Деревянный венец. Том 2 (СИ)

Идя по коридору, по сторонам Арон видел десятки и сотни отражений себя, каждое — на ином фоне. Вот он прошел мимо Отражения, в котором зазеркальный Арон стоял у подножия ржаво-красного холма и, запрокинув голову, разглядывал крепость наверху. Вот — мимо себя, восходящего на корабль пиратского братства Кашимы. И то, и другое — его воспоминания из времен наемничества.
А вот — зазеркальный Арон уже на ритуальном поле Темных в столице, и лежащее у его ног тело мага дергается в предсмертных судорогах. Вернее нет, не Арон. Это было уже воспоминание Прежнего. Должно быть, один из его поединков из тех времен, когда он только устанавливал свою власть над Темным Ковеном.
Арон шел дальше, лишь иногда чуть замедляя шаг, когда воспоминание-отражение оказывалось слишком интересным. Шел, пока очередное отражение вдруг не преградило ему дорогу. У этого зазеркального Арона за спиной не было ничего, кроме темноты.
Зазеркальный Арон раскинул руки — будто желая обнять.
— Вот мы и встретились вновь лицом к лицу, братец, — сказал и кривовато усмехнулся.
  
Глава 14
 
— Прежний? — спросил Арон, хотя нужды в вопросе не было. Кем еще мог быть его двойник, вышедший из Отражений?
— Дурацкое прозвище, но я привык, — ответил тот небрежно. — Можешь называть меня так и дальше, братец. Что, не рад нашей встрече?
— А должен радоваться? — поинтересовался Арон, мрачно прикидывая, какие новые неприятности сулит ему появление двойника, да еще, похоже, во плоти.
— Конечно должен. Какой же ты черствый! Мы ведь с тобой роднее, чем братья-близнецы, — Прежний укоризненно покачал головой.
Арон поморщился.
— Но это не помешает тебе меня убить, как только появится возможность.
Прежний коротко хохотнул.
— Ты прав, не помешает.
Потом улыбка с его лица пропала.
— Какого беса, братец? Столько моих воспоминаний, и ты до сих пор не понял, что с незнакомой магией надо быть сверх осторожным? Отражения — это не колода карт, которую можно тасовать как тебе вздумается! Это ожившее воплощение Силы, памяти и жизни. Все демоны Бездны, да как можно быть таким бестолковым!
— Да что случилось-то? — прервал его тираду Арон, чувствуя растущее раздражение. С Отражениями у него получилось именно так, как он планировал. Да и в целом все шло прекрасно — пока Прежний не явился… Еще бы понять, как Прежний это сделал и чем его явление Арону грозит.
— Пройдя через Отражения внутри зеркальной реальности, ты, дорогой мой братец, начал слияние наших сущностей.
— Что?
— Что слышал. Или уже забыл, как поймал мои воспоминания про шпионов в страже? Я их тебе, между прочим, не отправлял.
О воспоминаниях Арон помнил, как помнил и о том, что не успел тогда спросить у Прежнего, что это значит, поскольку все внимание пришлось уделить схватке с тварями.
— Но то ладно. Краткое случайное слияние ни к чему бы не привело, при возвращении в реальность все бы нормализовалось. Однако тебе понадобилось заменять простой и проверенный способ выхода из зеркальной реальности на свой самодел! Вот на это! — Прежний обвел рукой все, что их окружало. — И теперь слияние сущностей продолжается.
— Я ничего не чувствую, — возразил Арон, пытаясь понять, врет его двойник или нет. Пока они общались в его разуме, это получалось само собой, но вот так, вовне, чутье на правду сбилось.
— Ничего он не чувствует! — презрительно повторил Прежний. — Ну еще бы! Сложно что-то почувствовать, если не напрягать мозги. Ладно. Скажи-ка, братец, что ты думаешь о моем поединке с Фирдом ар-Теном?
— Думаю, что он сам нарвался, — Арон с некоторым удивлением пожал плечами, не понимая, отчего Прежний об этом спрашивает. — Можно было бы, конечно, его не убивать, но он, во-первых, слишком сильно раздражал своим нахальством, а во-вторых, после его смерти вызовы, наконец, прекратились.
— Хорошо. А теперь скажи, откуда ты знаешь его имя и эти детали?
— Но… — Арон замолчал. Оглянулся. Где-то там, за спиной, осталось Отражение, показавшее ему Темного мага, умирающего у ног Прежнего. Отражение не называло ему имени погибшего и ничего не рассказывало ни о его характере, ни о причинах поединка. Однако Арон прекрасно помнил все эти детали. Более того, в отличие от иных воспоминаний Прежнего, они в полной мере ощущались его собственными.
 
