"Спецназ древней Руси". Компиляция. Книги 1-10" (СИ)

Пресвета поняла, что она выглядит в глазах волхва безумной, но, собрав всю свою храбрость, продолжила:
– Она хочет принять смерть. Но отдать жизнь свою она желает с пользой!
Гремибой, прищурившись, посмотрел на Морозьку. Что та задумала? И для чего ей потребовалось идти к нему?
– Мне нужны змеи, чтобы, сложив их в мешок, протянуть варягу. А тот пусть сунет туда руку, и они его искусают, – смело произнесла Морозька.
Гремибой представил, какая смерть ждёт за это Морозьку, и ему стало не по себе.
– Не дам я тебе змей – они священные! Да ты к тому же не представляешь, какая смерть тебя за это ждёт!
Между тем волхв тут же уловил мысль Морозьки. Та хочет пожертвовать своей жизнью, которую всё равно заберут варяги, чтобы убить их вождя. «Нет уж, девка! Не тебе это на роду написано! Да как я сам до такого не догадался. А ещё волхвом называюсь».
– Ты что! Хочешь, чтобы на тебя боги наши прогневались? Ты змей их взять для такой глупости желаешь! Ууу! – зарычал Гремибой и скорчил такую гримасу, что обе девы со страхом отшатнулись от него. – А ну-ка бегите отсюда и не вздумайте возвращаться, а не то я вас…
– Что ты нас, Гремибой! Мы все умрём, и боги наши будут ограблены, так как варяги своих богов уважают, а наши для них – боги врагов! – смело сказала Морозька. – Дай змей!
Волхв Гремибой умел реветь словно медведь. Он тут же заревел. Иногда он так вот ревел, и все думали, что он оборотень и ему надо принести хмельного мёда, чтобы он, превратившись в медведя, не разодрал всех. Именно благодаря этой способности он и стал волхвом.
Морозька и Пресвета бросились наутёк от оборотня, не желая быть съеденными.
Гремибой, едва девки скрылись, рассмеялся им вслед. Да, вот так вот он только за то, что как медведь реветь умеет, всю жизнь жрёт и пьёт мёд за просто так, да ещё и все его уважают. А в молодости ещё и жена у него была. Впрочем, Гремибой до женщин был не охотник, так как считал их лишними ртами, и был очень рад, когда его супруга в один прекрасный день оставила его. «Вредная была тётка, – с ухмылкой вспомнил её Гремибой, – жизни не давала. Говорила, не реви так часто, а то все разгадают, что ты никакой не оборотень, а просто лодырь». А вот как померла, то вскоре её стало не хватать. Детишек боги им не послали, да и недолгой была их совместная жизнь.
«Ну что, – подумал Гремибой, – иду к тебе, жена! Опять ты ругаться со мной будешь». Гремибой подошёл к змеям, которые лежали у него в мешке. Хоть как волхв он не должен был их бояться, так как его они укусить не должны были, Гремибой их терпеть не мог. Змеи зашипели, едва он поднял мешок из толстой кожи, где они сидели. «Не прокусите, – радостно подумал Гремибой. – Ну и мерзкие вы создания!» Волхв любил гадать по внутренностям, так как это не грозило смертью, а вот когда приходилось брать змей, то его нередко трясло от страха. Впрочем, его предшественник тоже боялся змей, да и всего остального, а больше всего любил петь.
У Гремибоя петь не получалось, но как медведь он ревел знатно. Взяв змей, Гремибой зашагал к варягам. Когда он подошёл к ним, то все сильно удивились: и его родичи, многие из которых забыли, как он выглядит, и варяги, которые не знали, как себя с ним вести. Хотя волхв был славянином, но всё равно – служитель богов.
– Где ваш вождь? – спросил Гремибой.
Варяги не поняли вопроса, но тут же повели его к человеку, который, по всей видимости, и был этим вождём.
– Я слуга богов, и боги послали меня к тебе! – сказал волхв и посмотрел на вождя.
– Что боги хотеть мне сказать? – спросил варяг, который, к великому удивлению Гремибоя, разумел нормальную речь.
Гремибой закрыл глаза и вспомнил своего учителя и предшественника. Тот всегда говорил, мол, если не знаешь, что сказать, то зареви или запой, они сами придумают, что ты хочешь сказать. Гремибой что было мочи заревел как медведь, и Эйрик отшатнулся от него. Волхв перестал реветь и посмотрел на варяга, который услышал в этом рёве голос своего покойного отца.
– Отец, что ты хочешь мне сказать? Ты, наверное, сердишься, что я не мщу за тебя? Но тогда ты должен знать, что я в землях славян и иду в Царь Город, чтобы покрыть своё имя славой. Мне жаль, что мы никогда с тобой не увидимся, так как ты пал не в бою и таких, как ты, в Вальхаллу не пускают, но я рад, что ты стал медведем!
 
