"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Ты Корделия ван Райен? — прямо спросила она, когда я закрыла за нами дверь.
Отпираться смысла не было.
— Да.
— Принцесса Валенсии? — недоверчиво уточнила она.
— Бывшая, — хмыкнула я. — Елена не соврала, меня действительно лишили титула, и с тех пор я в бегах.
— Но королева сказала, что ты погибла…
Я развела руками — мол, можешь подойти и пощупать руками, чтобы убедиться, что я вполне материальная, а не призрак.
— И что, ты участвовала в заговоре против короля? — не успокаивалась подруга.
— Конечно нет, — устало возразила я. — Что бы обо мне ни говорили, я всегда была верной королю. И в Валенсии об этом знают — и мой отец, и моя мачеха, и мой сводный брат, наследник трона.
Бьянка в тот момент выглядела совершенно беспомощной и несчастной.
— Но как… как тебя занесло в Фертагар? Почему ты притворялась знахаркой? Я уже привыкла к мысли, что мою жизнь спасла магичка, но принцесса… Это чересчур!
— Бывшая, — поправила я ее. — Так что не расстраивайся. По социальному положению ты сейчас намного выше меня.
— Если бы! — мрачно усмехнулась Бьянка. — Ты ведешь себя в любой ситуации, как королева, я это уже давно заметила, и никто вокруг тебе не указ!
Да, эта черта характера была мне хорошо известна.
— Ну хорошо, — вдруг сказала Бьянка. — А твои глаза? Плиний говорил, что они бывают только у темных эльфов из семьи Этари. Ты же не…
— Я полукровка, — пояснила я, сразу сообразив, что она хочет сказать. — Моя мать была эльфийкой и дочерью Арлиона Этари.
Бьянка поперхнулась и изумленно вытаращилась на меня. Однако в ее лице я не увидела ненависти или презрения, и у меня отлегло от сердца.
— Так вот почему ты так интересовалась Кровавой войной, — задумчиво произнесла она. — А я не могла понять, откуда у тебя такой повышенный интерес к истории.
— Послушай, Бьянка, — проникновенным тоном начала я, сразу решив перейти к сути. — Я не знаю, что ты собираешься сделать с полученной от меня информацией, но скажу прямо — если обо мне станет известно хоть одному магу, он убьет меня через пять секунд. Если обо мне станет известно хоть одному темному эльфу или вампиру, меня убьют через три секунды. Если обо мне станет известно Адриану Вереантерскому, то меня убьют очень нескоро, и смерть моя будет долгой и мучительной. Понятно?
Она смотрела на меня с ужасом.
— Что же ты такое натворила, что столько народу теперь хотят от тебя избавиться?!
Это был удар по больному месту.
— Ничего не натворила, — сердито ответила я, чувствуя, как внутри разгорался знакомый огонь жгучей обиды на весь мир за столь предвзятое отношение ко мне. — Маги ненавидят мой род за те зверства, которые совершал Арлион во время Кровавой войны, и меня за компанию.
— Но это же несправедливо! — возмутилась Бьянка.
Я внимательнее взглянула на нее.
— Ты же слушала лекции магистра Элриджа по Кровавой войне, так что можешь себе представить, что тогда творилось. Может, у магов, в некотором роде, и есть на это право. А архивампир… Ну, тут отдельная история.
— Но это же глупо — ненавидеть тебя за то, что ты не совершала, — озадаченно сказала Бьянка. — Кстати, я видела тебя сегодня с архивампиром, и мне не показалось, что он ненавидит тебя.
— Он не знает, что это я, — нехотя призналась я. — Я для него — Эржебета Батори, а принцесса Корделия, по его мнению, погибла два года назад.
— Всевидящая Вёр, — выдохнула Бьянка, глядя на меня во все глаза. — Но ведь, если он узнает… Как тебе вообще не страшно каждый раз ложиться спать, если тебя постоянно окружают те, кто хочет твоей смерти?
— К этому привыкаешь, — любезно просветила ее я.
— Ладно, — пробормотала она, а затем взглянула мне в лицо. — Корделия, я даю честное слово, что не выдам тебя. Ты спасла мою жизнь, я спасла твою, к тому же в академии мы постоянно были вместе… И информацию о Раннулфе искали вместе, и так же вместе пытались понять, что он задумал… Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
— Спасибо, — серьезно ответила я.
— А твоим друзьям известно, кто ты?
 
