"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Сбросив рюкзак, он рванулся к тому, кто ближе.
Дайте кого-нибудь в эти истерзанные, искалеченные и опутанные венами, будто шнурами, руки!!!
Рядом оказался всё ещё ничего так и не успевший понять помощник профессора. Вырвав у него камеру, старпом обрушил её на чёрную эсэсовскую фуражку. Кровавый фонтан вместе с деталями камеры брызнул в лицо, и Йордан, как подкошенный, рухнул изуродованной головой на снег.
Теперь Шеффер! Долгов крутился, пытаясь поймать в узкий круг зрения профессора, но попадался лишь загородивший путь солдат. Тот уже поднял автомат и сейчас нажмёт на курок, но… старпом выдернул из его рук ствол, едва не вместе с пальцами, и с ужасающей силой ударил затвором о каменную стену.
Не тот случай, дружок!
Кулак погрузился в грудь и отбросил немца к двери уже бездыханным. И тут Долгов успел заметить, как за дверью скрывается спина Шеффера. Вбежав внутрь, он на миг ослеп, и нёсся лишь на стук шагов убегающего профессора. Постепенно стали проступать пятна ламп, а затем и сам коридор. Мелькнула дверь смотровой, и старпом замер. Дверь была открыта, и вскочивший немец с перебинтованной головой удивлённо и испуганно выставил перед собой, защищаясь, руку.
Какие же, оказывается, у человека хрупкие кости!
Долгов с удивлением посмотрел на прорвавший кожу и рукав кителя острый белый обломок. Затем, не выпуская руку, дёрнул немца на себя и впечатал лицом в стену смотровой. На серой поверхности запечатлелось бурое пятно, и солдат, обмякнув, сполз на пол.
«Ему явно не везёт с головой!» — мелькнула ехидная мысль, затем, увидев выкатившиеся глаза доктора, старпом выкрикнул:
— Беги к причалу! Там наши!
— А-а… — Артём громко икнул и, перескочив через распростёртое тело, уже из коридора позвал: — Давай за мной! Я знаю, где выход!
— У меня ещё есть дело!
Долгов прищурился и, напрягая глаза, пошёл вдоль теперь такого тёмного коридора. От основного прохода в сторону уходил узкий и низкий ход, и оттуда послышался шорох. Убегая, профессор разбивал по пути лампы, и теперь старпом шёл на ощупь, в полной темноте. Где-то снаружи вновь затрещал «Калашников», ему в ответ огрызнулся «шмайсер», но Долгов старался их не слышать. Он ловил каждый неосторожный шорох забившегося в угол Шеффера. Оберштурмфюрер боялся лишний раз вдохнуть, чтобы не выдать себя, но старпом неумолимо приближался. Выставив перед собой руки, он делал шаг, затем прислушивался, делал второй и опять замирал, всматриваясь невидящими глазами в темноту. За спиной профессора была стена, бежать некуда, и он застыл, с ужасом глядя на заслонившего собой свет Голиафа. До него оставалась всего пара шагов, сейчас эти жуткие руки нащупают профессорскую шею… А за спиной ещё недавно такой покорной «единицы» маячит свет! И тогда Шеффер решился. Рванувшись вперёд, он поднырнул под руку Долгова и уже почти проскочил, но реакция старпома была мгновенной. Поймав за руку, он потащил взвывшего от боли оберштурмфюрера на свет.
— Ты хотел что-то феерическое? — Долгов, держа оберштурмфюрера за ворот левой рукой, отодвинул его от себя настолько, чтобы были видны его глаза. Затем, соизмеряя силу, так, чтобы не убить, раскрытой ладонью ударил его в лоб. — Надеюсь, это сойдёт!
Взвалив на плечо обмякшее тело, он бросился в поисках выхода.
Артём выбежал из ворот и не сдержал радостного крика. Недалеко от утёса тёмной горой застыл «Дмитрий Новгородский», а к причалу, поднимая брызги от вёсел, плыла надувная лодка с дюжиной матросов и машущим ему автоматом командиром. Ещё три уже пустых лодки лежали на берегу, ближе к входу в базу. Дмитрий Николаевич узнал Артема и показывал ему, чтобы тот бежал на причал. Сзади хлопнула металлом бронированная дверь, и доктор бросился в сторону, опасаясь, что это погоня. Но это оказался бегущий со своей ношей на плечах старпом. Он поравнялся с Артёмом и, заметив его высунувшуюся из-за камня голову, выкрикнул:
— Ты чего здесь разлёгся? Давай за мной!
