"Спецназ древней Руси". Компиляция. Книги 1-10" (СИ)

– Ты возьмёшь Смоль, Олег, – отрезал Рюрик, давая понять, что разговор об этом он считает законченным.
Между тем князь славян посмотрел на боярина Гостомысла и на Воислава. Гостомысл, неспешно потягивая мёд из своей чарки, что-то бурчал себе под нос, а Воислав никак не проявлял интереса к разговору, который вели между собой варяги. Лишь когда разговор зашёл о присоединении города Смоль, он несколько заинтересовался, но поняв, что всего треть славян пойдёт в этот поход, рассудил, что вряд ли Рюрик его отпустит.
– Бояре, – начал Рюрик, обращаясь к Гостомыслу и Воиславу, – ещё давно я вместе с вами и моим братом Синеусом задумал построить Новый Город, чтобы в нём жили и ладожане, и весь, и кривичи, и варяги. Приходит время нам подумать о том, где будет стоять этот город.
Гостомысл аж воссиял, едва услышал такие слова.
– Я знаю где, князь! – радостно сказал он. – Есть одно место на берегу Варяжского моря! Много лет назад, когда Воислав был ещё совсем маленьким, а Ладоги ещё не было, там стоял наш город – Старый Город славян. Все окрестные народы приходили менять туда плоды своих трудов. Этот город тогда сожгли твои соотечественники, но теперь мы едины и сможем удержать его.
Говоря это, Гостомысл сжал руку в кулак и показал всем, давая понять, что в единстве сила. Все смотрели на него и на Рюрика. Князь не спешил ничего говорить сам и позволил высказаться сначала всем своим ближникам.
– Город на берегу Варяжского моря? Хорошее место, – радостно сказал Фарлав, – из славян получатся славные варяги, и мы не хуже свеев или данов заставим весь мир трепетать, когда наши драконы приплывут к побережью Франкии или Британии!
– Наши владения, – перебил его Олег, – находятся далеко от того места, где раньше стоял Старый Город, и мы, пытаясь добыть богатства франков, забудем о своих. К тому же если верить вестям от Аскольда и Дира, то куда славнее нам, оставив нищую Франкию и всю Западную Империю Рагнарссонам, самим направить драконов к Царю Городов!
– А что скажешь ты, Воислав? – спросил Рюрик у славянина, который когда-то призвал его сюда. – Что скажешь, Воислав? Хорошее ли место Старый Город? Ты ведь тоже когда-то жил там.
– Князь, – ответил Воислав, – я помню Старый Город. Он был полной противоположностью тому городу, что хочешь построить ты. Это был город, полный ссор. Роды там ругались из-за всего. Кто-то говорил, что город основал бой, кто-то утверждал, что князь, а кто-то доказывал, что рыбак, и каждый считал себя потомком либо боя, либо князя. Новые роды, что селились в городе, называли старые роды потомками рыбака.
– Так надо, помня старые ошибки и не повторяя их, построить Новый Город славян. В котором всё будет по-другому, – сказал Гостомысл, который хоть и полюбил Ладогу, но хотел умереть в лесах Старого Города.
Старый боярин тут же вспомнил свой дом и свой род. Вспомнил, каким был тот Старый Город. За годы всё дурное забылось, и остались только тёплые воспоминания.
– Ошибка была не только в противоречиях, – сказал Воислав, – но ещё и в том, где находился город. Рано или поздно мы все состаримся, и наши дети, смешав свою кровь в одну, забудут, что мы едины. В приморском городе начнут селиться торговые люди, и наши дети станут с ними соперничать. Но что куда хуже – однажды либо из лесов, либо с моря придут враги и захватят нас, – сказал Воислав.
– Так, может, пусть свеи там поселятся или ещё кто? Мы ведь умом не блещем, и нас всё равно захватят! – злобно ответил Гостомысл.
Старый боярин и представить не мог, что с ним спорить станет не кто иной, как тот самый старгородец, который когда-то пришёл с ним сюда. Вот уж точно потомок рыбака. Жирославичи, они ведь такие. Им Старый Город никогда люб не был. Неудивительно, что они в том роковом для города бою первые вступили в бой и первые побежали.
– Вы, Жирославичи, всегда считали Старый Город чужим! Твои предки виновны в его падении! Если бы они не начали бой тогда раньше времени, то и стоял бы сейчас Старый Город на зависть всем врагам! Князь Рюрик, для нового города места лучше не придумать.
 
