"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Войдя в дом, командир покосился на лежавшего у окна бородача.
— Толик, сколько их всего было?
— Четверо, как ты и говорил.
— Надо бы о них позаботиться. Ну ты понимаешь… Возьми моряков с лопатами и где-нибудь подальше…
— Хорошо, командир, сделаем.
Дмитрий Николаевич подошел к столу и перелистнул стопку метеорологических карт. Здесь же стояла металлическая рама радиостанции с выглядывающими колбами ламп. От нее тянулись шнуры к телеграфному ключу и закрытому сеткой микрофону. Ровным зеленым светом горел глазок готовности. На стене на гвоздиках висели листы, на которых было записано время восхода и захода солнца, а также приливов и отливов. Осмотрев стол, командир заглянул в соседнюю комнату с плитой и посудой.
Артема заинтересовали висевшие над рацией листы бумаги. Он поочередно их снимал и, прочитав, бросал на стол. Вдруг он будто осекся и от волнения зашептал:
— А ведь их пятеро.
— Что? Док, что ты там нашел?
— Товарищ командир, их было пятеро!
— С чего ты взял? Я видел в перископ четверых.
— Взгляните, — Артем протянул лист бумаги. — Это график дежурств. Он расписан на пятерых.
Дмитрий Николаевич посмотрел на расчерченный листок. И без знания немецкого языка можно было догадаться, что это. Сутки разбиты на дежурства по четыре часа, а напротив значились имена заступающих. Имен было пять.
Старпом, сообразив быстрее остальных, бросился через кухню в оставшуюся не осмотренной последнюю комнату. Это была спальня. Тумбочки с личными вещами, плафон на длинном шнуре и пять аккуратно застеленных коек. Долгов заглянул под одну из них — вдруг недостающий немец спрятался там! Но ни в спальне, ни в других комнатах его не было. Командир со старпомом осмотрели пол, нет ли хода в подвал или погреб. Но на деревянном полу не было даже щели или царапины. Всюду царили порядок и чистота.
— Надо прочесать остров, — Дмитрий Николаевич озабоченно посмотрел на Долгова. — А пока никому с лодки не сходить!
— Сейчас прочешем, командир.
С берега доносились команды главного механика и раскатистый мат боцмана. Гулко ударила по железу кувалда, загремела сталью цепь, а затем грянула длинная автоматная очередь.
Командир со старпомом переглянулись.
— «Шмайсер»… — прошептал уже опытный Долгов.
Он бросился к двери, на ходу сбрасывая с плеча автомат.
На берегу разбегался в разные стороны экипаж. Кто успел — нырнул в рубку лодки, те кто были дальше — попрыгали под причал и теперь стояли по горло в воде. На траве остался лежать главный механик. Неуклюже волоча раненную ногу, он полз к дому, под защиту стен.
Старпом выглянул из-за угла на залитый солнцем остров.
— Толик, он с горы бьет! — крикнул Валентиныч.
В ту же секунду немец выстрелил еще раз, и возле механика взлетели столбы жидкой грязи.
— Сволочь! — Долгов злобно выдохнул и, не целясь, ударил по камням на вершине скалы. Теперь и он увидел, где прятался немец. Стрельба стихла. В перестрелке наступила пауза. Этим и решился воспользоваться Артем. Выскочив из-за угла, петляя, он побежал к Валентинычу. Схватил его за ворот и потащил к дому.
— Молчит, — произнес старпом.
Старпом, прикрывая доктора, держал на прицеле камень, за которым занял позицию немец. А Валентиныч, взволнованный ранением, громко делился с Артемом впечатлениями. Показывая пальцем на окровавленную выше колена ногу, он объяснял:
— Поверите, не больно. Как бревном под задницу! Шел, шел, вдруг бац — уже лежу!
— Старпом, ты же говорил, что всех перебил! — подал голос из-под причала Сан Саныч.
— Не высовывайтесь! Мой косяк, сам исправлю.
