Подслушивал он, что ли?
— Об этом было бы правильнее спросить меня, — непринужденно сообщил он и прислонился к стене, скрестив на груди руки. Мы с Адрианом посмотрели на него, и вдруг он неожиданно посерьезнел и следующие слова произнес без малейшей насмешки. — Я и в самом деле любил Исабелу. Об этом знала она, знал Магнус и об этом стало известно Лэнгстону. Я же собирался разоблачить его заговор, и ему было нужно как-то остановить меня. Он выбрал весьма действенный метод.