"Спецназ древней Руси". Компиляция. Книги 1-10" (СИ)

Вадим посмотрел на Предслава и понял, что ненавидит этого славянина не меньше, чем варягов. Именно из-за таких, как этот вождь, его дело обречено. Они ничем не лучше проклятых варягов, может, даже хуже.
– Если ты не друг, то, значит, враг. Готовься к бою, Предслав, и знай, что я сожгу твоё гнездо. Твои жены и дети сгорят или умрут от холода и голода. Думаю, они будут проклинать наши с тобой имена, а ещё имена варягов, которые не пустят их к себе, так как те не смогут принести им пользы.
Вадим увидел страх в глазах родового вождя. Предслав боялся его.
Люди Вадима быстро смяли мужчин Предслава. Вадим между тем отметил, что его воины вообще никого теперь не боялись. Но вместо того, чтобы бахвалится силой, они научились помогать друг другу и больше не считали поединок единственным честным видом боя. Налетев по трое на одного родича Предслава, они быстро с ними покончили. Предслав пал от удара Вадима, почти не сопротивляясь. Он до последнего не верил, что такое может случиться, чтобы Вадим вступил с ним в битву.
– Сожгите это змеиное гнездо, – приказал Вадим, – мы не сможем ничего с собой унести, но пусть огонь не даст Рюрику забрать это себе.
– Бой Вадим, – обратился к нему Мечемир, – скажи, теперь мы будем вести такую войну со всеми, кто не пойдёт с нами?
– Друг, – ответил ему Вадим, – отныне славяне – только те, кто сражается с нами плечом к плечу. Если мы не убьём их сейчас, то в тот момент, когда мы встанем против Рюрика, они убьют наших мужей! Теперь всё изменилось, друг. Мы не найдём здесь себе новых людей, но мы убьём воинов Рюрика.
Мечемир посерел и отошёл от Вадима. Перед их взорами полыхал дом славянского рода. Тела павших врагов Вадим приказал не предавать огню.
– Либо пусть их родичи придут и похоронят их, либо пусть их растащит зверьё!
– Варяги хоронят всех павших! – возразил Вадиму Мечемир. – Боги карают тех, кто не поступает так.
– Наши боги за такое не карают, – усмехнулся в ответ Вадим, – наши боги радуются, видя предателей поверженными!
Вадим вместе со своими людьми вернулся в Бор, наведавшись перед этим ещё в два славянских рода. Мужчин он там не встретил, но лишил эти роды жилья. Впереди была зима, и, судя по приметам, она должна была быть лютой.
В Бору странно смотрели на Вадима и его людей. Многие не ждали их возвращения, и Вадим понял, что у него просто не хватит продовольствия, чтобы кормить своих воинов. Вадим понимал, что, как только потеплеет, он опять поведёт их в поход, а значит, распускать их нельзя.
Выход был один. Вадим решил забрать припасы у родов, которые живут в окрестностях. Так поступают варяги, чтобы кормить своих воинов. Чтобы принести свободу своему народу, он, собравший людей, готовых с оружием в руках противостоять заморским захватчикам, должен их накормить. Значит, он должен забрать эти припасы у тех, кто вместо того, чтобы бороться за свою свободу, мирно охотился и наполнял свои закрома. Воины не должны ни в чём нуждаться. Теперь это будет новым законом, который создаст ему войско, и оно не разбредётся по домам. Пусть охотники завидуют воинам и мечтают попасть в их ряды.
Когда воинство Вадима разделилось и разошлось по землям кривичей собирать продовольствие, то всем стало ясно, что старые времена ушли навсегда. Теперь борются две силы – варяги и Вадим. Кто бы ни победил, прошлой жизни уже никогда не будет.
Люди Вадима принесли в Бор множество продовольствия. Голод зимой в Бору был больше не страшен, зато в родах, которые жили в окрестностях, это отозвалось недовольством. Варяги, когда брали свою часть, не знали, где искать, а вот люди Вадима знали. Ничего невозможно было укрыть от их взоров.
Между тем Вадим ещё в одном уподобился варягам. Вместо того чтобы вместе со своими людьми сидеть у огня и смотреть на него долгими зимними вечерами, он каждый день по несколько часов вместе со своими воинами проводил пробные бои тупым и деревянным оружием. Воины не роптали, так как всецело верили бою Вадиму, поняв, что только умение может сохранить им жизни и помочь одолеть варягов. Было ещё одно, что ощутили все воины, – своё превосходство над теми, кто не мог или не хотел вступить в их ряды. Быть воином стало почётным и начало многое позволять. Вадим берёг своих людей, понимая, что других у него не будет. Теперь за убийство одного воина он принял решение карать целый род.
 