Гремибой не понял ни слова из сказанного варягом на своём наречии, но понял, что тот общается с отцом. Старый волхв вспомнил, что говорил его учитель, который никогда или почти никогда не ошибался. А он говорил следующее: «Не перестарайся, а то верить перестанут. Как говорится, хорошего понемножку. Покривлялись и хватит. Делай своё дело – бери что надо, богам не откажут, а мы с тобой самые что ни на есть их служители. Всё ихнее – наше».
– Дар от отца, – важно проговорил Гремибой и протянул варягу мешок.
Эйрик смахнул с лица пот и осмотрелся по сторонам. Вокруг него собрались варяги и несколько местных жителей, которые с интересом смотрели на мешок, протянутый волхвом Эйрику. Тот при всех торжественно развязал мешок и сунул туда руку.
– Кому что подарил отец. Твой подарил тебе то, чего у него было в избытке, – назидательно произнёс Гремибой и заревел что было мочи.
Змеи вцепились в руку варяга, и тот с криками высунул руку из мешка. Варяги ударили топорами в щиты.
– Рагнар не хочет, чтоб мы были здесь, вот и поделился со своими сынами змеями! Место наше в Британии, мстить за конунга, а не здесь! – сказал один из варягов, который в предсмертных мучениях своего предводителя увидел тот луч надежды на возвращение домой, который даровал ему неизвестный волхв. – Эйрика забрали боги!
– Убейте меня! – взмолился Эйрик. – Я хочу умереть в бою и попасть в Вальхаллу!
– Нет, видно, тебе лучше тоже там не бывать, а стать каким-нибудь зверем. Твой отец стал медведем, а тебе, наверное, суждено стать псом или ещё кем. Твоя смерть – воля богов! – ответил варяг и отошёл от конунга Эйрика, который понимал, что он вот-вот умрёт от яда.
– Тур, ты наш новый ярл!
  
Глава 5
 
Борис из укрытия смотрел на то, как варяги подходили к родовому поселению. Варягов было не очень много, всего примерно человек шестьдесят. Они шли весело и совсем не таясь, так как осознавали свою силу. Борис видел, как навстречу им вышло четверо мужей с оружием в руках.
«Безумцы, – подумал Борис, – вам надо бежать, а не вступать с ними в бой! Что вы делаете!»
Славяне, которые вышли с оружием в руках, бросились на варягов, и те стали, потешаясь, биться с ними. Двое из славян нашли свою смерть быстро, один упал и, по всей видимости, был тяжело ранен. А с последним варяги явно игрались.
Ему было на вид меньше двадцати лет, и парень с остервенением бросался на врагов, которые, отражая его удары щитами, отскакивали от него и смеялись. При этом иногда несчастного храбреца пинали сзади и разражались при этом смехом.
Борис стиснув зубы смотрел на это. Он понимал, что если сейчас с десятком своих людей вступить в бой с варягами, то пользы это никому не принесёт.
Когда наконец варяги поразили славянина, о чём Борис догадался из-за предсмертного вопля, который был заглушен смехом убийц, то в нос ему ударил запах дыма. Варяги подожгли селение, даже не став грабить. Что это могло означать? Видно, они куда-то заспешили, так как обычно варяги сначала разоряли поселение, а лишь после поджигали. В этот раз они не стали этого делать. Не стали варяги и захватывать рабов, а, предав селение огню, поспешно продолжили свой путь.
Борис понял, что варяги по той или иной причине решили вернуться к кораблям. Для чего они решили так поступить? Ответов на этот вопрос у него не было. Надо бы поговорить с варягами, а для этого надо взять в плен одного из них. Главное, правильно выбрать подходящего, потому что если пленить не того, то толку от него будет немного.
Борис внимательно присматривался к варягам, меняя свои укрытия. Он увидел того, кто подойдёт. Красивый двухметровый варяг с могучими мускулами. Красоте и мощи такого завидуют мужи, в неё влюбляются девы. Такому есть что терять. Пленить варяга было несложно, так как и он, и его товарищи были полностью уверены в своих силах.