Папина дочка (СИ)

В этот раз мне удаётся не вздрогнуть при упоминании Александра. То ли психика имеет свойство тренироваться, то ли она банально устаёт от постоянных дёрганий. А возможно, я просто решила двигаться вперёд, как и рекомендовал тот рекламный слоган, потому что отважно спрашиваю:
— А как поживает Александр?
Пальцы машинально выдёргивают салфетку из-под приборов и комкают её.
  
Я выдержу любой ответ, выдержу его спокойно. У Александра своя жизнь, а у меня своя.
Моё смятение остаётся незамеченным для Марка, потому что он принимается спокойно разглагольствовать о том, что у Александра всё прекрасно. Недавно он вернулся из Белграда, куда летал по работе, скоро начинает строительство спортивной арены где-то неподалёку, а три месяца назад они с Марком летали на Родос, где занимались виндсёрфингом.
— Здорово, — резюмирую я, возвращая на стол истерзанную салфетку. — А я в этом году впервые была в Европе одна. Обычно езжу либо с братом, либо с родителями, но в этот раз захотелось быть самостоятельной.
— Не буду говорить, что совсем ничего об этом не знаю. Я же твой преданный подписчик уже полтора года. — Марк забавно играет бровями. — Меня восхищает в тебе то, что ты постоянно пробуешь что-то новое. С виду такая хрупкая, а энергии в тебе очень много. Для меня ты мощный мотиватор.
— Спасибо тебе большое. Слышать это от кого-то, кроме родителей, очень приятно.
— Да ладно! Думаю, ты каждый день купаешься в комплиментах.
— Вовсе нет. — Поежившись, я растираю плечи. В салоне моей машины, как всегда, было жарко, а потому воздух в ресторане ощущается довольно прохладным. — В последнее время я мало с кем общаюсь. Бегаю между курсами и учебой.
— Значит, придётся мне удвоить напор, — улыбается Марк и, повернувшись, окликает проходящего официанта. — Прошу прощения! Можно принести плед для девушки?
Парень говорит, что непременно это сделает, в то время как я в очередной раз нахожусь в восхищении от своего спутника. И оттого, как Марк заметил, что мне холодно, и оттого, как быстро среагировал, и как вежливо попросил.
— Спасибо тебе большое, — повторяю я. — Этот ужин уверенно лидирует в списке лучших свиданий моей жизни.
— Ого! — просияв, Марк подаётся вперёд. — Приятно, что ты сама назвала это свиданием.
— Мы встречаемся с тобой в третий раз за неделю, а вчера ты прислал мне цветы. Было бы странно называть это как-то иначе.
— Я полностью с тобой согласен. — В зелёных глазах мелькает любопытство: — А много их у тебя было? Свиданий? Спрашиваю не потому, что я собственник. Просто интересно.
Я отрицательно качаю головой. Раньше мне нравилось думать, что первое свидание у меня произошло с Александром в том мексиканском ресторане, но теперь-то понимаю, что это глупости. Вот оно, моё самое первое свидание. Здесь, с Марком.
— Расскажи, чем ты занимаешься в офисе у отца, — прошу я, решив не переставать быть отважной. — Тебе нравится на него работать?
— Да, нравится. Сначала мне просто импонировала идея иметь свой личный кабинет на пятьдесят седьмом этаже небоскрёба, но постепенно я втянулся в рабочий процесс. Сейчас я младший координатор проекта с перспективой карьерного роста.
— С этого момента можно поподробнее?
— Веду документооборот, участвую в зум-переговорах, слежу за логистикой, — перечисляет Марк и добавляет с усмешкой: — Другими словами, подбираю мусор за старшими. Если не налажаю, где-то через полгода мне доверят вести проект самостоятельно. И тогда моя должность будет называться руководитель проекта.
— Мне нравится, что ты всё говоришь честно и не пытаешься выглядеть лучше, чем есть, — признаюсь я, восхищённая его прямотой. — Как блогер, скажу, что восемьдесят процентов того, что люди о себе рассказывают, — чистой воды обман.
— Я просто умею себя принимать, — Марк отодвигается, позволяя официанту поставить тарелку с салатом. — То, что я не совершенен, означает, что у меня всё впереди.
Он смеётся, и я вместе с ним. Разговаривать с Марком так же легко, как с Леоном и как было с Александром. Да, я снова его вспомнила, но на этот раз почти безболезненно. Кажется, моя смелость имеет эффект, и я действительно двигаюсь вперёд.
— Ещё хотел сказать: в следующую пятницу у меня день рождения, — снова подаёт голос Марк. — И я был бы рад видеть тебя в числе приглашённых. Что скажешь?
Мои мысли, как по щелчку, закручиваются в воронку паники. День рождения означает присутствие самых близких людей. Будет ли среди них Александр? И если будет, то стоит мне идти? В курсе ли он, что мы видимся с Марком? И в каком качестве я должна буду присутствовать? Выдержу ли я встречу? А если и выдержу, то смогу ли в дальнейшем не скатиться в апатию?
— Ты выглядишь немного напуганной, — Марк улыбается, но его взгляд остаётся серьёзным. — Не думай, что на мой день рождения собирается толпа в сто человек. Обычно я праздную в узком кругу друзей в караоке или за городом с баней и катанием на квадроциклах и лошадях. В этом году будет закрытое мероприятие в баре приятеля с диджеем и фуршетом.
Я с облегчением выдыхаю: едва ли празднование с друзьями предполагает присутствие Александра. Но на всякий случай всё же переспрашиваю:
— А с отцом ты не будешь отмечать?
— Мы же уже взрослые мальчики. Дарим друг другу подарки, но отмечаемся уже года четыре как отдельно. К тому же на следующей неделе папа будет в Брюсселе, так что меня ждёт лишь трогательное голосовое поздравление.
— Понятно, — киваю я, вновь обретая ощущение безопасности. — И я, конечно, буду рада прийти. Особенно если ты подскажешь мне идею подарка.
  