Почему он не понял этого до вопроса Прежнего? Все казалось абсолютно нормальным, и даже чутье молчало.
— Не понял потому, что чутье не воспринимает слияние наших сущностей как опасность, — мрачно сказал Прежний.
— Ты слышишь мои мысли? — Арон и раньше замечал, что Прежний давал ответ на вопрос, еще не высказанный вслух. Но тогда Прежний хотя бы находился в его разуме.
— Да, слышу. И я все еще в твоем разуме.
Но выглядел Прежний вполне материальным.
— Мы среди Отражений. Среди всех видов магии они ближе всего к магии разума. Конечно, я выгляжу материальным, — проговорил тот недовольно. — В общем, братец, так дело не пойдет. Если ты пройдешь по этому коридору до конца, до выхода в реальность, слияние наших сущностей станет полным. Вернуться в зеркальную реальность тоже не получится — после того, во что ты ее превратил. Тебе нужно покинуть этот коридор до того, как слияние окажется необратимым.
Арон слушал Прежнего, хмурясь все сильнее.
— Ты ведь усердно скармливал мне свои воспоминания. В результате получилось бы похожее слияние…
— Ну нет, не скажи, — губы Прежнего скривились. — В планах у меня было изменить наши с тобой личности так, чтобы я оказался сильнее и смог отправить твою душу к бесам — ну или куда придется… После этого я бы провел обратную работу — прожил бы собственные воспоминания заново и восстановил бы свою реальную личность. Терять себя, сливаясь с чужой душой, я точно не собирался…
Прежний продолжал говорить, и Арон, вслушивающийся не только в слова двойника, но и в собственные ощущения, смог, наконец, отделить чувство лжи от чувства правды. Сейчас, отвергая идею слияния, Прежний звучал правдиво, а вот когда заявлял, что Арону нужно покинуть коридор Отражений, в его речи было что-то неискреннее. Не откровенная ложь, но умалчивание важного.
А еще Арону очень не нравилось, что Прежний мог читать его мысли, в то время как Арон у Прежнего — не мог.
Раз так, то следовало уравнять их возможности.
Двойник скривился и помахал рукой перед лицом, будто отгоняя мерзкий запах.
— Братец, ты серьезно? И долго планируешь держать эти щиты?
Арон не ответил. Держать полноценные огненные щиты вокруг своих мыслей оказалось действительно тяжело, но ему нужно было все обдумать так, чтобы Прежний его мысли не подсмотрел.
Итак, Прежнему было сейчас очень важно предотвратить слияние их личностей.
И о чем это говорило?
Если бы Прежний не верил, что сумеет вернуть тело, то уцепился бы за вариант со слиянием. По крайней мере, Арон на его месте сделал бы именно так. Лучше половина, чем ничего, чем вечно оставаться пленником в разуме другого человека.
Для Прежнего обмен воспоминаниями и, как следствие, изменение их личностей, себя не оправдал. Арон теперь знал об опасности и был настороже. Прежний, с его глубоким знанием магии, с его изворотливостью, явно придумал что-то новое и, скорее всего, уже начал это приводить в исполнение.
Скажем, момент с химероидом — танцующая пара превратилась совсем не в то, во что Прежний обещал, и активировать ее тоже пришлось иначе. Была то случайность, порожденная тем, что Прежний поленился дать Арону полную информацию, или намеренное умолчание о важных деталях? Зная Прежнего, Арон поставил бы на второе.
— Братец, ты там заснул? — не выдержал между тем тот.
— Ты начал говорить о том, что мне нужно покинуть коридор Отражений. Продолжай, — сказал Арон, не снимая щитов.
Прежний преувеличено тяжело вздохнул.
— Ладно, слушай. Между зеркальной реальностью и обычной лежит еще несколько слоев. Для смертных самым безопасным является слой Эха, который вдобавок напрямую связан с нашей реальностью. Я бывал в нескольких местах Эха. Нужно лишь вытянуть мои воспоминания на поверхность, Отражение само их воссоздаст и перенесет нас туда.