— Конечно. Они, правда, отреагировали не так спокойно, как ты, — призналась я. — Но в конце концов мы пришли к взаимопониманию.
Она еще немного подумала, а затем решилась:
— А что произошло с тобой два года назад? Почему тебя изгнали? Елена сказала, что это произошло сразу после войны с Вереантером. Вы с Адрианом именно тогда что-то не поделили?
Я ответила не сразу, задумчиво изучая узоры на покрывале кровати.
— Ну, если говорить коротко, то да.
— Ты не хочешь это обсуждать? — догадалась Бьянка.
— Мне непросто об этом говорить, — неохотно призналась я. — Это были тяжелые два месяца.
— Ну ладно, — не стала настаивать она. — Это твое дело. Но, Корделия, раз ты говоришь, что архивампир для тебя так опасен, будь с ним осторожна, хорошо?
Она поднялась на ноги и подошла к двери, собираясь уходить.
— Хорошо, — в спину ей удивленно пообещала я. — А где же возмущение, крики, поток неприязни?
— Я всю жизнь прожила среди обычных людей, а не магов, — пожала плечами Бьянка, когда я спросила ее об этом. — О том, что я маг, узнала только благодаря тебе. И я выросла без той ненависти к Этари, которую часто испытывают маги. Я не вижу никакой твоей вины в том, что происходило сто лет назад.
Она вышла, оставив меня в каком-то странном благодарном недоумении.
  
ГЛАВА 5
 
До обеда я просидела в своей комнате, а, поев, обнаружила, что вполне могу вернуться к книгам без угрозы выйти из себя из-за какой-нибудь ерунды. Настроение улучшилось в первую очередь потому, что Бьянка не изменила своего отношения ко мне, хоть и узнала, кто я такая. Нет, она вела себя со мной точно так же, как и раньше, но мне еще показалось, что она каждый раз едва сдерживалась, чтобы не обратиться ко мне «ваше высочество».
После обеда мы вместе отправились в библиотеку, поскольку зафиксированного «рабочего места» у Бьянки не было, и она могла свободно передвигаться почти по всему дворцу. Мы шли неторопливо, обсуждая по пути убранство дворца и рассматривая картины на стенах, когда нас неожиданно нагнал Вортон. В парадном камзоле, гладко выбритый, он смотрелся очень импозантно, так что мы с Бьянкой в первый момент его даже не узнали.
— Вы, студентка, можете идти, — коротко сказал он Бьянке. Та кивнула и отошла, одновременно показывая мне жестами, что будет ждать меня в библиотеке. Вортон же повернулся ко мне, и его мрачный вид не сулил мне ничего хорошего.
— Эржебета, что у тебя с архивампиром? — без предисловий, в лоб спросил он, почему-то переходя сразу на «ты».
Я так удивилась, что не стала возмущаться, а честно ответила:
— Ничего.
Декан раздраженно вздохнул, и я видела, что по какой-то причине он мне не верит. Но магистр взял себя в руки и более спокойно продолжил:
— Держалась бы ты от него подальше. Существа вроде Адриана Вереантерского слишком непредсказуемы и опасны. И если он проявляет к тебе интерес, стоит сразу бежать как можно дальше. Стало быть, архивампиру однозначно что-то от тебя нужно.
«Мне ли этого не знать, магистр!» — усмехнулась я про себя. Вслух же сказала:
— Вы правы. Он хотел узнать подробности того нападения на нас с Кейном. Но я не вижу в этом никакой страшной тайны, так как абсолютно уверена, что с Раннулфом Адриан не сотрудничает.
— Только узнать подробности? — уточнил Вортон, не сводя с меня цепкого взгляда.
— Только, — подтвердила я, а затем с подозрением спросила: — Магистр, а с чего вдруг такая забота?
— С того, — проворчал он. — У нас на факультете студентов и так немного, чтобы еще позволять всяким упырям запудривать им мозги. Впрочем, если ты обучалась в Атенрае, может, для тебя опасности действительно нет. К тебе вампиры относятся иначе, чем к другим людям.
— Да что со мной могло произойти? — пораженно спросила я, окончательно растерявшись от этого заявления. — Не съел бы он меня во время разговора! Или съел?..