Родовые вожди поняли, что Вадим больше не желает быть с ними равным. Для них он стал хуже варягов. Он стал настоящим правителем и опирался только на своё войско, которое теперь называлось, как и у варягов, дружиной.
  
Глава 5
 
Князь Рюрик, получив известие о смерти Синеуса, заревел от боли. Душа варяга рвалась на части. Боярин Гостомысл, который в это время находился вместе с ним в доме, ничего не говорил. Месяц студёный, или декабрь, не давал подолгу находиться на улице, а снег, которого выпало достаточно много, окрасил всё белым цветом.
– Вадим! Я убью тебя! Óдин, пошли мне поединок с ним или позволь нам столкнуться в бою!
Гостомысл посмотрел на князя и подумал о том, что тому, наверное, сейчас нелегко. Он остался в совершенно чужой стране всего с десятью варягами, так как остальные уплыли с Олегом. Смерть обоих братьев, казалось, сейчас надломит гордого варяжского вождя, но тот не собирался сдаваться.
– Гостомысл! Иди и приведи сюда боя Воислава и боя Ратибора и созывай всех варягов. Будем думать, как жить дальше.
Гостомысл кивнул и пошёл выполнять указание князя. «Как бы Рюрик не решил уплыть из Ладоги», – размышлял старый боярин. Ведь тогда он останется наедине с безжалостным Вадимом, который готов уничтожить всех, кто служил или оказывал помощь варягам.
Спустя полчаса все собрались вновь. Воислав и Ратибор, которые теперь уже и среди варягов считались одними из лучших воинов, смотрели на Рюрика, ожидая, для чего он их собрал.
– Дружина, – сказал князь Рюрик, – мои братья побиты, их города захвачены или сожжены, а враг собирает всё новые силы. Те роды, которые не поддержали его, несут лишения, так как он со своими воинами забирает у них кров. Долго ли мы будем смотреть на это бесчестие? Олег с нашими соотечественниками приплывёт только весной. Что вы мне посоветуете?
Первым заговорил варяг по имени Стемид, прославленный делами и уважаемый среди варягов и славян, так как он очень быстро изучал языки разных народов и свободно говорил на языке франков, славян, знал некоторые наречия финнов и алеманов.
– Если враг нанёс тебе удар и твой щит разлетелся на куски, то какой может быть выход? Нанести свой удар. Многие славянские мужи умело владеют оружием, и приходит тот день, когда стена щитов должна быть выстроена не только из варягов, но и из мужей всего рода!
– Стена щитов больше не представляет угрозы для Вадима, так как его бои разбивают её, – сказал Воислав, воин, который в своё время вместе с Ратибором позвал Рюрика править в Ладогу.
Стемид немного помолчал, а после нарисовал на земле черту и указал на неё всем.
– Это – наша стена щитов, – сказал он, а затем нарисовал треугольник, остриём направленный на черту, – а это удар Вадима. Что случается дальше?
Стемид ногой стёр черту и развёл руками, показывая, что стена щитов сломается и рассыплется.
– Если мы не будем учиться у славян, то мы проиграем им. Вадим придумал, как сломать нашу стену щитов, а я придумал, как не дать ему преимущество. Представьте, если бы у нас были длинные руки и мы могли бы обрушиться на него. Не только он наваливался бы втроём на одного, но и мы отвечали бы ему тем же.
Все смотрели на Стемида с интересом, но никто не понимал, что же он хочет предложить.
– Что ты хочешь сказать, Стемид? – спросил его Гостомысл, который в вопросах тактики был весьма несведущ и не видел от неё особой пользы.
– Давным-давно был один такой царь, и звали его Александр. Его воины тоже строили некое подобие стены щитов, только не в одну линию, а в несколько. Первые ряды бились, как и мы, топорами, а остальные разили копьями. Его воинство захватило весь мир, и он не знал поражения. Говорят, что Óдин был его братом, так как Александр тоже был богом.