Лодка с командиром уже была рядом. От причала её отделяло всего несколько гребков, и Долгов уже приноравливался, как бы перебросить в нее Шеффера, как вдруг сзади, сквозь ещё изредка доносившиеся автоматные очереди, по побережью прокатился раскатистый скрип. Башня орудия вздрогнула и, стряхнув со ствола снег, повернулась в сторону «Дмитрия».
 
Тогда Долгов швырнул Шеффера на причал и, приказав Артёму:
— Его забрать! Нашим уходить! — бросился назад к входу в базу.
Лодка заскрипела резиной о доски пристани, и командир перепрыгнул на берег.
— Куда Толик убежал? — он удивлённо смотрел то на раскрытую дверь, в которой исчез старпом, то на доктора, то на лежавшего у его ног Шеффера.
Артём, светясь от радости, пнул ногой профессора:
— Так надо. Сказал его забрать и нам уходить!
— Уходить? — Командир недоверчиво посмотрел на орудийную башню. — Да мы сейчас это осиное гнездо с землёй сровняем!
— Товарищ командир, старпом сказал, он лучше знает! И его…
Дмитрий Николаевич неохотно поднёс к губам рацию и приказал:
— Внимание всем! Отходим!
Затем, взглянув на Шеффера, спросил:
— А это ещё кто такой?
И только сейчас до Артёма дошёл смысл происходящего. Они свободны! Их спасли и теперь не будет экспериментов, не будет каменной камеры. И он наконец-то окажется на лодке.
Он ещё раз от души приложился ногой в профессорский бок и радостно изрек:
— А это, товарищ командир, свинья редкой породы!
— У нас лодка, а не свинарник.
— Но это очень редкая свинья. С дыркой во лбу! Старпом сказал — взять его обязательно!
— Ну раз старпом сказал…
Долгов вбежал в коридор и ринулся влево, на шум вырывавшегося из-под стены ручья. Где вход в орудийную башню, он знал.
«Ручей, а потом должны быть две двери! — вспомнил он рассказ Артёма об их с Максимом побеге. — Одна вентиляционная, другая к орудию».
Но и без этого, подсказывая, где вход, в коридоре слышался звук работающих пушечных механизмов.
Старпом выглянул из-за угла и увидел раскрытую дверь, а за ней — ведущую наверх лестницу. Спиной к выходу стоял солдат с гаечным ключом и отвинчивал блокировку подачи снарядов к орудию. Свинтив предохранитель, он отбросил ключ и, обернувшись, увидел стоявшего за спиной и мрачно наблюдавшего за его действиями Долгова. Потянувшись было за автоматом, немец понял бесполезность этой затеи и обречённо опустил руки. Пытаться броситься в атаку с голыми руками было ещё глупее, чем тянуться за автоматом. Он реально оценивал мизер его ноль двух против только что вколотых старпому ноль шести, что даже не дёрнулся навстречу и, лишь побледнев, молча наблюдал за действиями Долгова. Удар в лицо отбросил его на лифт подачи снарядов. И тут же сверху ударила автоматная очередь. Стреляли аккуратно, короткой очередью, точно по двери, чтобы не зацепить серые снарядные туши. Долгов отпрыгнул под механизм подъёма и осторожно выглянул. В башне собрались все оставшиеся в живых немцы: двое прикрывали лестницу, а остальные приводили в боевую готовность орудие. Прорваться наверх было нереально. Лестница простреливалась насквозь. И тогда старпому на глаза попался лежавший под ногами немец. Из-под его живота виднелись ручки двух прицепленных к поясу гранат. Сдёрнув их вместе с ремнём, Долгов сначала хотел попытаться забросить их наверх, на площадку управления, но затем ему в голову пришла совершенно другая идея. Зацепив болтавшимися на шнурках кольцами за станину, он раздвинул прижатые друг к другу снаряды и втиснул между ними гранаты.
Дело сделано, и теперь можно бежать к своим. Не нужно обладать могучей фантазией, чтобы представить, что произойдёт дальше: ещё немного, и ожившее орудие потребует в ствол снаряд. Его хозяева запустят механизм подачи, снаряды продвинутся на один вперёд, вырвав при этом чеки гранат. Ну, а дальше…
Дмитрий Николаевич дождался, когда от берега отчалят все лодки, и, поглядывая на чернеющий вход в базу, продолжал тянуть время. Вот лодки уже возле «Дмитрия Новгородского», и матросы на вёслах нетерпеливо смотрят на командира, а он всё никак не решается дать команду на возвращение без старпома.