29
 
Вечер густо пахнет ноябрём. Остывший город переливается в лужах отражениями сияющих витрин и автомобильных фар, придорожные деревья уныло шелест остатками пожелтевшей листвы.
Стараясь не испачкать подол шифоновой юбки, я выскальзываю из машины и морщусь от капель дождя, оседающих на лицо. Пакет с подарком прижимаю к себе как можно плотнее с намерением доставить в надлежащем виде и торопливо семеню к месту празднования.
По словам Марка, этот бар — переделанное здание бывшего технического склада: внутри — полумрак, подогретый янтарными лампами, сквозь панорамные окна виднеются тяжёлые бетонные арки под графитовым потолком, и длинная барная стойка из состаренного дерева.
Марк встречает меня у входа. На нём белая рубашка и карго-штаны классического кроя — последний писк в мире мужской моды. Я улыбаюсь: если бы кто-то из мужчин и мог стать моим конкурентом в нише стиля и имиджа, это он.
— Ты пришла, — он обнимает меня и замирает на несколько секунд, показывая, что по-настоящему рад меня видеть.
— А разве были сомнения? — я вдыхаю запах чистых волос и туалетной воды, которая с каждой нашей встречей всё меньше ассоциируется у меня с Александром и всё больше — с самим Марком. — Мы же каждый день переписывались.
Мягко высвободившись из объятий, протягиваю ему свой подарок.
— Это тебе. Для самого стильного парня из всех мне известных и лучшего учителя по сёрфингу.
Марк с любопытством извлекает из пакета чёрную бархатную коробку и, пробежавшись глазами по логотипу, мечет в меня ошарашенный взгляд.
— Что? — с улыбкой переспрашиваю я.
Крышка плавно отщёлкивается, открывая комплект винтажных запонок из патинированного серебра с миниатюрным ониксом по центру. Пришлось потратить несколько часов на то, чтобы выкупить их на аукционе, а ещё озадачиться экспресс-доставкой из Франции, но, к счастью, посылка пришла вовремя.
  
Марк бережно пробегается подушечками пальцев по запонкам и снова смотрит на меня — на этот раз с растерянной улыбкой.
— Как ты узнала, что я собираю именно эту серию?
Я, конечно, ни о чём не знала. Просто подумала, что мужчина должен иметь хотя бы один комплект этого утончённого аксессуара — в особенности такой стильный, как Марк.
— Будем считать, что во мне говорила интуиция. Я решила, что они тебе подойдут.