Пригнувшись, Долгов перебежал от дома к обрыву у берега и рухнул на мокрые камни. Немец не стрелял. Осмелев, старпом выглянул и перебежками двинулся к подножию горы. Преодолев двадцать метров открытого пространства, он вспотел, как от многокилометрового кросса. Мелькнула надежда — может, у фрица кончились патроны? Для верности Долгов дал короткую очередь в сторону камня, за которым предположительно залег немец. По идее, тот должен был как-то себя проявить, хотя бы огрызнуться. Но все было тихо. Тогда старпом вскочил и, выставив вперед автомат, подбежал к вершине скалы. На том месте, где прятался немец, осталась только примятая трава. Вокруг валялись короткие блестящие гильзы, но самого стрелка и след простыл. Долгов заглянул за соседние камни, но везде было пусто. Он уже не знал, что и думать. Наваждение какое-то! Прикрывшись рукой от слепящего солнца, старпом осмотрел с вершины весь остров и далеко внизу увидел бегущего немца. На берегу лежала небольшая рыбацкая лодка, и тот бежал к ней, отчаянно размахивая руками и перепрыгивая через валуны. Старпом лег на землю и не спеша прицелился. Затем посмотрел на прицел и перевел планку на двести метров. Выдохнув и на миг застыв, дал короткую очередь. Не добежав до лодки нескольких шагов, немец упал, уткнувшись лицом в траву. Долгов поднялся и неспешно пошел вниз.
 
Деревянная лодка покачивалась на волнах и вот-вот была готова скользнуть в море. Старпом обошел бездыханное тело и заглянул внутрь лодки. Теперь стало ясно, почему он не был с четырьмя остальными. На дне лодки лежала удочка и стояло ведро с рыбой. С рыбалкой немцу повезло, но на этом его везение и закончилось.
Сзади послышались частые шаги. Долгов оглянулся на приближающегося замполита.
— Что, фашист?! Отбегался! — Сан Саныч приложился ботинком к неподвижно лежащему телу. Затем он увидел валявшийся рядом автомат: — О! Себе возьму. Будет мой трофей.
— Трофей хорош, когда сам его добудешь.
— Ой, перестань. Ты с мое послужи, потом будешь умничать. Надо кого-нибудь на лодку послать, у меня в каюте фотоаппарат есть.
Старпом не успел и глазом моргнуть, как проворный Сан Саныч обшарил карманы убитого, стянул с него серую куртку и надел поверх комбинезона.
— Замполит, ты что, чокнулся?
— А что? Это же я так, наших посмешить. Сфотографируюсь и сниму.
— Она же в крови!
— Думаешь, вымажусь? Ничего, я аккуратно.
К причалу Сан Саныч подошел, хихикая и размахивая трофейным автоматом. Выпятив вперед челюсть, он встал, широко расставив ноги.
— Эй, русские! Сдавайтесь! Я буду вас немножечко стреляй! Ха-ха! Как я тебе, командир?
Дмитрий Николаевич неприязненно взглянул на замполита и ответил:
— Сними, не позорься. Что ты как недоразвитый контрактник, впервые увидевший тельняшку.
— Тьфу ты! Да что вы все такие угрюмые? Док, ну хотя бы ты оцени. Ты же у нас с юмором.
Артем бинтовал ногу Валентиныча и нехотя оторвался от своего занятия. Взяв из рук помогавшей Габи ватный тампон, он отрицательно качнул головой.
— Не… На такое и я не гожусь. Натянуть на себя тряпку с убитого я бы побрезговал.
— Ну народ! — возмутился Сан Саныч. — Один все никак не навоюется. Другой шлюху немецкую на лодку притащил!
Артем замер с окровавленным бинтом в руках. Затем, вскочив, не раздумывая и от души размахнувшись, залепил кулаком в челюсть замполиту. Тряхнув щеками, будто холодцом в тарелке, Сан Саныч грузно рухнул на траву. Лежа на спине и хлопая раскрытым ртом, он никак не мог сообразить — как же это так? Что же это такое происходит? Где же пресловутая субординация?
— Ах ты, щенок! — наконец сумел он выдохнуть. — Да я тебя!
Замполит многообещающе вскочил на ноги, и все подумали, что он сейчас бросится на доктора с кулаками. Но Сан Саныч, не решаясь, замер.
И вопрос здесь не стоял — кто кого, молодость или опыт. Закаленный в драках с официантами и пьяными посетителями ресторанов Мурманска, Артем мог дать замполиту фору в сто очков вперед. Скорее, налицо было противостояние опытной молодости против ничего не смыслящей в бурной современной жизни зрелости. Сан Саныч это отчетливо почувствовал и, опустив кулаки, потянулся к оставшемуся лежать на траве автомату. Командир со старпомом подались вперед, закрывая собой доктора.
— Замполит, давай без глупостей!
— Не тряситесь. Старый пес щенка не обидит.