– Не думал, боярин Гостомысл, что после стольких лет ты вспомнишь, что я из рода Жирославичей. Я всегда считал тебя за отца, но, видно, ошибался.
– А я считал тебя сыном. Если бы не я, ты бы пропал! Все вы бы пропали! И теперь, когда настало время вернуться, именно ты убеждаешь князя, что лучше строить город в другом месте! Фарлав и то со мной согласен!
– Гостомысл, – резко перебил боярина Рюрик, – мы ещё не вернулись на место вашего Старого Города, а ваши давние ссоры уже вспыхнули! Город будет построен в другом месте. Точно не на месте Старого Города.
– Место для нового города надо выбирать, не греясь у огня и перебирая достоинства тех или иных мест, а глядя на них, – сказал Стемид.
  
Глава 2
 
Спустя четыре дня Олег выступил на Смоль с варягами, прибывшими к нему на службу, и со славянской ратью. Поскольку варягов было значительно меньше славян, то Олег понимал, что в основном ему предстоит опираться именно на соотечественников своей матери. Славян возглавлял Борис, прославленный бой и, по слухам, находчивый малый. Он был одним из тех самых трёх мужей, которые пришли в Ладогу после падения Старого Города.
Варягов возглавлял Ингелот, отважный воин, прославившийся тем, что он поссорился с одним из сыновей конунга Рагнара Бьорном Железнобоким и без страха предложил тому вступить с ним в единоборство. Сложно было сказать, кто выиграл бы в этом бою, но поединок не состоялся, так как Рагнар Кожаные Штаны приказал Ингелоту покинуть его и никогда не вставать у него на пути.
Конечно, сейчас многие забыли, из-за чего поругались Ингелот и Бьорн, но все знали, что Рагнар не то испугался за жизнь своего сына, не то просто не хотел, чтобы при нём ссоры решались, как в старину, кровопролитием. Ингелот долгое время плавал со своими людьми, не зная, с кем объединиться, так как ярлы не хотели иметь с ним дела. И только Рюрик позвал его. Ингелот ожидал, что Рюрик, прославленный воитель, вместе с Аскольдом и Диром тоже собирается плыть в Британию, чтобы предать её огню, и поэтому был сильно разочарован, когда понял, какие дела им предстоит вершить.
– Ингелот, Борис, – подозвал к себе своих военачальников Олег, – надо постараться не предавать огню Смоль, а сделать так, чтобы город стал нашим без боя.
– Без боя – значит, без добычи, – сказал Ингелот, – как тогда нам прославить своё имя и добыть богатства?
Олег показал ему на деревья, окружавшие их.
– Вот наше богатство. Увидишь, отважный Ингелот, что настанет день, когда твоё имя будет звучать громче имени Рагнара!
– Это лишь обещания, Олег! Когда я плыл сюда, ты говорил, что наши топоры не будут скучать и что богатства здесь повсюду, а теперь, показывая мне на сосны, ты говоришь, что это – наше богатство!
– Нам надо окрепнуть, удержаться на Руси, так как все остальные конунги подчинились детям Рагнара. Увидишь, они перестанут быть варягами! Наши бои продолжатся, и настанет день, когда я прибью свой щит на воротах Царя Городов! В этом походе мне нужен будешь ты и твои люди.
Ингелот засмеялся, указывая на деревья и на славян.
– Ты хочешь отправиться на Царь Городов с ними?
В этот момент в разговор вмешался Борис, до этого молчавший. К удивлению Ингелота, он заговорил на наречии варягов, почти не коверкая слов.
– Ты, отважный воитель, думаешь, что мы ничему у вас не учились, но ты не прав. Приходит время, когда уже варягам надо учиться у славян. Да, мы не умели строить стену щитов, но Вадим Храбрый, наш лютый враг, с которым твои люди никогда не сталкивались, научил нас её ломать. Теперь мы умеем и строить стену щитов, и ломать её, и ещё много чего. Я не хочу перед тобой похваляться, варяг, но поверь мне, в нашем войске твои люди слабые, а наши сильные.
Ингелот рассвирепел.
– Ты думаешь, что если на тебе кольчуга, то ты стал равен варягу? Вы не умеете побеждать!